Беседа с Лилит Караген, директором социально-реабилитационного центра для несовершеннолетних и молодежи “Дом милосердия”.

Парламентская газета, № 40, 1 марта. Анна Ткач. Статья. “Момент” – и ты летишь в пропасть.

Стало уже вполне обычным явлением, когда малолетние дети просят деньги у прохожих на улицах. Стоит только открыть кошелек на вокзале, рынке или вблизи пресловутого Макдоналдса, у какой-нибудь палатки, как они мгновенно "вырастают" перед тобой будто из-под земли. Тут же слышишь: не найдется ли мелочи, а то на метро или обед не хватает.

Самая большая глупость - поверить попрошайке. Он выпрашивает мелочь не потому, что помирает с голоду, а потому, что не хватает на "допинг". Ваши деньги пойдут совсем не на пропитание ребенка, а на покупку клея "Момент" или всего необходимого для получения зелья вроде "винта". Тем более что компоненты свободно продаются в аптеке. Словом, стать токсикоманами и наркоманами у нас сейчас доступно любому подростку.

Возникает закономерный вопрос: что же заставляет детей выбирать для себя дорогу к верной пропасти?

...В семье Черновых (фамилия изменена) вроде бы ничего не предвещало большой беды. Сын Леша рос довольно скромным тихим мальчиком. Мама воспитывала его и старшую сестру одна. Конечно же, ей приходилось много работать, чтобы прокормить и одеть детей. Домой она приходила, как правило, взвинченная, усталая. Нервы не выдерживали - вот и срывалась на детях. От постоянных скандалов Леше хотелось бежать, как говорится, куда глаза глядят. Порой даже подумывал о самоубийстве.

Нетрудно догадаться, что улица стала для него вторым домом. Семья жила неподалеку от Макдоналдса, который был своего рода центром притяжения для местной тусовки малолетних девчонок и мальчишек.

- Сначала меня там "кидали", - рассказывает Леша, - как это происходит со всеми новенькими. Заставляли выпрашивать у прохожих деньги на выпивку, клей, курево. После "проверки" приняли в свою тусовку. Тогда и я решил попробовать сам, что это за вещь такая - "Момент" нюхать. Тем более денег на это хватало - набил руку на попрошайничестве. В сутки у меня выходило где-то 200-300 рублей.

Вот таким образом Леша незаметно для себя стал токсикоманом. И остановиться уже не мог, его зависимость от клея продолжалась почти полтора года...

- Это время, - говорит Леша, - проходило в каком-то бреду. Понюхаешь - и оказываешься в другом мире. Мимо тебя проезжают машины, отзываясь в ушах оглушающим грохотом - в обычной жизни они и близко так не шумят. Голоса расплываются как в тумане. Смотрю - стена волной пошла, какие-то крестики, нолики поплыли...

Нюхали ребята клей прямо перед Макдоналдсом, не скрываясь от посторонних глаз. Это место "тусовщики" называли шайбой. Там и до сих пор лежит толстый слой пакетов и тюбиков. Еще у ребят было одно укромное место - узкий проход между двумя зданиями, где дети устроили себе лежбище.

- Там я прожил месяц, - продолжает свои воспоминания Леша. - Прожил бы там и еще дольше, если бы однажды меня не забрал милицейский патруль. Мама пришла за мной и обомлела - я был похож на бомжа. Потом я уже не убегал из дому, но продолжал нюхать клей. Появился такой наркотик, заменитель "винта" - мы его варили в кустарных условиях прямо на лестничной клетке, в аптеке покупали все необходимое. На человека 25 рублей хватало выше крыши, чтобы дозу себе приготовить. Мы тогда и дышали, и кололись одновременно. Укололся - догнался "Моментом".

Леша стал кашлять кровью, заразился гепатитом С. Одного его знакомого из той компании тогда случайно нашли на Каширском шоссе. Он потерял сознание, лежал с закатившимися глазами - его уже засыпало снегом. До этого он намешал все что было можно - и напился, и нанюхался, и укололся...

Теперь, когда все позади, Леша уже понимает, что с ним происходило.

- Те, кто нюхает клей, - говорит он, - живут одним днем - их не волнует, что будет завтра. Я бросил школу, не появлялся там целый год. А одна девчонка из нашей компании каждое утро начинала с клея - просыпалась и как чай наливала - выдавливала клей в пакет... Многие из нашей компании продолжают травиться. Вот сейчас шесть часов вечера, значит, они уже возле Макдоналдса собрались. Правда, попрошайничать стало уже не модно. Начался криминал - на деньги кидают...

Слушаешь Алешу, и не верится, что всего лишь год назад он сам был таким же. Теперь все по-другому - уже целый год он не нюхает клей, полгода не колется, не курит. А случилось вот что: когда он попрошайничал у Макдоналдса, то с ним познакомилась Лилит Караген - директор социально-реабилитационного центра для несовершеннолетних и молодежи "Дом милосердия". Она вместе со своими помощниками патрулирует по городу у Макдоналдсов, вокзалов и беседует с детьми, приглашает в свой центр. Именно она привела Лешу за ручку в школу, где он не появлялся целый год, потом устроила в ПТУ. И сейчас Леша осваивает профессию фрезеровщика.

- Я понял, что ей небезразлична моя жизнь, - говорит Леша, смущенно улыбаясь, - и тогда во мне проснулось что-то человеческое. Я стал ходить в церковь. А до этого вообще ни во что не верил. Считаю, именно вера вытащила меня из того ада, в котором я находился. Когда меня "прорабатывали" дома, в милиции, мне было это по барабану, все эти душеспасительные беседы. В "Доме милосердия" все было по-другому - там я почувствовал, что меня кто-то любит. И тогда я сам захотел измениться.

История Алеши вообще-то типична для нашего времени. Статистика свидетельствует, что каждый шестой подросток-школьник в стране пробовал наркотики. Известно ли это властям? Конечно, известно. Но у них есть свое объяснение. Вот станем побогаче, говорят они, тогда и займемся этой проблемой.

Что на это сказать? Понятно, трудностей сейчас много - куда ни кинь, что называется, всюду клин. Но ведь в данном случае речь идет не просто об очередной наболевшей проблеме, а о будущем страны. Больные, наркозависимые дети - это несчастливое будущее. Поэтому при всех трудностях надо находить средства для решения именно этой проблемы. Тем более что в стране наработан уже некоторый опыт профилактики детской токсикомании. Это создание бесплатных спортивных кружков в школах, клубах. Кое-где открываются специальные наркологические клиники для детей.

Вот что говорит Лилит Караген, которая уже много лет работает с детьми, страдающими химической, токсической зависимостью.

- Сегодня в районных наркологических клиниках в одной палате лежит взрослый алкоголик, который мечется в белой горячке и падает с кровати. Рядом на постели наркоман дрожит в судорогах от ломки, и тут же рядом ребенок токсикоман, который пытается убежать на улицу. Так один мальчик, которого я знаю, он посещал наш центр, связал три простыни и убежал из такой клиники, спустившись с третьего этажа.

Чтобы токсикоманов среди детей и подростков стало меньше, на мой взгляд, нужно проводить системную работу всем заинтересованным сторонам: и семье, и школе, и таким домам милосердия, как наш, и, конечно же, правоохранительным органам. Одни отлавливают токсикоманов, если можно так выразиться, другие занимаются воспитанием с учетом особенностей личности каждого ребенка. Также не нужно проводить очередную кампанию по выявлению наркоманов и токсикоманов, а лучше вести кропотливую работу с ними.

Что же, думаю, лучше и не скажешь...