О проблемах борьбы с наркоманией в школе. Вечерняя Москва, № 57 , 28 марта 2001 г.

Лидия Громека, Кирилл Самардаков. Статья. Большая перемена под кайфом.

Недавно и. о. начальника Главного управления внутренних дел Москвы генерал В.А.Швидкин принял решение рассмотреть вопрос об ограничении времени пребывания несовершеннолетних в местах массового досуга и отдыха до 23 часов. Неужели генерал наивно полагает, что наркотики покупают и употребляют только в ночное время? Ведь все врачи-наркологи города с тревогой говорят о том, что с наркотиками дети впервые сталкиваются в школах. Именно там активизировали работу наркодилеры.

Когда мы рассказали о намерениях милиции некому владельцу сети ночных клубов, тот усмехнулся: “Наши малолетки проходят наркотическую школу в родном классе. Они приходят к нам пообщаться, а не покупать наркоту. Кстати, нам самим невыгодна репутация дилеров: большинству неприятно находиться в зале с обкуренными посетителями. Поэтому мы стремимся не допускать случаев употребления наркотиков, а тех, кто приходит к нам уже “готовыми”, охрана вежливо просит проветриться и прийти назавтра. А милиция, если всерьез хочет заняться проблемой наркомании, должна вернуться в обычные школы.

Но милицейские начальники нашли себе хорошего союзника: члена комиссии по социальной политике, депутата городской думы Людмилу Стебенкову. Она и раньше поддерживала антинаркотическую кампанию, поэтому и сейчас милиционеры решили заручиться ее поддержкой. Надо сказать, что она одобрила идею ограничить пребывание молодежи в местах досуга 23-мя часами. Однако она не скрывает, что борется во благо своей 14-летней дочери. Будь такой приказ, ей бы не пришлось приказывать дочери являться домой за час до полуночи у нее будет хороший аргумент: так приказал генерал Швидкин.

Только почему-то генерал забыл, что запреты обычно не приводят ни к чему хорошему. И если его идеи обретут законный статус, то подростки по-прежнему будут общаться и ночами, только уже не в спокойных заведениях, где наркотиками не торгуют, а вновь вернутся на улицы.

Так не лучше ли милицейским начальникам встать из-за стола, выйти в скверы и самостоятельно поохотиться на торговцев наркотиками, а не запрещать людям посещать те места, где дилеры, возможно, появятся, а, возможно, и нет?

Что же предлагает Людмила Стебенкова?

Необходима серьезная государственная программа по борьбе с наркоманией. В программу должно входить ужесточение мер для распространителей, но основное внимание нужно уделять профилактической работе. Наркомания сейчас стала модной среди подростков, ее “между строк” рекламируют многие молодежные издания. Запретить эти журналы и газеты невозможно, значит, надо противопоставить им пропаганду здорового образа жизни. И делать это нужно не урывками, не от случая к случаю, а разработать единую политику.

Я сама в школах своего избирательного округа раздала фильмы о вреде наркомании. Этого мало, конечно, но директора школ утверждают, что ребята, посмотрев фильмы и увидев, к чему ведут наркотики, начали задумываться над этой проблемой.

Еще очень нужны реабилитационные центры. Тем, кто прошел лечение, зачастую некуда деваться. Я уже говорила с патриархией, они не против помочь, но все это очень сложно.

Кроме этого, вовлечению подростков в наркоманию способствует то, что их пускают в ночные клубы. Комиссия по социальной политике, в которой я состою, обратилась к органам исполнительной власти с просьбой ввести возрастные ограничения на посещения ночных клубов. Конечно, и в школе могут предложить героин или “травку”, но пуская подростка в такой клуб, мы тем самым подталкиваем его к наркотикам, увеличиваем риск того, что парень или девушка их приобретут.