В России ежегодно от насилия в семье погибает более 14 тысяч женщин Общественные организации вместе с юристами намерены доби­ваться пересмотра за­конов в интересах жертв домашних тер­рористов.
Инна Шевченко. Статья. Берегите женщин. Российские вести, № 8.

В силу вступает патриархальная традиция - тер­петь и молчать. Одни боятся выносить сор из избы, другие просто не верят правоохранительным ор­ганам. Выходов из таких ситуаций, как правило, два - или тебя в конце концов убивают, или убива­ешь ты. В последнем случае закон формален - ни­кто не возьмет в расчет, что женщину просто-на­просто довели до последнего предела. На "круг­лом столе", состоявшемся не так давно в Цент­ральном доме журналиста, показали сюжет из пермской колонии. Там шла речь о женщине, топо­ром зарубившей мужа. 17 лет он издевался над ней, в прямом смысле слова несчастная мыла из­вергу ноги и пила эту воду. Суд назначил ей 6 лет лишения свободы. С юридической точки зрения все правильно: женщина - убийца, она понесла за­служенное наказание. Человеческую точку зрения высказала присутствовавшая на встрече Екатери­на Лахова: "Она - молодец, сделала совершенно правильно!" После этих слов зал зааплодировал.
Однако эмоциями проблему домашней тирании не решить. Давно канули в лету ЛТП, товарищес­кие суды и прочие рычаги общественного воз­действия. А между тем на профилактических уче­тах в органах внутренних дел состоит свыше 3 с половиной млн. лиц антиобщественного поведе­ния. В их числе 207 тысяч - семейных дебоширов, 334 тысячи - хронических алкоголиков, 97 тысяч наркоманов и 29 тысяч психически больных, чье поведение представляет опасность для окружа­ющих. В целом же количество людей, образ жиз­ни и поведение которых содержат в себе элемен­ты насилия по отношению к окружающим, значи­тельно больше.
В УК России действует 119-я статья уголовного кодекса - "Угроза убийством или причинением тяж­кого вреда здоровью". Она работает, и работает активно. Кроме того, домашних дебоширов можно привлечь к ответственности по статьям 115-й - "Умышленное причинение легкого вреда здоро­вью", 116-й - "Побои" и 117-й - "Истязание".
Однако дела, возбужденные по этим статьям и доведенные до суда, - большая редкость. Дело в том, что по этим статьям возбуждаются дела так называемого частного обвинения. Государство ос­тается сторонним наблюдателем. Это значит, что по закону такие дела могут быть прекращены за примирением сторон. Допустим, заводится уго­ловное дело по факту избиения. Начинается пред­варительное расследование, и в это время муж, еще недавно размахивавший ножом и топором, валится жене в ноги: прости, виноват. Супруга бежит в милицию забирать заявление или отказы­ваться от своих первоначальных показаний. И в результате весь труд, проделанный милицией, ле­тит в мусорную корзину. Неглавное, как показыва­ет практика, раскаяние длится недолго, а безнака­занность рождает более тяжкие преступления.
Ситуация сегодня выглядит так: даже если уча­стковый или оперативник знают о семейных кон­фликтах, по закону они бессильны привлечь де­бошира к уголовной ответственности, пока нет заявления потерпевшей. Правда, в исключитель­ных случаях прокурор или суд наделены полно­мочиями возбудить дело без заявления. Но имен­но в исключительных.
Общественные организации вместе с юристами намерены доби­ваться пересмотра за­конов в интересах жертв домашних тер­рористов. Для этого, считают специалисты, нужно ввести квалифи­цирующий состав в ста­тьи "Умышленное при­чинение тяжкого вреда здоровью", "Побои", "Истязание", если жертвой является близ­кий родственник. И - самое главное - отме­нить дела частного об­винения. Государство должно взять на себя задачу и ответственность за защиту женщин, поступить как настоящий муж­чина. Что ж, поживем - увидим.
А сейчас для того, чтобы проникнуть в пси­хологию домашнего террориста, стоит по­смотреть, ПОЧЕМУ И КОГДА МУЖЧИНЫ ТАК ПОСТУПАЮТ.
1. Когда больше нечего сказать. В очеред­ном споре Сергей пытался доказать Оле, что всю жизнь прекрасно обходился без ее мамочки с ее дурацкими советами и в будущем намерен посту­пать так же. На что Ольга поинтересовалась, кто же тогда, если не ее мамочка, купил ему машину и терпит его в своей квартире. Ответом был мощ­ный удар в челюсть.
2. Чтобы показать, кто тут главный. Это желание появляется из-за собственной душев­ной слабости, о которой - не дай Бог! - может догадаться женщина. Юра был самым видным парнем на курсе. Но в глубине души всегда чув­ствовал себя тигром с сердцем мышонка. Когда он встретил Марину, сразу понял: это она. Та отнеслась к нему вроде бы благосклонно, но зна­ющая себе цену красавица вела себя взбалмош­но и непредсказуемо. И однажды Юра ощутил такую злобу, что захотел ее отколотить да так, чтобы она корчилась от боли и молила о пощаде. Что и сделал.
3. Из ревности. Комментарии излишни.
4. Когда женщина безобразно пьяна. Мужчины редко испытывают жалость к пьяной женщине. В этот момент она кажется им чем-то вроде половой тряпки. В отличие от жен­щин, которые в большинстве своем таскают перепивших возлюбленных на себе и проща­ют им любые "шалости", мужчины непреклон­ны в своем омерзении. Алексей, например, искренне говорит: "А как ей еще объяснить, если она все время падает и ко всем лезет целоваться?".
5. Когда безобразно пьян сам мужчина. Тогда в нем просыпается тупое животное, зверь, которого он готов показать всем окружающим, и в первую очередь - своей беззащитной спутнице.
В России ежегодно от насилия в семье погибает более 14 тысяч женщин. Сравните - потери от вой­ны в Афганистане составили 17 тысяч человек. Беда в том, что наш менталитет воспринимает до­машнее насилие как норму, а не как преступле­ние. 42 процента опрошенных считают, что до­машнее насилие можно оправдать.