Произвол в законе. Дело Турпала-Али Джабраилова.
Информ. сообщ. По информации Правозащитного центра "Мемориал"


ПРОИЗВОЛ В ЗАКОНЕ

ДЕЛО ТУРПАЛА-АЛИ ДЖАБРАИЛОВА

Турпал-Али ДЖАБРАИЛОВ,   1964 г.р., уроженец с. Ножай-Юрт, по образованию историк, в 1986 г. окончил Чечено-Ингушский университет в Грозном. Служил в армии, преподавал в сельской школе, был секретарем Шелковского РК ВЛКСМ. После прихода к власти Дудаева покинул Чеченскую Республику и поселился в Москве. В 1992-95 гг. учился в аспирантуре Академии Государственной службы при Президенте РФ. Помощник зам. главы администрации Шелковского р-на. Женат, имеет 3-х малолетних детей.

6 августа 2000 г. Джабраилов с семьей выезжал в Шелковской р-н Чеченской Республики. 17 августа Турпал-Али вернулся в Москву; 24 августа приехали жена, дети, его старший брат Турпал-Ха Джабраилов и тяжелобольная сестра - Марьям Джабраилова, которую они привезли для лечения в онкологическом отделении клиники им. Сеченова.

Приехав в Москву, Т.-А.Джабраилов заметил слежку (у дома постоянно дежурили две машины с находящимися внутри людьми; по городу за ним и за его братом перемещались одни и те же лица); на работе он узнал, что им официально интересовались из штаба при ГУВД по раскрытию теракта в Москве - взрыва в переходе на Пушкинской площади 8 августа 2000 г. Джабраилов по собственной инициативе явился в штаб, где получил заверения об отсутствии к нему претензий. Тем не менее слежка не прекратилась.Турпал-Али поставил в известность об этом Представительство Чеченской Республики в Москве. По примеру многих московских чеченцев, опасающихся провокаций со стороны сотрудников милиции, он ходил по Москве с наглухо зашитыми карманами пиджака (их зашила жена, оставив, по его просьбе, незашитыми карманы брюк).

31 августа 2000 г. (в день посещения в клинике больной сестры) в районе станции метро "Спортивная" Джабраилов был задержан сотрудниками УУР ГУВД г. Москвы. При задержании в карман брюк ему была подложена граната и запал к ней. Примерно в это же время на ул. Кржижановского, у дома, где проживает Турпал-Али с семьей, был задержан его брат, Турпал-Ха Джабраилов. При задержании он был жестоко избит, в карманы его брюк также были подложены граната и взрыватель.

Оба брата были доставлены в ИВС ГУВД г. Москвы на Петровке. Оба подверглись допросам, в ходе которых о гранатах, обнаруженных в их карманах, не было сказано ни слова: их спрашивали, принимали ли они участие в организации взрыва на Пушкинской, о связях с чеченскими боевиками и т.д.

Несмотря на демонстративное отсутствие у следователей интереса к гранате, уголовное дело против Турпал-Али Джабраилова было возбуждено по ст. 222 ч. 1 и 222 ч. 2 (незаконное приобретение, хранение, перевозка или ношение оружия…)

Кроме незаконного "приобретения и ношения гранаты", ему инкриминировалось еще и "хранение пистолета Макарова", обнаруженного в сумке некой Филимонихиной Г.П., недавней знакомой Джабраиловых, беженки из Грозного, обращавшейся к ним время от времени за помощью. Сумку вместе с другими своими вещами Филимонихина оставила в квартире Джабраиловых в их отсутствие, после чего она выехала из Москвы. Сумка была заперта на висячий замок, ключ находился у Филимонихиной. Вскоре после возвращения Джабраиловых в Москву она позвонила Турпалу-Али из Назрани и попросила его перенести на время к соседям запертую на замок сумку, объяснив, что там находятся "ценные для нее вещи", в то время как к Джабраиловым в связи с тяжелым состоянием сестры съехалось много родственников. Сумка с "ценными вещами" была перевезена к знакомой Турпала-Али, с которой он учился в Академии Государственной службы. 1 сентября в ее квартиру явились сотрудники милиции и после поверхностного осмотра помещения пригласили проехать с ними в штаб по раскрытию теракта. В штабе ее встретили вопросом: "Где пистолет Галины Петровны?" Она ответила, что не знает никакой Галины Петровны. "Но ведь у вас находится ее сумка". После чего в ее квартире произошло "изъятие" сумки, стоявшей на видном месте, и извлечение из нее пистолета Макарова.

1 марта 2001 г. в Хамовническом межмуниципальном суде началось слушание по делу Т.-А.Джабраилова (судья В.Н.Данилкин, адвокаты Ш.Ш.Сагаев и С.А.Исмаилов).

Адвокат Исмаилов
обратился к суду с просьбой: 1) допросить ряд свидетелей, среди которых начальник 6 отдела УУР ГУВД - с ним Джабраилов беседовал в Штабе по раскрытию взрыва; сотрудников постпредства Чеченской Республики; врача клиники им.Сеченова; соседей Джабраилова; 2) приобщить к делу ряд справок и ходатайств. Суд принимает решение - вызвать всех заявленных свидетелей, кроме сотрудников постпредства, в судебное заседание; приобщить к делу представленные справки и ходатайства; отклонить: ходатайство в суд С.Ганнушкиной ("какая связь между рассматриваемым уголовным делом и общественной организацией, помогающей беженцам?"), ходатайство Ш.Бено ("неприемлемая для суда формулировка - "сфабрикованное уголовное дело") и копию письма Кадырова в защиту Т.-А.Джабраилова, адресованного В.Путину.

Судья огласил обвинительное заключение, согласно которому Т.-А.Джабраилов обвиняется в том, что неустановленным путем приобрел гранату РГД-5, незаконно хранил ее в квартире и перевозил по улицам Москвы; взял на хранение у гр. Филимонихиной пистолет Макарова и 8 патронов к нему, незаконно хранил его в квартире, затем перевез на 3-ю Фрунзенскую улицу.

Выступая в суде, Турпал-Али Джабраилов заявил, что граната была ему подложена задержавшими его сотрудниками милиции в тот момент, когда он, проводив к метро жену, возвращался в больницу к больной сестре: "Меня сзади толкнули, поставили лицом к решетке гаража, прижали голову к решетке и за спиной надели наручники. Потом положили в карман что-то тяжелое и объемное: краем глаза я смог увидеть, что карман брюк оттопырился. Затем подвели к машине, сняли наручники, приказали руками опереться на капот. Спросили: есть ли у меня запрещенные предметы? Я ответил - до задержания у меня ничего не было. Из левого кармана брюк достали завернутую в газету гранату и запал. Я не стал подписывать протокол и сказал, что мне это подбросили". О Филимонихиной: "Филимонихину мы знали год. Уезжая, мы оставили ей ключи от квартиры. Мне ее было жалко, ее дом разбомбили. Когда мы вернулись, в квартире было несколько ее сумок. Я не обратил на них внимания. Позже она звонила, сказала, что вещи заберет в сентябре, одну из сумок просила поставить к соседям. Мне сказали, что она написала в заявлении, будто я хранил оружие. Думаю, что ее вынудили это сделать, угрожая тюрьмой".

Свидетель Халаинов - сотрудник милиции, прикомандированный в августе к Штабу по раскрытию взрыва: "Это было по осени. Мы патрулировали в районе метро "Спортивная". Наше внимание привлек гражданин: он вышел из метро, шел по улице, озирался, вел себя неадекватно; был похож на фоторобот. Подошли, проверили документы, решили его досмотреть. Наручников не надевали. Пригласили понятых и извлекли из кармана брюк сверток из газеты, а в нем - граната и запал. Карманы пиджака были накладные - фикция. Доставили его в ОВД "Хамовники".

Свидетели Жуков и Шипилов (понятые) - сотрудники автосервиса, у ворот которого был задержан Джабраилов. По их рассказу, они работали в гараже, когда услышали грохот. Сторож им сказал, что "какого-то мужика прижали к забору". Они вышли из любопытства на улицу и были приглашены в качестве понятых. Задержанный стоял, прижатый к забору, лицом к стене. Руки были заведены назад. Были ли на нем наручники или нет, они не помнят. Когда из его кармана извлекли гранату, он "стоял молча". Адвокат напомнил, что в протоколе, подписанном свидетелем, записано: "Он говорил, что это не его". Свидетель: "Ну, я не знаю, может и говорил".

Перед заседанием суда сотрудник милиции Халаинов довольно долго беседовал с понятыми, видимо, договариваясь с ними об идентичности показаний. Понятые настолько согласованно давали свои показания, что при этом даже употребили некоторые специфические выражения Халаинова: "это было по осени" и "накладные карманы" (о зашитых карманах пиджака Джабраилова).

Свидетельница - врач, работающая в клинике на ул. Пирогова, помогала братьям Джабраиловым госпитализировать их сестру и вместе с ними поехала за разрешением в Министерство здравоохранения. По пути она обратила внимание, что под видом случайных прохожих их всюду сопровождали одни и те же люди. 24 августа после посещения квартиры Джабраиловых она была остановлена в метро сотрудниками милиции, препровождена ими в комнату милиции, где лица в штатском переписали ее паспортные данные. 31 августа около 16 час. она видела Т.-А.Джабраилова с женой в клинике у постели больной.

2 марта продолжился допрос свидетелей. Сотрудник милиции Кухарский, прикомандированный в августе к штабу по раскрытию взрыва на Пушкинской, участник задержания Т.-А.Джабраилова, заявил, что не помнит событий 31 августа. Судья зачитал его показания, имеющиеся в деле: "31 августа вместе с сотрудниками уголовного розыска… мы увидели мужчину кавказской народности, который озирался по сторонам. Остановили, проверили документы. В кармане у гражданина оказалась граната". На уточняющие вопросы адвокатов свидетель ответил, что никаких подробностей не помнит. Он пояснил, что с его участием были задержаны сотни людей, и никого из них он не помнит. "При задержании наручники надеваются всегда. Как правило, надеваются". Гранату он задержанному не подкладывал и не видел, кто подкладывал. "К этой гранате я
отношения не имею. Меня это не задевает глубоко, для меня это рядовой случай".

Подсудимый Джабраилов вспомнил, что видел Кухарского в ОВД "Хамовники", где тот вместе с Халаиновым в присутствии разных понятых два раза брал смывы с его рук с целью установить следы взрывчатых веществ.

Тамара Джабраилова, жена Т.-А.Джабраилова, рассказывает о слежке за мужем, о том, как зашивала ему карманы, о посещении 31 августа в больнице больной родственницы. "Когда мы около 12 час. вышли из дома, у мужа был с собой портфель, внутри - небольшая папка с бумагами. При нем не было никакого оружия, и в нашей квартире никогда оружия не было. В больнице он говорил с доктором, был там и его брат, который вскоре поехал за лекарствами. Мои дети оставались дома одни, и я поехала домой, муж проводил меня до метро и вернулся в больницу. Дома мы его долго ждали, но так и не дождались. Часов в 12 ночи к нам пришли с обыском, подняли детей. Обыск продолжался около часа, забрали бумаги мужа, пропуска, фотографии. 1 сентября мне позвонили:
ваш муж задержан, у него нашли гранату".

Старший Джабраилов, призанный Гагаринским межмуниципальным судом виновным в приобретении неустановленным путем гранаты и ношении ее в кармане брюк, и приговоренный к 2-м годам условно, выступил на процессе брата в качестве свидетеля. Он подтвердил, что 31 августа около 14 часов брат с женой приехали в больницу, где сам он находился с утра. Так же как и брата, его повсюду сопровождали какие-то люди, ходили буквально по пятам. Что касается Филимонихиной, то он возражал против ее поселения в квартире брата, но она сказала, что в данный момент ей негде жить. Явилась к ним без вещей, с одной маленькой сумочкой.

Свидетель - сослуживец подсудимого - рассказал, что после ареста Джабраилова ему пришлось отказаться от реализации их совместного проекта, в связи с чем он остался без работы. После взрыва свидетеля забрали порямо из офиса и сутки продержали в штабе. Допрашивавший его сотрудник интересовался Джабраиловым.

24 мая 2001 г. в Хамовническом суде возобновилось слушание дела Турпал-Али Джабраилова в обновленном составе суда (с новыми народными заседателями). Судья - В.Н.Данилкин; государственный обвинитель - , адвокаты - Ш.Ш.Сагаев и С.А.Исмаилов.

Произведен повторный допрос свидетелей.

Свидетель Ли, оперативный работник ГУВД Москвы, рассказал суду, что работал в штабе по взрыву на Пушкинской. Участвовал в деле Турпал-Али Джабраилова в рамках поручения следователя в части изъятия сумки с пистолетом. К заявлению Филимонихиной, в котором она пишет, что передала свой пистолет на хранение Джабраилову, не имеет отношения; с самой Филимонихиной (она же Курочкина, Ахмадова, Алмазова) не знаком, где она находится в настоящее время, не знает. Деталей дела Джабраилова не помнит. Турпал-Али Джабраилов напоминает, что свидетель несколько раз беседовал с ним по вопросу его причастности к взрыву.

Адвокат Сагаев : - В тот же день при таких же обстоятельствах был задержан брат подсудимого - Турпал-Ха Джабраилов - с гранатой и запалом в кармане. Проводили ли вы оперативный розыск в отношении братьев Джабраиловых? - Ли категорически отрицает факт проведения оперативного розыска в отношении Джабраиловых.

Свидетель Кухарский, сотрудник милиции, утверждает, что задержание Джабраилова было случайным, не носило планового характера: " Шли мы с Халаимовым от метро Спортивная, увидели мужчину кавказской народности. Вел он себя подозрительно". Кто обнаружил гранату в кармане, не помнит: "Я не доставал, не помню, кто. Ничего не помню. Я не подкладывал ему гранату, не видел, кто ему подложил". (Т.-А.Джабраилов также не мог видеть, кто из сотрудников милиции подложил ему гранату, т.к. его голову они прижали лицом к забору и в этом положении некоторое время удерживали). Кухарский настаивает, что их (сотрудников милиции) было двое, шли они пешком, никакой машины у них не было. Джабраилов утверждает, что машина была, белая шестерка или тройка, и в машине сидел третий сотрудник. На этой машине позже его везли на Петровку. На вопрос, надевали ли на задержанного наручники, Кухарский отвечает: "Насчет наручников не помню, надевали или нет. Скорей всего да, обычно так делают в момент задержания". Адвокат: "Чем все-таки подсудимый привлек ваше внимание? Он ведь по внешности ничем не выделяется. Непонятно, ну идет человек с портфелем, зачем нужно было его блокировать?" Кухарский: "Уж лучше потом извиниться..."

Свидетельница А., знакомая Джабраилова, рассказывает, как 1 сентября в ее квартиру пришли сотрудники милиции проводить обыск. "Я спросила: что вы ищете? - они отвечают: запрещенные к обороту предметы". Ничего запрещенного не нашли, предложили проехать в штаб, а в штабе меня спрашивают: "Где сумка Галины Петровны с пистолетом, которую вам передал Джабраилов?" После этого вернулись в квартиру и из сумки, стоявшей у двери, извлекли женские вещи, фотоальбом, пистолет. Говорят: "Отпечатков пальцев на нем нет, он протертый". Как они это определили, на глаз? Пистолет был в полиэтиленовом пакете и в какой-то тряпке".

Свидетельница М., соседка Джабраиловых, рассказала суду, что знакома с ними 2 года, а когда они уезжали, то оставляли ей ключи от квартиры. Так было и в июле-августе 2000 г. Джабраиловы ее предупредили перед отъездом, что у них должна поселиться знакомая. "Утром она заселилась, а в 4 часа сказала, что должна срочно уехать на свадьбу. Мы зашли с соседкой взглянуть. Там были сумки этой женщины, коробки, неразобранные вещи". О слежке возле дома: "У нас дом - 5-этажка - все про всех все знают. Появились 5 неизвестных мужчин на двух машинах: красных жигулях и белой. Дважды входили и выходили из нашего подъезда. Слежка продолжалась 6-7 дней. У них даже спросили: кого вы пасете? Они отвечают: "Мы здесь отдыхаем". На следующий день стоял уже белый форд с затененными стеклами. Мы позвонили в милицию. Подъехала милиция и через минуту, переговорив с ними, уехала. Я все это не связывала с Джабраиловыми. Но после того как у них был обыск, машины больше не стояли".

Отвечает на вопросы свидетельница врач М. - Когда вам Джабраиловы сказали, что за ними следят, как вы к этому отнеслись? - "Мне было любопытно, детектив какой-то. Потом я сама видела этих людей, которые ходили за ними по пятам". "Какая граната? У него в кармане была только медицинская карточка".

25 мая в суде допрашивали свидетеля Маркелова, оперуполномоченного ОВД "Хамовники". Он рассказал, как в ОВД делали смывы с рук Джабраилова и срезы карманов его брюк (результаты экспертиз в деле отсутствуют).

Свидетель Шипилов, понятой, водитель МГПУ: "Сторож сказал, что кого-то задержали у ворот, мы вышли, увидели машину с милицейскими номерами - в номере две последние буквы "м". Мы сказали им - отгоните машину от наших ворот, а они - отгони сам, вот ключи. Подсудимый находился лицом к забору. Уточнить насчет наручников не могу. Я зашел на территорию гаража, а когда вышел, подсудимый находился уже у машины, руки на крыше. Из карманов брюк был изъят небольшой газетный сверток с запалом, из другого - граната. Он сказал, что не знает, откуда взялась граната, что это - не его. А потом его увели в ОВД. Трое его задерживали. И удерживали трое: один сзади стоял, а двое держали. Кто попросил меня отогнать машину? Как раз этот третий . Все они были в гражданском. На капоте машины мы расписывались в протоколе". Джабраилов рассказывает, что 26 августа он обратился к участковому, поставил его в известность, что они вернулись из Чечни. 28 пошли с братом в [R9C1]в Совет Федерации, встретились с Тапаевым и Юсуповым, рассказали о слежке. "30 числа, проводив жену, возвращался в больницу в 6-м часу - ни с того ни с сего меня хватают. Карманы моего пиджака были зашиты, в карманах брюк ничего не было. О причине задержания мне сказали - по фотороботу подходишь".

Суд отклоняет ходатайство адвоката о приобщении к делу копии приговора Гагаринского суда по аналогичному делу брата Т.-А.Джабраилова, Т.-Х.Джабраилова.

28 мая.

Свидетель Халаимов, ст. оперуполномоченный УР ЦАО г. Москвы: "Мы шли с Кухарским по улице и увидели этого человека. Он озирался по сторонам, далеко обошел сотрудников милиции и был похож на фоторобот. Пошли за ним. Около ОВД "Хамовники" остановили, проверили документы, регистрации у него не было. Мы с Кухарским пригласили двух водителей понятыми. Спросили его: у вас есть что-то запрещенное? Стали прощупывать, щупали, щупали, а в карманах - запал и граната. Отвели в ОВД "Хамовники".

Вопрос прокурора Джабраилову: - Данный сотрудник вам подкладывал гранату? - Не могу утверждать, я его в тот момент не видел. Халаимов: "Кто ему гранату подложил? Он сам себе подложил. Мы таких вещей не держим. Мы его задержали безотносительно к взрыву. Задержаний было много, я не помню всех подробностей".

Суд оглашает материалы дела. К делу приобщаются: свидетельство о рождении третьего ребенка Джабраилова, справки из детского сада, из школы, справки о состоянии здоровья девочек.

Судья: "Суд не смог обеспечить явку Филимонихиной. В Саратове она не проживает, место жительства скрывает. Ни один из допрошенных свидетелей не сказал о ее местонахождении". Прокурор: "Она не явилась, почему - неизвестно. Сначала она проживала в Московской области, затем в Назрани, Саратове... Достаточно мифическая фигура. Ее показания нет резона оглашать". Суд завершает слушание материалов дела и допрос свидетелей и переходит к судебным прениям.

Речь прокурора. "Джабраилову предъявлено обвинение в том, что он незаконно перевозил гранату, а кроме того, хранил пистолет. Начну со второго эпизода. Вину подсудимый отрицает по обоим эпизодам. По второму он показал, что это якобы была его землячка, они ей оказывали помощь, а она оставила у них свою сумку. В дальнейшем просила сумку передать соседке. Свидетельница А. заявляет , что не знала, что находится в сумке. 1 сентября к ней приходят с обыском и уходят без сумки. В штабе ее спрашивают, где сумка с пистолетом Галины Петровны. Но сумка стояла на видном месте. В промежутке между обыском и изъятием сумки никого в квартире не было. Свидетель Ли тоже ничего не пояснил. Если бы он все отразил в протоколе... В данном деле - беспрецедентные процессуальные нарушения... Джабраилов не менял позиции с момента задержания. Эпизод с пистолетом не доказан, пришлось мне говорить о процессуальных нарушениях. Показания Филимонихиной --откровенное вранье. Оперативники сработали грубо. Данный эпизод я прошу исключить из дела.

Что касается гранаты и взрывателя, Джабраилов утверждает, что и их ему подбросили. Сотрудники милиции ничего не помнят. У Халаимова память получше. Остановили для проверки документов. На их вопросы ничего не ответил. Дальше все было по правилам. Джабраилов физически не мог видеть сотрудников. Оба сотрудника категорически утверждают, что они ничего ему не подбрасывали. На вопрос, откуда это было у Джабраилова, он не ответил. Не доверять сотрудникам милиции я не могу. Опровергнуть их я тоже не могу. Если защита представит компромат на сотрудников милиции, то я изменю свое мнение. С учетом оглашенных материалов дела вина Джабраилова установлена и доказана полностью. Вопрос о мере наказания. Врач, соседка, брат, жена характеризуют его только с положительной стороны. То, что он был задержан с гранатой, для них был шок. Никакой оперативной информации на него не было. С другой стороны, иногда все происходит спонтанно, может возникнуть ситуация. Человек этот никогда не нарушал закон, вернее, он достаточно длительное время не нарушал закон, он - семейный, единственный кормилец, у него много детей, дети болеют. Прошу участь, что в деле имеются многочисленные ходатайства. Не очень грамотно составленные, но все содержат просьбу назначить меру наказания, не связанную с лишением свободы. С учетом изложенного прошу вас установить приговор, в котором признать вину Джабраилова по ст. 222 ч. 1 и назначить наказание на 3 года лишения свободы с 4 годами испытательного срока" .

Речь адвоката (Ш.Сагаев): "Суд проходил на высоком судейском уровне, демократичном и состязательном. Джабраилов категорически отрицает свою вину, последовательно дает свои показания. В Москве он проживает с 1991 г., закончил юридическую академию, аспирант Академии государственной службы. Вернувшись 17 августа в Москву, обнаружил слежку, о чем стало известно его родственникам и знакомым. Все подтвердили, что это обстоятельство имело место и было связано со взрывом на Пушкинской. Он добровольно явился в штаб по взрыву, дал показания и был отпущен. Проводя мероприятия, связанные со взрывом, сотрудники милиции вели наблюдение за братьями. Об этом здесь можно было сказать. По этому поводу Джабраилов вместе с братом обращался в представительство Чеченской Республики. Я полностью поддерживаю мнение прокурора, что эпизод с Филимонихиной нужно было исключить еще на стадии следствия. 31 августа вместе с беременной женой он идет в больницу навестить сестру, страдающую онкологическим заболеванием, которая, к сожалению, позже умерла. Проводив жену к метро, возвращается в больницу. Мог ли нормальный, психически здоровый человек с гранатой в кармане направляться в больницу к тяжело больной родственнице? У защиты нет оснований ему не верить . При задержании он был прижат к металлической стенке ворот, и ему была подложена граната, после чего в присутствии понятых сотрудники ОВД изъяли гранату и запал. Мы видим, что в показаниях понятых и оперативников имеются значительные противоречия. Нарушен порядок оформления документов. Действия сотрудников милиции в моем понимании трудно назвать следствием, идут, мягко говоря, подлоги документов, фальсификация. 31 августа Джабраилова доставляют в ИВС ГУВД г. Москвы, 1 сентября его вывозят обратно в ОВД. Ли неоднократно бывал у Джабраилова, при этом разговор шел в рамках мероприятий по взрыву на Пушкинской. Им нужно было как можно быстрее привязать человека к уголовному делу и арестовать. Множество ошибок при составлении протоколов: не зафиксирован отказ Джабраилова от подписи. Нет данных об изъятии портфеля, паспорта. Согласно ст. 69 УПК РСФСР данные протоколы не имеют юридической силы и должны быть из дела исключены. Несколько документов просто исчезли - протокол смыва с рук и др. Работниками дознания допущено злоупотребление служебным положением - фальсификация документов. Если верить документам, уголовное дело было возбуждено за 5 минут. Дознание не приобщило постановление об обыске в квартире Джабраиловых. Не проводились следственные действия, обыски по месту жительства, дактилоскопическая экспертиза. Вывод: в отношении Джабраилова имела место запланированная провокация с подкладыванием гранаты. Фактически доказательств его вины нет. Состава преступления тоже нет. Уголовное дело следует прекратить и освободить Джабраилова из-под стражи. У Джабраилова семья из 5 человек, малолетние дети. Джабраилов в 1986 г. закончил исторический факультет Грозненского ун-та, учился и работал до последнего момента. Старался помогать своему Шелковскому району. Если суд все же признает моего подзащитного виновным, прошу назначить наказание, не связанное с лишением свободы. Прокурор просит назначить наказание - 3 года условно и 4 года - испытательный срок - это много, учитывая обстоятельства дела, личность, семью, степень доказанности. Это слишком сурово, прошу сократить".

Подсудимому предоставляется последнее слово.

Джабраилов: "Преступление, которое мне предъявляется, я не совершал. Я благодарен тем людям, которые меня поддержали. Надеюсь на справедливый приговор. Я благодарен суду, который не отмахнулся от моего дела, а старался установить истину".

Приговор по делу Джабраилова, обвиняемого по ст. ст. 222 ч. 1 и 222 ч. 2 УК РФ . "Незаконным путем Джабраилов приобрел гранату, незаконно хранил ее в квартире. Находясь на ул. Х-летия Октября, имел ее при себе в кармане. Его вина подтверждается, несмотря на непризнание им вины. Суд квалифицирует действия Джабраилова по ст. 222 ч.1. Суд находит заявление Джабраилова, что ему подкинули гранату, несостоятельным. С учетом позиции обвинения и позиции защиты суд оправдывает его по ст. 222 ч. 2 за недоказанностью совершения преступления.

Характер преступления, личность подсудимого, говорят о том, что возможно его исправление без лишения свободы.

Джабраилов Т.-А. признается виновным по ст. 222 ч. 1 УК РФ. Назначается наказание - 2 года без штрафа условно с испытательным сроком 3 года, с зачетом предварительного заключения. По ст. 222 ч. 2 УК РФ - оправдать".