Движение "За права человека" разыскивает детей Натальи Кадыровой, отбывающей наказание в Можайской женской колонии.
Евгения Рубцова. Статья. Чужие дети. Новые Известия, № 117, 10 июля 2001 г.

"Помогите разыскать моих де­тей". Письмо с таким криком о помощи пришло в движение "За права человека" от Натальи Ка­дыровой, отбывающей наказание в Можайской женской колонии. Известно, что судьба детей, оставленных на воле, больше всего за­ботит женщин-заключенных. Но случай Натальи Кадыровой осо­бый.
В декабре прошлого года Че­ремушкинским межмуниципаль­ным судом Москвы Наталья Кадырова была приговорена к семи годам лишения свободы по статье 228 УК РФ (незаконное изготов­ление, приобретение, хранение, перевозка либо сбыт наркотиче­ских средств или психотропных веществ). Учитывая то, что рань­ше она не имела судимостей, при­знала свою вину и раскаялась, ак­тивно сотрудничала со следстви­ем, прокурор просил применить к Наталье условное наказание сроком на пять лет. Судья же Медведева, как это ни удивитель­но, с обвинителем не согласилась и вынесла свое решение.
Но больше всех от такого су­рового приговора пострадали де­ти Натальи Кадыровой. Одинна­дцатилетняя Кристина и годова­лый Кирилл остались брошенны­ми на произвол судьбы: их мать взяли под стражу прямо в зале су­да, а отец умер еще до рождения сына. Чужие дети, да еще и не­прописанные в Москве, судью, видимо, настолько мало заботи­ли, что служительница Фемиды проигнорировала даже закон. А статья 98 УПК РСФСР предпи­сывает органам суда и следствия перед арестом родителей передать несовершеннолетних детей на по­печение родственников или му­ниципальных отделов опеки.
В школе, где училась Кристи­на, ничего о беде Кадыровых не знали, поскольку даже после аре­ста матери девочка посещала за­нятия еще несколько месяцев. Как нам сообщила директор шко­лы Людмила Александровна Трубина, классный руководитель Кристины забила тревогу только в апреле, когда ее ученица исчез­ла. Она ходила к Кадыровым до­мой, но в квартире никого не бы­ло. На этом поиски и прекрати­лись. "Да и где нам было искать незарегистрированного в Москве ребенка, по месту прописки ее матери, в Магадане?" - ритори­чески спросила Людмила Алек­сандровна. Девочка исчезла, но ее личное дело в школе по-прежне­му лежит невостребованным.
В отделе опеки управы "Чере­мушки" о судьбе детей Кадыро­вых тоже знают немного. Оказа­лось, что об аресте Натальи чи­новники узнали даже не из пра­воохранительных источников, а от хозяина квартиры, которую она снимала. "Зимой к нам приходил сожитель Натальи Кадыровой и просил оформить опекунство на его имя. Но потом его с детьми, видимо, выгнали из снимаемой квартиры, и мы потеряли их сле­ды, - сказала нам сотрудница от­дела опеки. - Мы писали письма родственникам Кадыровой в Лу­ганск, Якутию и Магадан, но от­ветов так и не получили".
На розыск детей Кадыровых у отдела опеки, по словам чиновни­ков, нет полномочий. Да и дети-то чужие, не московские. А если де­тей могли похитить, продать или убить - чиновников не волнует.
В Москве существует единст­венный приют "Дорога к дому", который занимается так называ­емыми чужими детьми. Руковод­ство приюта не склонно винить в пропаже маленьких Кадыровых судью, не пожелавшую вынести постановление о передаче их на попечительство, или отдел опеки, который в течение четырех меся­цев ничего не предпринял и бла­гополучно избавился от пробле­мы, когда дети исчезли с подве­домственной территории.
"Принятый два года назад фе­деральный закон о профилакти­ке правонарушений среди несо­вершеннолетних и беспризорничества, с одной стороны, гуманен - ребенка забирают в приемник-распределитель, только если он совершил какое-то преступление, - говорит сотрудник приюта Ми­хаил. - Но, с другой стороны, по­лучается, что, пока ребенок не стал преступником, никому до него нет дела. И особенно это ка­сается иногородних малышей".
Закон обходит молчанием судьбу чужих детей. Судьи игно­рируют нормы Уголовно-процессуального кодекса. А каждый год только через общественный мос­ковский приют "Дорога к дому" проходит более ста детей, бро­шенных государством. Где и как искать Кристину и Кирилла Кадыровых, не знают ни отдел опеки, ни Управление по надзору за несовершеннолетни­ми. А судья, нарушившая закон, видимо, никакого наказания не понесет. Юрист Татьяна Глазкова, встречавшаяся в колонии с Натальей Кадыровой, говорит, что та сходит с ума, не зная, что стало с ее детьми. "Я готова на что угод­но, только помогите найти моих детей", - по словам Татьяны Глазковой, молит осужденная мать.