8 июля в Москве прошла пресс-конференция на тему “Что изменилось в ситуации с беспризорными детьми после реакции федеральных властей на эту проблему”, организованная комитетом “За гражданские права”.

Новые Известия, № 7. Александр Богомолов. Статья. “Беспризорность в России выгодна всем…”

Вчера в Институте развития прессы несколько правозащитников и один чиновник пытались подвести итоги президентской кампании по борьбе с беспризорностью. Выяснилось, что бездомных детей стало больше, хотя и произошли “важные структурные сдвиги”. А главными помехами в борьбе с беспризорностью признали плохую организацию межведомственного взаимодействия и отсутствие базы данных по безнадзорным детям.

Тема пресс-конференций была сформулирована витиевато и многообещающе: “Что изменилось в ситуации с беспризорными детьми после реакции федеральных властей на эту проблему”. -Однако ничего сенсационного организаторы не сообщили. Как и предполагалось, изменения коснулись в основном структуры организации надзора за юными бродягами. А председатель комитета “За гражданские права” Андрей Бабушкин и вовсе признался, что на московских вокзалах беспризорников стало больше, чем до начала кампании.

По словам Бабушкина, основные причины неудачи - отсутствие патронажной службы и системы сквозного патронажа детей после выхода из детского учреждения. Но больше всего правозащитников обижает нежелание властей и милиции взаимодействовать с общественными структурами.

— Мы приводим в отделение подростка в состоянии токсического опьянения, который только что чуть не угодил под машину, – возмущался Андрей Бабушкин. - А его сразу же отпускают, говорят, что это не их дело.

Руководитель службы помощи детям Андрей Маяков сообщил, что после начала кампании для милиции основной задачей стало любыми методами убрать безнадзорных детей со своей “территории”. Например, Курский вокзал обслуживают два ОВД, каждое из которых норовит спихнуть ребенка на “соседей”. Для выхода из сложившейся ситуации господин Маяков предложил создать единую базу данных по беспризорникам и опять же допустить к работе с ними общественные организации.

Заместитель руководителя Департамента по делам детей, семьи и женщин Министерства труда и социального развития РФ Нина Шахина про привлечение общественных организаций говорила не очень охотно. Зато заметила, что президентская кампания оказалась в целом успешной, потому что “удалось привлечь внимание общества к проблеме беспризорности”. По мнению Нины Шахиной, важным шагом на пути к ликвидации этого неприятного для властей явления стала организация межведомственного оперативного штаба под руководством МВД. Ежемесячные заседания штаба позволили гораздо быстрее решать важные вопросы распределения полномочий между разными ведомствами, жаждущими помочь детям.

В ходе дискуссии выяснилось, что в России вообще не существует точной статистики по беспризорным. Правозащитники полагают, что в стране не более 200 тысяч таких детей. А Нина Шахина заявила, что из 250 тысяч человек, которые в 2002 году прошли через систему социально-реабилитационных учреждений, лишь 9600 могут по праву считаться “беспризорниками”. Остальные - “безнадзорные” и просто “трудные”, а это совсем другое дело.

Самое интересное было сказано в конце. По словам Андрея Бабушкина, с беспризорностью трудно бороться, потому что сегодня она выгодна всем. Правозащитники получают гранты, милиция рисует галочки в отчетах, чиновники рулят финансовыми потоками, социальные работники имеют свой кусок хлеба, а организованная преступность получает хорошо подготовленные кадры. Довольны все.

Пока умные и достойные люди с серьезным видом говорили о путях решения проблемы беспризорности, тринадцатилетний бродяга Сережа шел по Тверскому бульвару мимо здания Института прессы и рылся в мусорных ведрах. Сережа не знает, что такое “ювенальное право”, “социальный патронаж”, “семейно-воспитательные группы” и “интегративная система работы с детьми”. Сережа далек от проблем межведомственного взаимодействия и никогда не читал газету “Московский беспризорник”, которую, оказывается, издают для таких, как он.. Зато Сережа хорошо осведомлен в других вопросах. Ему известно, что не нужно попадать в лапы милиции, которая отправит его в детприемник. А там сильно бьют. Сережа помнит, что перед тем как отвезти в приют, его неделю держали в больнице на карантине, где тоже бьют. К Сереже однажды подходили какие-то социальные работники и долго-долго “спрашивали про всякую ерунду, а денег не дали”. “На улице лучше”, — вот и вся его философия.