Кампания борьбы с детской беспризорностью, объявленная президентом по итогам исторического телесовещания с народом, приобретает в Москве все симптомы политической спецоперации.
Антон Зверев. Статья Предел детской беспризорности положит милицейский беспредел? Новые Известия, № 16

Кампания борьбы с детской беспризорностью, объявленная президентом по итогам исторического телесовещания с народом, приобретает все симптомы политической спецоперации. При этом наряду с дежурным приступом словесной истерии в высших эшелонах власти наблюдается нечто вроде сеанса массового прозрения. Деятелям театра и экрана можно отдохнуть: искусство красноречия и лицедейства вновь перемещается на политическую сцену.
Можно подумать, до сих пор столичный мэр Юрий Лужков ведать не ведал, что мостовые белокаменной топчут ежедневно до восьми тысяч выброшенных на улицу подростков. И что 80 процентов местных беспризорников, как заявил сам только что прозревший уважаемый политик, "страдают либо кожными, либо венерическими, либо психическими заболеваниями". Слава творцу, небо над мэром с грохотом разверзлось, крылатый ангел подал чудный знак и просветление пришло: оказывается, дети должны все-таки учиться, а не болтаться по вокзалам и подземным переходам.
Эта счастливая мысль застала Юрия Михайловича в прошлую среду на внеочередном педагогическом совете в Московском комитете образования. В связи с чем переполненный чувствами градоначальник предложил, учитывая боевой настрой аудитории, срочно переписать давно уже открыто недолюбливаемую им Конституцию России. Правда, покамест только 43-ю статью, пункт первый, лаконично провозглашающий, что "каждый имеет право на образование".

Конституционная реформа вместо школьной
Что же именно не устраивает мэра в этой вполне корректной даже по самым строгим западным канонам записи?
Ответ: чрезмерная мягкость, даже какая-то дряблость формулировки. Впрочем, послушайте и посудите мэра сами. "В предыдущих конституциях этот вопрос был оговорен предельно ясно: образование было обязательным для всех. В настоящее же время мы говорим лишь о праве на образование". А это, считает Юрий Лужков, пересказываемый агентством РИА "Новости", "абсолютно неправильно".
Очевидно, господину мэру куда больше импонирует старорежимная школа-тиран, куда детей приводят под конвоем доблестной милиции, записывают или, проще говоря, отсаживают в специальный коррекционный класс и досыта кормят зуботычинами и двойками за малейшую шалость, неповиновение учителю. Первое лицо Москвы при этом мало волнует, что все четыре миллиона беспризорников новой России (по прошлогодним данным Российского детского фонда) собственными ножками как раз и проголосовали против такой репрессивной модели школьного образования. Мнение детей вообще мало волнует ярого защитника их кровных интересов.
Впрочем, что такое право, обернувшееся тотальной обязаловкой для детворы от Бреста до Владивостока, мы уже знаем.
Единственно верный учебник, программа, единый устав строевой жизни, рацион питания, цвет юбки, фасон пиджака. А в результате — серая и ровная, как и ведущий к ней асфальт, школа советского типа. Шаг вправо, влево учителя или ученика приравнивается чуть ли не к измене Родине. "К доске пойдет..." И холодок бежит за ворот. Помним, конечно, проходили.
Вопрос в другом: почему вдруг мэр заговорил о судьбоносном редактировании Конституции именно в связи с неуправляемо растущей армией бездомных мальчиков и девочек во всех семи бескрайних округах постельцинской России? Что это, в самом деле? Досадная оговорка, вызванная известной тягой Юрия Михайловича к лобовым решениям, его умением сыграть на ностальгических вздохах народа? Или же тщательно взвешенный ход конем, подсказанный градоначальнику, так скажем, свыше — по другим каналам и сетям?
Выступления на том же педсобрании Владимира Филиппова и Любови Кезиной — первых фигур в образовании соответственно России и Москвы - кое-что проясняют в этой головоломке. Риторически посетовав, что "все еще остро стоит вопрос досуга подростков" (Неужели? Где-то мы раньше что-то такое уже слышали), глава просвещения большой страны так же спокойно, как о погоде на завтра, сообщил о намерении ведомства возрождать в школах пионерскую и октябрятскую организации. И аккуратно намекнул, что это лишь один из постулатов новой правительственной программы укрепления семьи и школы. А что, дескать, все логично. Марширующие под барабан дети улиц - тут вам и профилактика малолетней беспризорности, и поголовный учет по месту жительства особо злостных уклонистов от занятий. Сразу два зайца помещаются в одном педагогическом флаконе.

Кто стучится в дверь ко мне с пистолетом на ремне?
Дальше - больше. Взявшая следом микрофон министр столичного образования Любовь Петровна Козина с пионерской торжественностью пообещала, что тоже начинает борьбу с лужковскими бомжами и сиротами. Точно в указанном верховным руководством направлении.
По заверению Любови Петровны, теперь "городская милиция будет проводить в Москве рейды по поиску школьников, регулярно не посещающих уроки". Вместе с милиционерами прямо домой к радушным москвичам придут и их любимые учителя. "Мы должны выяснить причины, мешающие детям ходить в школу, и проанализировать их", - глубокомысленно заметила спасительница Москвы от беспризорных прогульщиков г-жа Козина. Забыв почему-то уточнить, что же мешало ей заняться этим увлекательным исследованием раньше.
Однако тут и без милицейских "правозащитных" мероприятий, пожалуй, все ясно. Именно отсутствие в школах хорошо забытых пионерских сборов на тему "Что такое имя существительное?" и всесоюзных маршей октябрят под лозунгом "От гимна к гимну" не дают столичным генералам от образования надежно приохотить детей к школьной подневолыцине. Что происходит? Нет, это уже не шуршание пробных шаров, не вежливое опытно-лабораторное зондирование почвы по-ельцински, а со всех трибун открыто, во весь голос заявляющая о себе твердая линия, отбрасывающая нас в "абсолютно ясные и правильные годы" нашей недавней истории. К Конституции, полной сомнительных свобод, и к государству крепостного типа, неустанно пекущемуся о благе человека непосредственно у входа в его личное жилище. Печальный опыт не дает забыть: где октябрята с пионерами, там и другие интересные структуры и вполне взрослые, как любит говорить известный энергетик, организации. Вначале перепишем 43-ю статью Основного закона, а там, глядишь, и о руководящей роли самой прогрессивной партии заговорим. Кто бы из избирателей мог предположить такие далеко идущие последствия, выбирая подтянутого, улыбчивого человека с часами "Полет" на правой руке в президенты демократической России.

Срочно меняю временный изолятор на постоянный спортзал!
Правда, есть и обнадеживающие новости, но весьма дозированные и под узкоспециализированной рубрикой "Московский дневник". Всего трех лет неутомимой агитационно-разъяснительной работы стоили "Новым Известиям" впервые поданные столицей знаки понимания элементарной истины. А именно, что школа, открытая для подростков весь день, - вот лучшее (в смысле: самое простое и дешевое) лекарство от безделья, беспризорности, исколотых вен, преступности и прочей липучей заразы.
Действительно, строить новые культурно-оздоровительные клубы и дворцы значительно накладнее, чем распахнуть для одуревшего от скуки паренька уже готовые, но без толку простаивающие по вечерам школьные спортзалы, творческие студии, кружки и мастерские. Просто открыть их во второй половине дня в подарок детям, вот и вся недолга. Это давно уже смекнули даже наиболее критичные наши читатели из "Яблока", "Союза правых сил", московской Думы. А вот теперь и сам столичный мэр сообразил, дай бог ему здоровья, что "безнадзорных ребят нужно активно вовлекать в спорт". Мало того, оценим прямо-таки молниеносную хватку столичного руководителя. Другой бы чиновник, скажем, тот же образовательный министр Филиппов неторопливо развернул бы под эту идею широкую сеть экспериментальных площадок, предусмотрительно взяв деньги у Всемирного банка (в долг). А его вероятный преемник, еще более осторожный политик, ректор Высшей школы экономики Ярослав Кузьминов собрал бы для начала рабочую группу "Полный день школьника", потом положил бы на стол вице-премьеру Валентине Матвиенко пространный отчет и тем бы ограничился. Юрий же Михайлович с ходу предложил без всяких лишних проб и опытов "во всех спортивных залах среднеобразовательных школ, которых в Москве насчитывается 1,5 тысячи, открыть детские юношеские спортивные школы и спортивные кружки". Да еще и пригрозил попробовавшей было сослаться на ужасное безденежье товарищу Кезиной, что "город готов найти на этот проект дополнительные средства".
Что давным-давно уже и требовалось доказать. Осталось лишь понять, кто из учителей будет возиться с детьми, да еще полный восьмичасовой рабочий день, за реально пониженную с января в Москве (вместо обещанного повышения в 1,8 раза) зарплату.