Две причины войн подростков в городе: нет адекватной реакции со стороны государства, а, в частности, —от правоохранительных органов, то есть нет общественного "тормоза". И, кроме того отсутствует "ювенальная юстиция", позволяющая не только наказывать, но и заниматься реабилитацией, работать с детьми риска на улицах.
Анвар Тавобов. Статья. Террор несовершеннолетних. Вечерняя Москва, № 25

В городе идет война. Незаметная на первый взгляд, она не прекращается ни на минуту. Никто официально не подсчитывает потери и увечья в этой войне. Но каждый подросток, в особенности на окраинах Москвы, выходя из дому — в школу или в булочную за хлебом, — внутренне готовит себя к тому, что он может стать ее участником.
Парня зовут Леха — через "е" без точек — это не имя, а производная от фамилии. Леха в восьмом классе, но он высок ростом и так крепко сложен от природы, что производит впечатление одиннадцатиклассника. Леха живет в шести остановках трамваем от метро "Коломенская". Свой район считает лучшим в городе и, как может, борется за справедливость в нем. Вместе с Лехой борются его друзья — братья Вадик и Артем (Дрон-старший и Дрон-младший — тоже от фамилии), а также Гена, которого просто зовут Толстым. Эти ребята объединились полтора года назад. Что заставило их это сделать?
- Я присоединился к ним с прошлого учебного года, — рассказывает Гена. — Короче, я хотел пойти в компьютерный клуб. Там мы командой, сразу на сорока "компах", играем в "Контр-Страйк"...
В клубе один час игры за компьютером стоит 15 рублей. Гена рассчитывал играть 4 часа и должен был потратить 60 рублей. Все, как в школьной задачке. Но у матери не оказалось мелких денег, и она дала ему сторублевку, строго наказав не потерять и принести сдачу.
На остановке у клуба к Гене подошли четверо подростков.
- Сразу было видно, что они скинхеды, — рассказывает Гена, — потому что скины свои шапочки на голове подворачивают два раза, чтобы было видно, что они пострижены наголо. Один из них спросил меня: "Хач?" Я ответил, что русский. Тогда они начали придираться к моему внешнему виду. Им не понравилось, что на мне брюки-"трубы" и на ногах ботинки-"гриндера". "Нарезали" мне хорошо, ну то есть избили, отобрали 100 рублей и проездной.
Гена знал, что Леха давно уже воюет со скинами. Он обратился к нему. Деньги вернуть не удалось, но троих из тех, кто его грабил, они нашли и избили. Четвертый, как оказалось, живет в Панках, что за Люберцами, и наезжает редко. Ехать в Панки опасно. Как утверждают подростки, это город скинхедов.
Сейчас они чаще всего ходят вчетвером. Но когда "забивается стрела", то есть начинаются крупные "разборки", то "реально", как выразился Леха, он может собрать и 30 человек.
Скины к нам не с Марса спустились, они такие же подростки, как и все остальные. Я спросил Леху, откуда такая вражда и взаимная ненависть. Скинхеды не любят инородцев, но ведь Леха не относится к их числу. А оба Дрона — вообще "Иванушки-интернейшл".
— Я рэпер, — отвечает Леха, — они нас не уважают. Говорят, рэп — музыка негров. Но вообще-то, им по барабану — лишь бы придраться. Например, к Вадику придрались за то, что у него брови "лохматые". Кому понравится, если остановят и начнут разглядывать: откуда у тебя уши растут? Мне лично это никогда не понравится!
Самих скинов, кроме бритых голов, можно отличить еще и по высоким "омоновским" ботинкам. Чтобы отличать друг друга в городе, они даже специально подворачивают брючины.
Как утверждают подростки, в их районе до сотни скинхедов, занимающихся "гоп-стопом" — мелким грабежом ровесников — и убежденных в том, что тем самым они борются за чистоту нации. В милицию пострадавшие подростки, как правило, не обращаются. Кто-то боится, а большинство считает это бесполезным. Легче, как говорит Леха, защищаться самим.
Часто родители, посылая сына-подростка в магазин с деньгами, и не подозревают, что за отказом их ребенка стоит вовсе не лень, а страх и нежелание в нем признаться...
Обычно скины носят в кармане горлышко от бутылки, которое называют "розочкой". Известно также их пристрастие к арматуре. В прошлом году Лехе ударом арматуры сломали кисть. Леха не мог отомстить и очень переживал. Тогда старший Дрон отправился в школу, где учился скин. После этой встречи скину тоже пришлось походить в гипсе.
С тех пор, опасаясь ответной мести, Леха со товарищи также по вечерам прихватывают с собой что-нибудь потяжелее…
Борис АЛЫШУЛЕР — руководитель общественной организации "Право ребенка":
Почему идет война подростков? По двум причинам.
Первая. Нет адекватной реакции со стороны государства, а в частности — правоохранительных органов. Нет общественного "тормоза". Вспомните, когда произошли погромы в Ясеневе, нас убеждали в том, что это были просто "хулиганские действия отдельных подростков". Либо не хотят видеть реальную картину, либо есть соответствующая установка ее "не видеть". Что проявляется и сегодня: ведь суд над "хулиганами" никак не назовешь публичным.
Вторая причина вытекает из первой. Есть такое понятие, как "ювенальная юстиция" — юстиция для несовершеннолетних. То есть не только наказывать, но и заниматься реабилитацией, работать больше на улицах, с детьми риска. На Западе есть такая специальность: уличные социальные работники. У нас их нет.