Мы должны остановить юных самоубийц!
Галина Шейкина, Светлана Кольчик. Статья. Аргументы и факты, № 11.

По данным психологов, 85% школьников хоть раз задумывались о самоубийстве.
Средняя зарплата школьного психолога в Москве - всего 1800руб.
В городе НЕТ единого телефона доверия для подростков.

ИЗ СВОДОК ГУВД за последний месяц:
...На окраине Москвы из окна вы­бросился 10-летний мальчик. Причина самоубийства не установлена.
...Под окнами высотного дома обна­ружены трупы двух девочек - 13 и 14 лет. Причина самоубийства не установлена.
...С 12-го этажа сбросился вниз 12-летний подросток. Причина самоубийст­ва - ссора с родителями.
Кто виноват в том, что наши дети до­бровольно уходят из жизни? Войны нет, эпидемии тоже. А они прыгают с высо­ток, вскрывают вены, пьют снотворное. Причины, с нашей, взрослой, точки зре­ния, часто не стоят выеденного яйца. Но для них это превращается в вопрос жиз­ни и смерти.

Школьный психолог - роскошь?
КАЗАЛОСЬ БЫ, предупредить де­тей и родителей о надвигающейся ката­строфе призваны школьные психологи. Они сегодня появились в учебных заве­дениях Москвы. Но даже в Комитете образования нам не смогли назвать кон­кретную цифру: сколько же этих специ­алистов. По одной причине. Профессия эта не стала престижной и уважаемой - зарплата не поднимается выше 1800 руб. А значит, не вошла в число жизненно необходимых. Стандартная ситуация - у психолога даже нет своего кабинета. Ученики не знают его в лицо, соответственно, и в голову не придет обратиться за помощью. Зачастую пси­холог воспринимается как учитель, с ко­торым нельзя быть откровенным.
Кроме того, и столичные родители, и школьники страдают полной "психо­логической безграмотностью". Они ча­сто не знают, как вести себя с психоло­гом, как и когда обращаться к нему за помощью. Елена В. после окончания института устроилась школьным пси­хологом: "Работать в школе непросто, особенно из-за учителей и родителей. Неуравновешенность, легкая внушае­мость, агрессивное поведение, неспо­собность адекватно оценивать свои действия, мысли о самоубийстве - все это результат школьной муштры и вос­питания. По своей воле ко мне придет один-два ребенка, но помощь нужна половине учеников. А родителям - так всем. Некоторые взрослые спокойно беседуют со мной, признавая проблемы в общении с родным чадом, но боль­шинство оскорбляется, что я лезу "не в свое дело". А потом еще и ребенку допрос устраивают: что ты там про меня наговорил?"
Николаи Р. выдержал в школе пол­года: "Я ушел из-за учителей. Любой мой совет они встречали в штыки. Мол, сопляк еще, чтобы нас, опытных педагогов, учить. Недавно узнал, что мою ставку взяла учительница химии, окончив за несколько месяцев какие-то курсы по психологии. Да ей в женской колонии надо работать, а не в психологию лезть. Для нее ребенок - неуправляемый недоумок, на которого можно только кричать".
Школьных психологов готовит не­много столичных вузов. Например, МГППИ (Московский городской пси­холого-педагогический институт). При институте работают лекторий для ро­дителей, психологическая консульта­ция. По словам проректора по учебной работе Елены Смирновой, в МГППИ уже создана столь нужная городу экс­тренная служба психологической помо­щи детям, но телефонный номер у нее добавочный: "Дело не в деньгах, Коми­тет образования финансирует эту службу. Проблема с номером. Дозвани­ваться через телефоны института - де­ло долгое, номер должен быть прямой". ПРОБЛЕМА С НОМЕРОМ?!
Когда на карту поставлены жизни детей? Стыдно даже об этом говорить...

Помощь должна быть навязчивой
СПРАВЕДЛИВОСТИ ради заметим, что проблема детских самоубийств физиологически возрастная, а значит, и интернациональная. Но количестве служб экстренной помощи, например, в любом крупном городе США в 10 раз больше, чем в Москве. Там кругло­суточно работают кризисные центры, выделены десятки бесплатных "горя­чих линий" специально для детей и под­ростков, созданы группы поддержки, разработано множество школьных про­грамм, есть специальные сайты в Ин­тернете. В Швеции и Бельгии контакт­ные телефоны бесплатных психологи­ческих служб размещены на телефон­ных автоматах, тетрадках, на обороте комиксов, в мультиках и передачах для подростков. А в Москве вы их не найде­те не то что в школе на доске объявлений, а даже в телефонном справочнике они могут быть устаревшими. Вот дога­дались столичные издатели украсить обложки тетрадок физиономиями поп-звезд. А почему не номерами телефо­нов служб доверия? Одно время вагоны метро были навязчиво обклеены лис­товками против абортов, хочешь не хо­чешь, а увидишь. А почему бы точно так же и точно там же не размещать номера телефонов доверия?
Центр помощи подросткам должен работать в каждом районе круглосу­точно. Навязчивая мысль может ро­диться в детской голове в любое время суток, да и не будет разговаривать под­росток по телефону с психологом, если рядом кто-то есть из взрослых.
Жаль, что городские власти устра­нились от решения этой проблемы. Да, и на сытом Западе дети часто подходят к последней черте, но там гораздо больше возможностей их остановить, чем у нас. А это - НЕСПРАВЕДЛИВО.

Эти телефоны должны быть у каждого подростка
1. Психолого-медико-социальные центры по округам (вре­мя работы - будни, 10.00 -18.00). ЦАО - 265-01-18 (ул. Нижняя Красносельская, 45). Помощь детям, испытывающим домаш­нее насилие со стороны родителей. САО - 152-02-51, 495-51-43 (ул. Часовая, 5а). Помощь для детей раннего возраста в игровой форме, для детей после 7 лет - консультации. СВАО -104-04-76, 104-17-29 (ул. Римского-Корсакова, 10). ЮВАО -175-34-71, 175-92-56 (Есенинский бул., 9, к. 2). ЮАО - 113-18-36 (Нахимовский пр-т., 2). ЮЗАО - 132-00-03 (Ленинский пр-т., 89а). ЗАО - 413-11-15 (Осенний бул., 16, корп. 6). СЗАО - 498-69-57 (ул. Исаковского, 4/1). Зеленоград - 538-50-20, 538-50-22 (Зеленоград, корп. 45).
2. Отдел экстренной психологической помощи МГППИ -923-13-69 (доб. 1056).

Елена ВРОНО, детский психиатр, Исследовательский центр семьи и детства:
- НА ЧТО должен обратить внимание родитель? В поведении подростка произош­ли резкие перемены (тихий, аккуратный и вежливый мальчик превращается в хамо­ватого и взвинченного, компанейский и открытый становится зажатым, постоянно говорит, что ему скучно и неинтересно, ведет разговоры о суициде). Если сын или дочь стали оставлять на видном месте свой личный дневник, письма, бумаги, кото­рые раньше ревниво оберегались и прятались подальше, это может означать, что у него серьезные проблемы. Сам рассказать о них подросток не может из страха или стыда, но он надеется, что вы прочитаете эти записи и поможете ему.
Когда на прием приходят подросток и его родители (чаще всего уже после по­пытки суицида), помощь нужна всей семье, Подростку надо помочь преодолеть про­блемы, взрослым - решить, как семья будет существовать дальше после случивше­гося. Для окружающих попытка самоубийства - всегда шок, особенно если речь идет о подростке. К сожалению, отечественная служба психологической и психиат­рической помощи подросткам несовершенна и бедна. Нет инфраструктуры, доста­точного количества квалифицированных специалистов. В странах с высоким уров­нем самоубийств, как в России, как правило, система служб психологической помо­щи охватывает все население.
Количество подростков, кончающих жизнь самоубийством, во всем мире постоянно увеличивается. В США число юных са­моубийц выросло за последние 30 лет на 250%. Во Франции за последнее десятилетие - на 300%.
На 2 убийства в США приходится 3 суицида. На 1 самоубий­ство - от 50 до 100 попыток покончить с собой. Каждые два ча­са семь минут американский подросток сводит счеты с жиз­нью. Самоубийство - третья по распространенности в США при­чина смерти среди возрастной группы 15-24 года и четвертая - среди детей 10-14 лет.
В России ежегодно добровольно уходят из жизни более 2,5 тыс. детей и подростков до 19 лет, но это смерти, зарегист­рированные как самоубийство. Как "смерть в результате не­счастного случая" оформлено случаев в несколько раз больше.
В 2001 г. в Москве покончили жизнь самоубийством 49 под­ростков.
Мотивы суицида - 3/4 всех попыток самоубийств связаны с проблемами в семье, две другие злободневные причины - конф­ликт в школе и в личных отношениях.