Беспризорные малолетние преступники становятся неразрешимой проблемой для современной России. Репортаж из московского Центра временной изоляции подростков

Трибуна, № 124. Юлия Бекичева. Статья. Требуется Железный Феликс.

Беспризорные малолетние преступники становятся неразрешимой проблемой для современной России. Репортаж из московского Центра временной изоляции подростков.

- Бомж! - заорал розовощекий бутуз Петька. - Спит... Счас я его разбужу...

Под оглушительный гогот и свист приятелей Петька расстегнул штаны и стал мочиться на развалившегося на траве старика. Тот не просыпался.

- Дурак! - презрительно поглядел на Петьку долговязый Витек. - Надо его поджечь. - Тогда точно проснется.

- К-как поджечь? - испуганно захлопала густо накрашенными ресницами Вика.

- Вот так.

Обложив бомжа обрывками газет и сухой листвой (чтобы хорошо горел), дети вытащили из карманов зажигалки...

Согласно постановлению районного суда, 9-летние Петя и Вика, 10-летний Виктор и еще несколько ребят того же возраста (все - дети из благополучных московских семей) были направлены в Центр временной изоляции несовершеннолетних правонарушителей при ГУВД г. Москвы отбывать наказание за групповое убийство.

10 лет назад на территории Свято-Данилова монастыря располагался детский приемник-распределитель. Представители правоохранительных органов Москвы доставляли сюда малолетних правонарушителей, прибывших в столицу из разных уголков России. Жителями “республики ШКИД” становились дети от 3 до 18 лет: бродяжки и насильники, воры и убийцы.

В 90-х годах приемник расформировали. Маленьких преступников поручили органам социальной защиты, а подростков в возрасте 11-18 лет - работникам Центра временной изоляции несовершеннолетних правонарушителей при ГУВД Москвы.

Из монастыря ЦВИН переместился в здание на Алтуфьевском шоссе, обнесенное высоким бетонным забором. По сути, изменилось только место расположения приемника, контингент остался прежний: малолетние воры, проститутки, угонщики машин, убийцы.

За последние полгода в Центр доставили 1.144 ребенка. 90 процентов из них - иногородние (637 человек приехали в Москву из российских городов, 507 - из стран СНГ) плюс 50 человек - дети из Москвы и Московской области.

Примечательно, что причиной пребывания в Центре изоляции едва ли не 87 процентов иногородних детей является административное нарушение, т. е. пребывание в Москве без регистрации.

Рассказывает заместитель начальника ЦВИН по воспитательной работе Марина КОМАНДИНА:

- 13-18-летние подростки едут в Москву на заработки. В основном это ребята из Таджикистана, Узбекистана, Грузии, с Украины. Очень много детей из Молдавии. Сбегают из дома, приезжают на поездах “зайцами”, живут в подвалах, притонах.

Мальчишки моют машины, работают грузчиками, готовят салаты в уличных фаст-фудах.

Девочек преимущественно заманивают в Москву обманом “добрые” знакомые. Обещают устроить продавщицей цветов, фотомоделью, актрисой. Только оказавшись в столице, девчонки обнаруживают, что их “благодетель” - сутенер.

Задержанные дети по постановлению суда направляются в ЦВИН, где на каждого из них заводят личное дело. Дети проходят медосмотр, им выдают новую одежду, если требуется, лечат и отправляют в группу таких же подростков.

Задача тех, кто работает в Центре, - установить личность ребенка, причины его безнадзорности и принять меры: отправить домой, провести профилактику. По закону ребенок не может находиться в Центре более 30 суток.

За это время работники ЦВИН должны проделать огромную работу.

- Родственники, как правило, даже не пытаются разыскать своего ребенка потому, что большинство иногородних “бегунков” из неблагополучных семей. Пьющие родители, насилие в семьях, нежелание учиться, нищета, - рассказывает Марина Александровна. - Девочки бегут от безысходности: отчим ее домогается, она ищет защиты у матери, а та злится, обвиняет дочь во лжи.

Дети хотят жить достойно: быть сытыми, хорошо выглядеть. Мальчики с удовольствием воруют сотовые телефоны, потому что мечтают, чтобы и у них “такое” было, и одновременно знают, что мать им никогда не купит телефон.

...Согласно статистике ЦВИН, по уголовным преступлениям “специализируются” преимущественно дети из Москвы и Московской области... Кражи, разбой, убийства, изнасилования....

Не только неустойчивое материальное положение в семье толкает детей на преступления, но и... генетика.

Супружеская пара взяла на воспитание детдомовскую девочку. Дочь ходила в балетную школу, была отличницей, умницей и так до полового созревания, а после... Стала проституткой, как родная мать. Приемные родители не смогли ничего сделать. Дочь подхватила сифилис, проституция стала для нее нормой.

Есть ребята, совершающие преступления по глупости, непреднамеренно.

Трое подростков украли в супермаркете тележку, предназначенную для перевозки продуктов, и сбросили ее с крыши многоэтажного дома - посмотреть, как она “летает”.

Тележка упала на выбегавшую из подъезда 12-летнюю девочку. Девочка погибла на месте.

ЦВИН - это не железные решетки, камеры и нары. Это нечто сродни детскому санаторию, разделенному на 4 отделения. Девочки и мальчики “содержатся” отдельно, живут согласно расписанию, ежедневно проходят медосмотр, учатся, гуляют, играют в настольный теннис... В спальне рядами стоят аккуратно застеленные железные кровати, на спинках которых висят сложенные вчетверо полотенца.

Когда я вошла в третье отделение, курируемое старшим воспитателем майором милиции Ольгой Дарий, ее воспитанники, только принявшие ванну, сидели на ковре и смотрели по телевизору сказку. Рядом - кожаный диван, игрушки, пальмы, рассаженные в кадки.

Стриженные под ежик пацанята, с нежной розовой, распаренной после бани кожей, с белым пушком на щеках и - любопытством в глазах.

Трудно представить себе, что кто - то из них мог убить.

- Среди них нет убийц. В последний месяц у меня хороший контингент: воры, хулиганы. А когда убийца... Тут уж мы все боимся. Если подросток убил однажды, что ему мешает сделать это второй раз... Видите, сколько дел? - Ольга Юрьевна указывает на шкаф, забитый картонными папками. - Это все наши воспитанники. За последние шесть месяцев через мои руки прошли 234 несовершеннолетних. Каждое дело - это детская судьба, которую пропускаешь через себя. Воспитываю чужих детей, а со своими успеваю разве что по телефону поговорить.

...Дело № 1182. Береговской Александр Анатольевич. 1989 года рождения. В Центре второй раз: за кражу. В последний раз украл 6 тысяч рублей у опекуна.

Токсикоман, наркоман. Доставлен в ЦВИН после пребывания в одной из столичных психиатрических клиник.

(Психологи Центра утверждают, что психика детей, которые живут здесь, на сто процентов изуродована, и восстанавливать ее нужно годами).

Саша - мальчик упитанный, симпатичный, в красной футболке с изображением желтого медведя, смотрит на меня невидящим взглядом.

- Меня старший брат научил дышать клеем, - еле слышно выдавливает он из себя. - Здесь хорошо. Кормят нормально. На завтрак я ел кашу, хлеб, масло и кофе пил. Когда отсижу (!), вернусь домой, к родителям. Они раньше пили. Их лишили родительских прав. Теперь не пьют. Я художником хочу быть...

- Пьют у него родители, как и пили, - вздыхает Ольга Юрьевна. - Дети, знаете, в этом отношении всегда врут. Им хочется, чтобы у них были хорошие родители, даже если это не так...

Я часто думаю, что мы, люди в погонах, можем изменить в жизни этих детей? Тем не менее многие выносят отсюда нечто положительное и стараются быть хорошими людьми, другие возвращаются в гоп-компанию, и все начинается заново... Бывает, детям некуда возвращаться, тогда мы привлекаем органы опеки, помогаем...

Несколько лет назад к нам поступил мальчик, у которого на руках и ногах были следы от цепей. Отец посадил его в будку с собакой. Малыш и пес ели из одной миски. Какой-то алкоголик увидел мальчика, пожалел и снял цепи. Вот мальчонка и ехал из Воронежа через Москву в другой город - к бабушке, а оказался у нас.

Над двумя кроватями я увидела бумажные иконки с ликом Николая Чудотворца. Говорят, к вере приходят люди пожившие и настрадавшиеся. О чем молятся эти маленькие “не преступники, но оступившиеся”? Не удивлюсь, если они просят Боженьку наказать их беспутных родителей.

Комментарий юриста

- Самое распространенное наказание за издевательство родителей над детьми – лишение родительских прав, - рассказывает юрист Александр Федоров. – Защита ребенка от великовозрастных извергов – дело непростое, большая волокита. Надо собирать доказательства, предъявлять бумаги в различные инстанции. Необходима работа участкового милиционера с той или иной неблагополучной семьей, его свидетельства о том, что над ребенком глумятся, что родители пьют, дебоширят.

Хлопоты никого не прельщают, оттого деяния многих мамаш и папаш остаются безнаказанными. Можно, конечно, обратиться в комитеты по защите детства.

Но знает ли о существовании таких комитетов мальчик, которого отец приковывал к собачьей будке цепью?

Беда наша в том, что в России не может чувствовать себя защищенным ни взрослый, ни маленький человек. У нас законы только на бумаге. А в жизни – хаос, естественный отбор.