О работе отрядов на базе московского центра "Дети улиц", созданных, чтобы помогать беспризорникам возвращаться в социум.

Известия, № 28-М. Малика Сероджева. Статья. Душеспасительный рейд за гаврошами.

Уличный социальный работник - понятие относительно новое. В обиход оно вошло лишь в 2001 году, когда на базе московского центра "Дети улиц" стали создаваться отряды, призванные помогать беспризорникам возвращаться в социум. Уже два года по договоренности с ректорами педагогических вузов центр набирает добровольцев среди будущих учителей. Студентам общение со столичными гаврошами засчитывается как практика. Корреспонденты "Известий" решили посмотреть на систему уличных социальных работников изнутри и отправились с представителями "Детей улиц" в один из душеспасительных рейдов.

На куртке рядового уличного социального работника белым по синему написано: "Проблемы ваши - решим их вместе". За спиной - небольшой рюкзачок. Социальные работники стараются работать смешанными группами - два парня, две девушки. Однако на "Комсомольской" в центре зала нас ждали только две барышни.

- Нет ребят? Ничего страшного, - сразу принялась объяснять Галина, главный специалист центра "Дети улиц". - Вообще-то мы ходим в четверках скорее из-за того, что одни беспризорники лучше идут на контакт с девочками, а другие - с мальчиками.

Второго социального работника звали Леной. Лена учится на пятом курсе педагогического университета имени Шолохова. Ее специализация - "Начальные классы и социальный педагог".

- Сейчас я работаю в центре на полставки, - рассказывала Лена, пока мы пересекали площадь у трех вокзалов. - После диплома из центра уходить не собираюсь.

- Так нравится?

- Вообще-то да. Это же моя профессия - работа с детьми...

Стало темнеть. Спустившись с платформы, мы пошли по путям.

И вскоре наткнулись на двух молодых людей, которые сидели на насыпи с неизменными пакетами, наполненными клеем. Пакеты, надо сказать, распространяли ужасный запах. Но социальные работники смело шагнули к парням. Те, видимо, приняли их за галлюцинацию.

- Привет, а что вы тут делаете?

- Воздухом дышим.

- Свежим, наверное, - уточнил фотокор.

- А вы кто, автостудия? - среагировали любители клея, явно имея в виду фотостудию, так как увидели фотоаппарат. И, не дожидаясь ответа, побежали. Галина и Лена за ними не погнались.

- Это не наш профиль, - пояснили девушки. - Молодые люди; похоже, совершеннолетние. У них наверняка есть и семьи, и место жительства. А если они жили в приюте, то, согласно законодательству, им полагается комната.

Пока мы шли до следующей точки, где кучкуются беспризорники, Галина рассказывала о главном принципе работы сотрудников "Детей улиц". По ее словам, социальный работник пытается говорить с беспризорником по душам, всячески наводить его на мысль о том, что есть альтернатива в жизни и шанс стать человеком упускать нельзя. А шанс может появиться, если подросток согласится пойти в ближайшее подразделение ГУВД, где на него составят акт. После чего проведут медицинское обследование и увезут в один из городских приютов для несовершеннолетних.

За восемь месяцев 2002 года в Москве сотрудниками "Детей улиц" было выявлено 627 беспризорных иногородних. Из них в приюты по добровольному согласию направлены 92 человека. По данным центров, занимающихся беспризорниками, в регионах "зарегистрировано" около 7 тысяч бездомных и 2,5 тысячи безнадзорных подростков.

- А что делать, если я хочу найти человека, которого вы убедили прийти в приют? - спросила я Галину.

- Вам нужно обзвонить сами приюты. Мы такую информацию не храним...

В тот вечер мы еще успели заглянуть за теплотрассу у Ярославского вокзала и обнаружить там несколько матерых бомжей, к которым подходить не рискнули. Юных беспризорников среди них не оказалось. Социальные работники объяснили это тем, что зимой не бывает наплыва гаврошей. Слишком холодно. Не сезон. …