Репортаж из Дома ребенка №24 на Второй Пугачевской улице Москвы.

Версты, № 138. Елена Денисова. Статья. Дом, где встречаются сердца. Репортаж из Дома ребенка №24 на Второй Пугачевской улице Москвы.

Кто-то детей бросает, кто-то их подбирает. Вот только первых пока гораздо больше...

Животное никогда не бросит своих детей, — сказал мой отец, когда наша кошка пропала на три дня, а на чердаке орали ее голодные котята. — Человек может оставить, а зверь — никогда”.

Отец оказался прав. Кошка Маша детей своих не бросила, она умирала на соседнем дачном участке, съев какой-то отравы. Оглашая окрестности отчаянным и совсем не кошачьим воплем, звала нас на помощь, а мы думали — чей-то кот... Только смерть и может помешать животному выполнить его родительский долг.

У людей все по-другому. Можно “забыть” собственное дитя на скамейке в парке, под кустом, в общественном туалете, а можно его выбросить в урну или мусорный контейнер. Подкидыши — это лишь часть воспитанников Дома ребенка № 24, что на Второй Пугачевской улице города Москвы. Больше всего здесь детей отказных — это когда мамочка пишет заявление с такими словами: “Я, такая-то, даю согласие на усыновление (удочерение) моего ребенка”. И далее: “Правовые последствия передачи ребенка на усыновление мне разъяснены”.

— А если мать вдруг одумается, что тогда? Ей вернут ребенка?

— Нет, если ребенок к тому времени усыновлен, — отвечает директор Дома ребенка Элеонора Мазанова.

— А бывают случаи раскаяния?

— На моей памяти один-единственный раз.

Впрочем, не все матери утруждают себя написанием заявления. Они поступают проще: бегут из роддомов, едва разрешившись от бремени. Не оставив даже записки, не распорядившись судьбой новорожденного. Всю заботу о таком ребенке берет на себя государство. Ну а для того чтобы определиться с правовым положением малыша, Дом ребенка вступает в длительную переписку с различными ведомствами и организациями. Иной раз найденная мать под давлением родственников соглашается взять собственного ребенка.

Есть среди воспитанников детского дома и такие, чьи родители хорошо известны правоохранительным органам, поскольку в свое время были лишены родительских прав. Причины — алкоголизм, жестокое обращение с детьми. Только из одной семьи сюда, на Вторую Пугачевскую, попали четверо ребятишек. Младший, годовалый, с диагнозом “сотрясение головного мозга”...

Сегодня в Доме ребенка № 24 воспитываются 100 детей в возрасте от нескольких дней до 4 лет. Большинство детей относительно здоровы и успешно усыновляются. Кстати, по этому показателю (количеству усыновлений) Дом ребенка № 24 — лучший в Москве. Только в этом году приемных родителей здесь обрели 24 малыша. Именно здесь нашла свою дочку Светлана Сорокина. Фото счастливо улыбающейся телеведущей обошло все газеты.

“Наша задача, — говорит Элеонора Сергеевна, — реабилитация, лечение и возвращение детей к нормальной жизни. Мы делаем все, чтобы устроить ребенка в семью. В детские дома от нас попадают единицы”.

Моя собеседница руководит Домом ребенка уже 11 лет. На Вторую Пугачевскую перешла с должности главного специалиста по детству управления здравоохранения Восточного округа. Свой пост покинула только потому, что хотела живой работы, ведь по профессии Элеонора Сергеевна — врач-педиатр. Свою деятельность в Доме ребенка начала с того, что очистила коллектив от пьяниц, приобрела стиральные машины и электроплиты, огородила территорию

— По сравнению с моей прежней работой нынешняя куда более ответственная, ведь наши дети не отличаются отменным здоровьем. Их матери во время беременности не наблюдались в женской консультации, могли употреблять наркотики, алкоголь. Результат —дети с врожденными пороками головного мозга, сердца, легких и так далее.

Главная проблема Дома ребенка на Второй Пугачевской — недостаточное финансирование. Денег не хватает ни на ремонт здания (за 40 лет его существования обновлено лишь одно крыло), ни на мебель. А вот едой, одеждой и лекарствами воспитанники Дома обеспечены полностью.

— Есть ли у вас спонсоры?

— Что вы! Какие спонсоры? Недавно была критическая ситуация с памперсами. Я написала письмо в муниципалитет “Преображенское” с просьбой помочь детям. Там нашли один коммерческий банк, который и оплатил покупку средств гигиены на сумму в тысячу долларов. Жаль, что такое в нашей практике случается не часто.

“Знают ли дети о существовании слова “мама”? — спросила я у врачей Дома ребенка — Галины Фроловой, Любови Колесниченко и Надежды Шиловой.

— Конечно. Оно у них в подсознании, даже если мамы нет рядом. О маме думают, о маме говорят, мечтают и называют этим словом нянечек, воспитателей, врачей. А был у нас такой мальчик Камран, который так и заявил: “Найдите мне маму!” И маму мы ему нашли — в Бельгии. Потом нам такие замечательные снимки присылали — Кама в Швейцарии, Кама в Венеции! Но что самое любопытное — они с приемным папой похожи! Смотришь — родные люди!

Конечно, новые родители не падают с неба. Поиск семьи для маленького человека начинается практически сразу. В первые 7 дней жизни готовятся необходимые документы, анкета с указанием диагноза заболевания, малыша фотографируют. На 7-й день сведения поступают в региональный банк данных. Через месяц, если ребенка не усыновили, — в государственный и федеральный банк данных. Ну а супругам, желающим взять ребенка, остается лишь обратиться в органы опеки и попечительства.

В Доме ребенка до сих пор вспоминают о Варваре и о том, как она встретила своего сына. Вошла в палату и увидела малыша — совсем не красавца и молчуна. Никто его не брал и не замечал, как не замечают придорожную травку. А мама Варвара с порога заявила: “Это мой!”

— У нас детишки хоть и маленькие, — говорит Татьяна Остропольская, музыкальный работник Дома ребенка, — а все равно понимают, когда их ведут на смотрины. Вот Надюшка — такая была вся собранная, так старалась понравиться! Пела, танцевала. Ведь никакие заботливые воспитатели не заменят ребенку его мамы. Кстати, Надюшку тогда удочерили. Мы очень радуемся за детей, когда они уходят в семью, и переживаем, если этого не происходит.

— А что, детей возвращают назад?

— Один случай был. В пятницу девочку удочерили, а в понедельник вернули. Помню, прихожу после выходных на работу, заглянула в группу. А там Катюшка сок пьет. Я глазам своим не поверила. Спрашиваю у воспитателей “Что случилось?” Оказалось, не понравилась наша Катюшка собаке приемных родителей. Пес выл до тех пор, пока девочку не увели из квартиры.

— А что было потом?

— Другие люди удочерили.

...Двухлетняя Светочка понравилась представительной даме лет тридцати. Дама часто играла с ребенком, дарила подарки и внимательно выслушивала профессоров, которых приглашала к девочке. Однажды дама приехала вместе с мужем, чтобы показать предполагаемую дочку. Мужчине Светочка не понравилась, и дама исчезла. А ребенок ее ждал. Подбегал к каждому, кто заходил в группу... Потом Светочка перестала есть и разговаривать. С диагнозом “нервный срыв” попала в детскую Морозовскую больницу.

А маму девочке все же нашли, правда, не в России, а в Голландии.

Пока мы беседовали с Татьяной Григорьевной на одном конце музыкального зала, в другом его конце, посреди груды игрушек, расположилась семейная пара из США и крошечная девочка.

“Mother!” — показывала на себя американка и что-то быстро говорила. Девчушка удивленно смотрела то на женщину, то на мужчину. Потом американец прижал малышку к груди и долго ходил с ней по комнате, как это делают все любящие отцы.

Не всем нашим гражданами зарубежные усыновители по вкусу. “Что им, своих детей, что ли, не хватает?” Действительно, наверное, не хватает, раз готовы лететь сюда за тысячи километров. Приезжают и берут самых больных детей, делают им дорогостоящие операции за свой, разумеется, счет. Здесь же, в Москве, работу хирургов оплачивает Дом ребенка.

Анаида Балоян — повар Дома ребенка. 15 лет назад до землетрясения в Ленинакане имела свой дом. Сейчас единственное ее богатство — семья, дети. Каждый день Анаида встает в 5 утра и отправляется на работу.

— Как подумаю о сотне ребятишек, которых нужно накормить, сон тут же пропадает. Малыши должны поесть вовремя. В Дом ребенка, можно сказать, лечу. Для меня дети — это святое.

— А вы всегда готовите то, что предписывается справочником по питанию?

— Нет. К примеру, на Пасху я всегда пеку куличи. Пусть детишки знают, что есть такой замечательный и светлый праздник.

— Анаида, а что означает ваше имя?

— С армянского — “богиня красоты и плодородия”.

От вкуса и деловых качеств Людмилы Шестаковой, сестры-хозяйки, зависит то, как ребятишки будут одеты. “Мы не покупаем вещи на рынке, — говорит она, — а только на фирмах, торгующих по безналу. Так получается дешевле, да и качество изделий лучше. Увидев наших детей, мамы из близлежащих домов нередко спрашивают: “А это вы где покупали?”

Самый счастливый день для коллектива Дома ребенка — тот, когда за малышом приезжают мама и папа. Во двор выходят воспитатели, няни, врачи и не скрывают слез волнения: ведь они провожают маленького человека.