О Люблинской специальной школе-интернате для глухих детей. Тверская, 13, № 13 , 28 марта 2001 г. Наталья Вдовина. Статья. Глухие...

Люблинская специальная школа-интернат для глухих детей за свою столетнюю историю пережила революционный пожар, лихолетье гражданской войны, безбожье советской власти. Не выдержала она лишь глухоту современного чиновника, который одним росчерком пера уничтожил старейшее учебное заведение для детей-инвалидов на территории России. 130 учащихся были разбросаны по интернатам, педагоги уволены, а здание отдано другому учреждению.

Глухонемой ребенок в семье - это большое испытание как для него самого, так и для окружающих. Он не только не слышит, но и не может пользоваться величайшим из даров природы - словом. Наше желание пообщаться с немым кончается только досадой и огорчением. И растет такой ребенок, копя злобу и недоверие к окружающему его миру. Вот почему он часто становится бременем для семьи и общества.

Сколь велика печаль глухонемого ребенка, может понять только человек с большим сердцем. Такие люди на Руси всегда были. Так, митрополит Московский и Коломенский Владимир (он был впоследствии причислен к лику святых) решил помочь этим несчастным детям увидеть мир во всех красках. С его благословения в 1906 году при Николо-Перервинском монастыре была открыта школа для глухонемых мальчиков. На строительство богоугодного заведения монастырь выделил 400 тысяч рублей. Тогда-то и возвели трехэтажное здание из красного кирпича, которое спустя столетие станет камнем преткновения в одном неприятном имущественном споре.

До революции школа имела статус благотворительного заведения и содержалась на деньги монастыря. Затем все заботы взяло на себя государство. Со временем школа-интернат становится центром отечественной сурдологии и сурдопедагогики. Здесь работает патриарх отечественной дефектологии Федор Pay. Именно в Люблинской школе-интернате он поставил свои самые смелые эксперименты, Школа даже одно время называлась Институтом глухих. Методики, которые разрабатывались в этих стенах, были обязательными для реабилитационных учебных заведений на территории всей страны. Дети, окончившие знаменитый Люблинский интернат, отлично адаптировались в современную действительность и не чувствовали своей ущербности. Сегодня этой школы уже не существует.

Люблинские земли, на которых располагалось учебное заведение, сначала относились к области, а затем оказались в черте Москвы (сейчас это район “Печатники”). Однако интернат продолжал находиться в оперативном управлении Главного управления образования Московской области.

В 1993 году, когда Николо-Перервинскому монастырю были возвращены ранее принадлежавшие ему здания, - говорит настоятель Патриаршего Подворья в Николо-Перервинском монастыре протоиерей Владимир Чувикин, - несмотря на наличие ордера на монастырское строение, в котором находилась школа для глухонемых детей, Церковь не настаивала на возвращении здания. Интернат продолжал учить детей - инвалидов по слуху, а это богоугодное дело.

Люблинская специальная школа-интернат всегда находилась под неусыпным вниманием монастыря. Да и столичные власти помогали чем могли. Дело в том, что здание давно требовало капитального ремонта, в туалетных комнатах вода бежала рекой, с потолка на школьные парты сыпалась известка. До областной администрации не всегда можно было достучаться. Местная же власть охотно шла навстречу: К примеру, управа района “Печатники” по просьбе директора школы Евгении Варшавской помогла поменять сантехнику, отремонтировать отопление. Даже снег с крыши здания школы сбрасывали столичные дворники. Очень уж москвичам было жалко бедных учителей и ребятишек-инвалидов. Мало того, что в Люблинской школе-интернате зарплаты были ниже, нежели у коллег-москвичей, эти несчастные гроши еще и не выплачивали по четыре-пять месяцев. “Если бы школа была нашей, мы бы из нее конфетку сделали”, - сокрушались в управе и префектуре.

Услышала мольбы о помощи и подмосковная администрация. Губернатор Московской области Борис Громов распорядился выделить на капитальный ремонт Люблинской школе-интернату 1 млн рублей из губернаторского резервного фонда. Под это благородное дело в конце лета школу закрыли. Детей разбросали по разным интернатам. Почти всех учителей уволили. Понятно, ни родители, ни педагоги не роптали: они надеялись вернуться в родные стены после капитального ремонта. Но не тут-то было. 17 января этого года “в целях расширения работы по реабилитации детей, имеющих проблемы в развитии, обучении, социальной адаптации и нуждающихся в психолого-педагогической и медико-социальной помощи”, правительство Московской области принимает постановление “О создании государственного образовательного учреждения Московской области “Центр психолого-педагогической реабилитации и коррекции”. Из этой формулировки понять, чем будет конкретно заниматься центр, нормальному человеку не по силам. Ходят упорные слухи, что здесь разместится центр по лечению наркомании, кстати, часть услуг, возможно, будет платной. Но самое страшное не это. Центр должен быть расположен в здании Люблинской школы. Ее же решено слить с Истринским специнтернатом. Для этого Евгении Варшавской было приказано передать имущество школы.

Осуществить эту операцию прибыли сотрудники Истринской школы-интерната во главе с ее директором А. Мантровым. “Группа ликвидаторов” повела себя довольно странно. Они отказались провести совместную инвентаризацию и составить опись имущества. В то же самое время Евгении Варшавской пригрозили уголовным делом по факту ...недостачи. С 12 февраля в школе выставлена круглосуточная охрана, а для прежних сотрудников и учителей введена пропускная система. Ни один из них не имеет права находиться в здании после 17 часов. Если кто вздумает задержаться, их могут и погнать. Вот вам и благотворительное заведение! А 13 марта со здания школы неизвестные лица сняли вывеску. Евгения Варшавская официально отказалась подписывать акты и документы, связанные с передачей имущества с баланса на баланс. А в это время практически из всех помещений вывезли мебель и оборудование, срезали люстры и светильники.

Подобными действиями шокированы не только воспитанники интерната, оторванные безжалостной рукой чиновников от своих товарищей, любимых учителей, родных школьных стен и вынужденные приспосабливаться к новым жизненным условиям. Недовольны родители, руководство района, которое всегда считало Люблинскую школу-интернат родной. Патриарх Московский и Всея Руси Алексий II в письме на имя губернатора Московской области Бориса Громова подобную реорганизацию назвал “фактическим уничтожением старейшего учебного заведения”. По его мнению, “разрушается не прекращавшаяся вековая работа с инвалидами по слуху”. Все, кто имеет хоть какое-то отношение к Люблинской школе, недоумевают, зачем уничтожать столь нужное для общества образовательное учреждение. Неужели “недвижимость” в три этажа из красного кирпича весит больше, нежели сострадание к несчастным детям-инвалидам?! И если области не нужна школа-интернат для глухих детей, не лучше ли отдать ее Москве?! Столичные власти нашли бы средства для 130 глухих детей.

Говорят, у истоков создания Люблинской специальной школы-интерната стоит сама императрица Мария Федоровна. Однажды, гуляя в Летнем саду, она увидела глухонемого мальчика. И такое сильное впечатление произвела на нее эта встреча, что царица издает указ: “Над глухонемыми, необученными грамоте и лишенными всяких способов приобретать понятия и свою волю, Сенату предписываю установить опеку...” Нынешние чиновники, по всему видно, равнодушны к чужим несчастьям. Они даже более глухи, чем дети из Люблинской школы-интерната.