ПРАВА ЧЕЛОВЕКА В МОСКОВСКОМ РЕГИОНЕ

 

Обзор публикаций СМИ и материалов НПО

за 22 июля-9 августа 2002 года.

 

(По материалам Информационного центра правозащитного движения)

 

Правоохранительные органы, суды и пенитенциарная система.

 

Городская прокуратура доложила, что два года расследования  взрыва на Пушкинской площади прошли абсолютно безрезультатно, муровцы инкогнито заявили, что Генпрокуратура не дала "раскрутить" это дело.

 Известия, № 139. Юрий Спирин. Статья. Взрыв на Пушкинской площади не расследуют.

В четверг исполняется два года с момента взрыва в подземном переходе на Пушкинской площади, унесшего жизни 13 человек. К годовщине московские власти подкрасили переход и наконец установили памятник - вылитые из металла тюльпаны. Городская прокуратура доложила, что два года расследования прошли абсолютно безрезультатно, муровцы инкогнито заявили, что Генпрокуратура не дала "раскрутить" это дело. Единственные, кто доволен, - продавцы в переходе: их витрины заклеили защитной пленкой, и при повторном теракте тела можно будет хоронить в открытых гробах. Тринадцать трупов и 118 раненых - итог взрыва 8 августа 2000 года в переходе на Пушкинской площади.

Итог расследования этого преступления - нулевой.  Следствие отрабатывало три версии: террористическую, экономическую и хулиганскую. Удалось установить, что бомба эквивалентом около 0,5 кг тротила была оставлена двумя неизвестными у обменного пункта. Они выбежали из перехода, и вскоре прогремел взрыв, - сообщили "Известиям" в пресс-службе Мосгорпрокуратуры. - Но установить личности этих людей не удалось. В уголовном деле нет ничего - ни обвиняемых, ни подозреваемых. А в Московском уголовном розыске о "пушкинском" деле говорят неохотно и убедительно просят на них не ссылаться:- Это бесспорно были чеченцы, нам удалось выйти на Арби Бараева и его людей в Москве. Но дело задушили, Генпрокуратура не дала довести его до конца. А все остальные версии - требуха, мы отработали их полностью и отвергли.

Слухи о том, что некие должностные лица Генпрокуратуры вступились за задержанных МУРом чеченских боевиков, попали в прессу через полгода после взрыва. Но они не нашли подтверждения. Единственные, кто остался доволен, - продавцы торговых палаток в злополучном переходе. В витрины магазинчиков вставили стекла, защищенные специальными пленками.- Если вдруг будет еще один взрыв, - говорит продавец компакт-дисков, - то эта пленка спасет нас от крупных осколков. Поэтому есть надежда, что хоронить можно будет в открытых гробах. Но не все разделяют этот оптимизм.- Пленку-то поставили, а вот противопожарную сигнализацию не подключили. Случись что - гореть будем здорово. Одна надежда - вентиляции тоже нет никакой, поэтому огонь быстро затухнет, - высказывается Светлана, торгующая нижним бельем. Изначально московские власти порывались навести порядок в переходах и даже грозились убрать все ларьки. Их поддержал и председатель Госстроя Анвар Шамузафаров: "Палатки мешают людям нормально ходить, от них придется избавиться". Но деньги взяли свое. Спустя два года о той перепалке стараются не вспоминать ни в Госстрое, ни в мэрии Москвы. Более того, у них новые планы.

Торговля будет организована не только в подземных, но и в надземных переходах. Просто до них у нас еще не дошли руки, - заявил в среду "Известиям" руководитель строительного комплекса столицы Владимир Ресин.

 

25 июля Мособлсуд вынес обвинительный приговор двум активисткам Поэтизированного общества развития теории общественного счастья (ПОРТОС) И. Дергузовой и Т. Ломакиной.

Газета, № 133. Юлия Михайлина. Статья. «Сами себе всыпали».

К восьми и шести годам лишения свободы приговорил в среду Московский областной суд Ирину Дергузову и Татьяну Ломакину, активисток молодежного движения П.О.Р.Т.О.С. Их признали виновными в создании незаконного вооруженного формирования, насильственном удержании несовершеннолетних и истязаниях. «Где ваша совесть, Ваша честь», - поинтересовалась после оглашения приговора Дергузова. А один из потерпевших подростков Николай Акимов зачитал стихи собственного сочинения в защиту обвиняемых.

89 ударов

То, что приговор двум участницам Поэтизированного объединения разработки теории общенародного счастья (так расшифровывается П.О.Р.Т.О.С.) будет обвинительным, стало ясно еще неделю назад. Тогда присяжные заседатели единогласно признали девушек виновными и попросили суд не делать никаких снисхождений.

Согласно приговору суда, Дергузова и Ломакина признаны виновными в разработке и пропагандировании так называемой теории счастья "вместе с двумя другими лицами" (имелись в виду признанные невменяемыми Юрий Давыдов и Евгений Привалов, в отношении которых дело выделено в отдельное производство). Суд установил, что теория счастья была нацелена на «воспитание молодого поколения не с помощью старшего поколения, а в рамках специальной методы и специальными воспитателями». В этом методе воспитания, по мнению суда, присутствовали элементы насилия и человеконенавистничества.

Несколько лет назад организаторы П.О.Р.Т.О.С. арендовали территорию бывшей базы завода «Салют» в Люберецком районе Подмосковья. По объявлениям в газетах в организацию привлекались несовершеннолетние для освоения неких профессий и собственно теории счастья. Структура в П.О.Р.Т.О.С. была достаточно жесткая - рядовые члены организации (их называли новичками или курсантами) находились в полном подчинении у старших товарищей. Им запрещалось курить, пить, ругаться матом. В обязанности же входила работа на предприятии П.О.Р.Т.О.С. (оно занималось доставкой продуктов питания), ежедневное написание стихов и ведение дневника, который в П.О.Р.Т.О.С. было принято называть внешней совестью. За непослушание подростков пороли.

К примеру, потерпевшим Николаю Акимову, Дмитрию Лукьянову и Владимиру Хакимову за отказ вести дневник и брань досталось, по сведениям суда, до 89 ударов кожаной плетью по ягодицам каждому. За более мелкие провинности, такие как курение, подросткам просто выкручивали уши.

Покидать территорию базы подросткам запрещалось. На всякий случай забор обнесли колючей проволокой и организовали круглосуточную охрану с собаками и охотничьими ружьями.

Именно наличие оружия и стало поводом для обвинения двух девушек в создании незаконного вооруженного формирования. При этом суд в приговоре указал, что ружья и газовые пистолеты были приобретены абсолютно легально. Однако участи обвиняемых это не облегчило.

"Правильное дело делаете"

«Никого мы насильно не удерживали, - рассказала "ГАЗЕТЕ" одна из участниц П.О.Р.Т.О.С. Юлия Приведенная, - если ребята не соглашались с условиями, они могли уехать домой. Иногда к нам приходил участковый милиционер, но никаких нарушений не находил. Это он потом подтвердил и на суде. С местными жителями у нас тоже складывались хорошие отношения. А написали, что проверка РУОП была организована именно по их заявлениям. Между прочим, незадолго до РУОП на базу приходили сотрудники ФСБ и уголовного розыска. Говорили, что просто с проверкой. Посмотрели, как мы живем, и сказали: «Правильное дело делаете». А следователь даже потом с нами песни под гитару пел, свою юность комсомольскую вспоминал».

Суд приговорил двух поэтесс-активисток молодежного движения ПОРТОС к 8 и 6 годам тюрьмы за создание вооруженного формирования и насилие над несовершеннолетними членами организации.

Газета.Ру, 24 июля 2002 г. Ирина Петракова. Статья. Поэтессы запороли человеческое счастье.  

Суд приговорил двух поэтесс-активисток молодежного движения ПОРТОС к 8 и 6 годам тюрьмы за создание вооруженного формирования и насилие над несовершеннолетними членами организации. Однако сами девушки настаивают на том, что занимались только благотворительностью.

Московский областной суд приговорил к восьми и шести годам лишения свободы двух активисток общественного объединения ПОРТОС (Поэтизированное объединение разработки теории общественного счастья) Ирину Дергузову и Татьяну Ломакину. Девушек признали виновными в создании незаконного вооруженного формирования, которое действовало под вывеской общественного объединения, применявшего насилие по отношению к своим членам – пятерым несовершеннолетним подросткам. Суд объявил, что Дергузова и Ломакина устраивали избиения и порку детей, а также незаконно лишали их свободы.

Еще в минувшую пятницу суд присяжных вынес единогласное решение о виновности двух подсудимых по всем пунктам. Гособвинитель требовал для Дергузовой и Ломакиной 12 и 10 лет тюрьмы. Тем не менее судья сбавил срок каждой на четыре года.

Теперь, как рассказали «Газете.Ru» в молодежной организации, адвокаты подсудимых намерены обжаловать приговор в Верховном суде. В ПОРТОСе уверены, что суд предвзято подошел к этому делу, в связи с активной борьбой правоохранительных органов с молодежными экстремистскими группировками, к которым причислили и портосовцев. В качестве доказательства своей правоты портосовцы говорили, что процесс в последнее время шел фактически без истцов – все избитые подростки отказались во время судебного процесса от своих претензий к объединению и перешли на сторону подсудимых. По их словам, мальчики самостоятельно выбрали себе наказание портосовцев – порку – за пьянство и нецензурные выражения, запрещенные в объединении. Кроме того, выпоротые подростки заявили, что давали показания против девушек под давлением сотрудников подмосковного РУБОПа.

Теперь «потерпевшие», несогласные с решением суда, также намерены подать кассационную жалобу в надежде, что их бывших воспитателей оправдают.

Сейчас ПОРТОС поддерживают несколько групп российских правозащитников, в том числе Фонд «Гласность». Кроме того, на суде выступали представители «Горбачев-фонда», с которым активно сотрудничают портосовцы. Однако на решение суда не повлияло ни наличие поддержки со стороны, ни массовые акции, которые проводились у входа в здание Мособлсуда с участием бывших истцов по делу.

Интересно, что это не единственный раз, когда суд признал членов ПОРТОСа виновными в насилии и организации вооруженного формирования. До сих пор в Бутырской тюрьме находятся лидер движения Юрий Давыдов и Евгений Привалов. В свое время их дела выделили в отдельное производство, а врачи института им. Сербского признали обоих подсудимых невменяемыми, после чего суд признал их виновными и постановил отправить обоих активистов на принудительное лечение. Однако адвокаты портосовцев не согласились с решением суда. Дело было обжаловано в Верховном суде и отправлено на доследование.

Как рассказали «Газете.Ru» в ПОРТОСе, сейчас в московском отделении движения числятся около 300 человек. 50 из них – постоянные члены, остальные приезжают на подмосковную базу ПОРТОСа из разных регионов России на сезонные работы в трудовом лагере. По словам активистов движения, в основном среди членов объединения – совершеннолетняя молодежь в возрасте до 25 лет.

Портосовцы в подмосковной деревне Машково еще с 1986 года организовали небольшой автопарк и бесплатно развозят продукты пенсионерам. В «экспериментальной организации», основанной на «теории человеческого счастья» Пифагора, воспитываются дети из неблагополучных семей. Кроме работы по 16 часов в сутки, портосовцы, согласно своему уставу, каждый день пишут по шесть стихотворений, не пьют, не курят и не ругаются матом.

В качестве наказания за нарушение устава организации предусмотрено принудительное возвращение домой (от этого вида наказания портосовцы, как правило, отказываются). А в качестве альтернативы провинившемуся предлагается порка.

Напомним, что операцию в деревне Машково Московской области, на базе столичного отделения движения ПОРТОС, подмосковный РУБОП провел в мае прошлого года. Главной уликой против активистов движения стала находка, сделанная рубоповцами в кабинете директора благотворительного фонда ветеранов-инвалидов, входившего в ПОРТОС. Милиционеры нашли более 20 единиц оружия – газового и огнестрельного. Кроме того, здесь нашли три резиновые палки и хромированные наручники. Оперативники также взяли показания у пятерых детей, которые признались, что их неоднократно били.

В свое оправдание портосовцы говорили, что все изъятое милиционерами оружие было газовое и предназначалось для самообороны от агрессивно настроенных местных жителей. Что же касается порки несовершеннолетних воспитанников, то для них это было приемлемой альтернативой отправке домой к родителям.

 

Вчера Московский областной суд вынес обвинительный приговор двум активисткам Поэтизированного общества развития теории общественного счастья (ПОРТОС) Ирине Дергузовой и Татьяне Ломакиной.

Коммерсант, № 129. Марина Лепина. Статья. Борцы за счастье опасны для общества.

Ъ Коммуна ПОРТОС образована в 1993 году. Ее идеологи стремились «сделать из членов общества абсолютно счастливых людей», воспитать новое поколение новыми методами. Человеческое общество портосовцы делили на иерархические категории — от «нелюдей» до «настоящего человека», воспитание последнего из первых и было их главной целью. Члены общества занимались строительством, расфасовкой и продажей продуктов с доставкой {на средства от этого и существовали), фермерством, охраной общественного порядка (создали народную дружину и патрулировали улицы). Коммуна выпускала газету «Теория счастья». Действовала жесткая, почти воинская дисциплина. Запрещалось курить, пить, сквернословить. Адепты обязаны были еженедельно писать стихи и заносить в тетрадь свои мысли о пользе труда и перевоспитания. В конце 2000 года против руководителей общества было возбуждено уголовное дело: в деятельности ПОРТОСа следователи усмотрели нарушения закона. Как следует из материалов дела, люди попадали буквально в кабалу. Выступившие потерпевшими воспитанники общества признались, что их постоянно заставляли работать. За нарушения существовали штрафы или порка. А наличие в ПОРТОСе оружия, камуфляжной формы и воинской дисциплины, по мнению следствия, говорило о том, что коммуна фактически была незаконным вооруженным формированием.

Руководителей ПОРТОСа Дмитрия Давыдова и Евгения Привалова, как уже сообщал „Ъ", судили отдельно, поскольку судмедэкспертиза признала их страдающими шизофренией и недееспособными. Мособлсуд не нашел оснований для признания их виновными и в июне направил дело на доследование.

Параллельно в Мособлсуде шел процесс по делу двух других активисток ПОРТОСа — Ирины Дергузовой и Татьяны Ломакиной. По просьбе подсудимых дело рассматривал суд присяжных. Сами они не признали себя виновными ни по одному пункту. А потерпевшие-воспитанники, как и на предыдущем процессе, отказались от своих показаний, данных на следствии.

Девушкам инкриминировали несколько статей УК: создание незаконного вооруженного формирования; создание общественного объединения, деятельность которого сопряжена с насилием над гражданами; нанесение физических и психических страданий; незаконное лишение свободы. Две недели назад присяжные единодушно вынесли свой вердикт, признав Дергузову и Ломакину виновными по всем пунктам. На последующих прениях прокурор потребовал 12 лет заключения для Дергузовой и 10 лет для Ломакиной. Адвокаты же активисток ПОРТОСа настаивали на невиновности своих подзащитных и просили оправдать их.

Вчера суд вынес приговор. Ирина Дергузова получила 8 лет лишения свободы, Татьяна Ломакина — б лет. «Как вам не стыдно?!» — крикнула осужденная Дергузова судье, но ответа не последовало.

«Мы ожидали такой несправедливости»,— заявили „Ъ" соратники подсудимых. Члены коммуны вообще полагают, что уголовное преследование портосовцев имеет под собой политическую почву.

«По закону даже при наличии обвинительного вердикта присяжных судья может вынести оправдательный приговор. Об этом мы и просили суд,— говорят адвокаты подсудимых.— Ведь вердикт „виновны" присяжные вынесли относительно тех или иных действий, поступков подсудимых, но сами эти действия судья неправильно квалифицировала, ведь фактически инкриминируемые девушкам эпизоды не доказаны». Защита будет обжаловать приговор в Верховном суде РФ.

 

На всю 15-миллионную столицу в настоящее время насчитывается всего 42 мировых судьи вместо предполагаемых 384-х.  Новые Известия, № 127

Евгения Рубцова. Статья. За алиментами к мировому судье. Стр. 2

Прошло более полугода с момента введения в Москве института мировых судей. Однако нельзя сказать, что мировая юстиция разрешает семейные и трудовые споры москвичей с полным размахом. Причин тому предостаточно, но первая и основная заключается в элементарной нехватке служителей Фемиды. На всю 15-миллионную столицу в настоящее время насчитывается всего 42 мировых судьи вместо предполагаемых 384-х. Почему же Москва так отстала от Подмосковья, где в каждом городском суде на видном месте давным-давно висят списки мировых судей и графики их работы. С момента подписания федерального закона «О мировых судьях РФ» в декабре 1998 года и до февраля этого года созданием столичного института мировых судей занимался судебный департамент при Верховном суде. Достигнутые на этом поприще успехи, скажем прямо, на рекорд не тянули. А по данным на 1 февраля, в Москве к присяге были приведены всего 24 судьи. Помещений для их работы не было - ютились в кабинетах межрайонных судов города. С судейским аппаратом тоже была напряженка. Не было даже элементарного разграничения участков юрисдикции мировых судей. В конце концов для ускорения процесса внедрения мировых судей в повседневную жизнь в декабре прошлого года в столице было создано управление по обеспечению их деятельности.

Как рассказал начальник этого управления Александр Лаврентьев, за шесть месяцев работы его ведомства число судей увеличилось на 18 единиц. Открылись два независимых от районных судов участка, где мировые судьи отправляют правосудие, и еще 31 вот-вот распахнет свои двери для желающих быстро развестись. Словом, работа кипит. И было бы удивительно, если бы при наличии отдельного департамента, опекающего мировых судей, они не множились день ото дня. Кстати, на создание аппаратов мировых судей, обеспечение их юридической литературой и оборудование судебных участков из городской казны только в этом году было выделено 300 миллионов рублей.

На все тот же вопрос, почему мировые судьи так слабо приживаются в Белокаменной, Александр Лаврентьев толком ответить не смог. Сказал, что не хочет кого-либо обвинять, но по своему опыту с коллегами из регионов он сделал вывод, что «в провинции все как-то проще, и судей требуется меньше». А может, в глубинке просто меньше воруют, да и федеральные судьи в регионах больше заинтересованы в переадресации мировым коллегам многочисленных, но пустячных дел? Работающие в регионах мировые судьи уже сейчас рассматривают до 60 процентов гражданских дел по бракоразводным процессам, трудовым спорам, дорожно-транспортным происшествиям и т.д. Через их руки проходит порядка 30 процентов уголовных дел, наказание по которым не превышает трех лет лишения свободы.

Когда же Москва достигнет таких высот, пока не известно. По прогнозам управления, строительство мирового судопроизводства должно быть закончено к концу будущего года. Но если за первые полгода работы ведомства на стодолларовую зарплату удалось рекрутировать менее 20 судей, то в радужные обещания Лаврентьева верится с трудом. Дай Бог, если года через три москвичам не придется обивать пороги районных судов для того, чтобы отсудить причитающиеся алименты.

 

Мировых судей в столице будет много. ИА «ПРИМА», 24 июля 2002 г.

Информ. сообщ.

В настоящее время в Москве работают 33 мировых судьи, однако только двоим из них предоставлены специально оборудованные участки. Остальные отправляют правосудие в народных судах, заявил начальник Управления по обеспечению деятельности мировых судей в столице Александр Лаврентьев.

Институт мировых судей был введен в России в 1864 году и отменен после Октябрьского переворота. В 1998 году Государственная Дума приняла Закон о мировых судьях, которые должны были, взяв на себя рассмотрение части уголовных и гражданских дел, «разгрузить» федеральные суды. В компетенцию мирового судьи входит рассмотрение уголовных дел небольшой тяжести, наказание за которые не превышает трех лет лишения свободы, дела о расторжении брака, а также имущественные споры, при цене иска, не превышающем 500 минимальных размеров оплаты труда. Кроме того, мировые судьи рассматривают некоторые дела об административных правонарушениях.

24 июля Александр Лаврентьев сообщил на пресс-конференции в Москве, что мировые судьи действуют только в четырех районах Москвы — Черемушкинском, Зюзинском, Нагатинском и Зеленоградском. Они рассматривают до 40 процентов общего числа дел. По словам Лаврентьева, в ближайшее время планируется открыть еще пять участков в Братеево, Бутово и Зеленограде, а до конца этого года количество мировых судей увеличится еще на 157 человек. Окончательно корпус мировых судей будет сформирован к концу будущего года и составит 384 человека.

Обсуждается будущее Концепции информационной политики судебной системы.
 Газета, № 134. Юлия Михайлина. Статья. Судьи пошли на прорыв.

В четверг в Москве состоялось очередное заседание президиума Совета судей России. Собравшиеся, в частности, обсудили будущее Концепции информационной политики судебной системы, направленной на «гармонизацию отношений судебной власти и общества и пропаганду идеи правосудия». Для этого судьи хотят наладить отношения с прессой, а также обзавестись собственными СМИ, телестудией и эфирным временем. Денег на это у судейского сообщества, правда, нет, хотя на поддержку разного рода государственных средств массовой информации в этом году выделено более 10 миллиардов бюджетных рублей.

СПРАВКА

На сегодняшний день отношения с прессой выстраивают в каждом суде по-разному, в зависимости от воли председателя суда или конкретного судьи, ведущего процесс. На процессы, как правило, пускают только пишущих журналистов. Иногда при этом требуют предъявить документы, иногда просят написать от руки ходатайство с просьбой разрешить присутствие, а бывает, что доступ на процесс невозможен без официальной бумаги от имени главного редактора. Фотокорреспондентов и телеоператоров могут не пустить с аппаратурой даже в здание суда. При этом степень скандальности или важности судебного разбирательства роли не играет. Получить у судьи решение или какие-либо другие материалы дела практически невозможно, не говоря уж о комментарии.

В Конституционном и Верховном судах, а также в Судебном департаменте хорошо налажена работа пресс-служб. Весьма демократичны судьи в Кунцевском, Мещанском и Хамовническом райсудах Москвы.

Интересно, что, если судья отказывает журналистам в праве на информацию, он, как правило, старается мотивировать отказ. Зато служащие судебных канцелярий отличаются ошеломляющим хамством во многих райсудах. Вот лишь один характерный пример диалога между журналистом и служащей канцелярии по уголовным делам Замоскворецкого суда Москвы:

- Девушка, подскажите, в каком зале слушается дело Алексеева?

- А вы кто по делу будете?

- Я по делу буду журналист.

- Значит, никто. Вот и идите отсюда.

- В таком случае скажите, где найти кабинет председателя суда.

- Нигде.

 

Вполне массовые антимилицейские беспорядки вчера едва не вспыхнули средь бела дня в самом центре Москвы, у станции метро «Новокузнецкая»: двое милиционеров на глазах у десятков прохожих нещадно избили молодого человека.

Время новостей, № 131. Виктор Пауков. Статья. Проверка документов с последующим избиением.

Вполне массовые антимилицейские беспорядки вчера едва не вспыхнули средь бела дня в самом центре Москвы, у станции метро «Новокузнецкая»: двое милиционеров на глазах у десятков прохожих нещадно избили молодого человека. Сцена эта, продолжавшаяся как минимум 5 минут, быстро собрала толпу. Посмотрев, как милиционеры, не обращая ни на кого внимания, избивают ногами и кулаками обычного на вид парня, люди начали возмущаться. А когда стражи порядка поволокли жертву -- уже с заплывшим лицом и неспособную самостоятельно ходить -- к машине, заведенная зрелищем толпа буквально накинулась на милиционеров. Те испугались и, бросив «задержанного», под прикрытием вызванных на подмогу коллег попытались сбежать.

Свидетелями безобразной сцены стали десятки прохожих и торговцев окрестных лотков, а также корреспонденты газеты «Время новостей», подоспевшие к концу побоища. Наблюдали за инцидентом и сотрудники других СМИ, чьи офисы находятся в расположенном поблизости здании на Пятницкой улице, 25. Никто так и не понял, с чего вдруг милиционеры накинулись на случайного человека. Очевидцы, наблюдавшие начало сцены, утверждали, что у избитого при себе не оказалось паспорта -- парень пытался объяснить милиционерам, что работает в соседнем здании, основные документы лежат там, а с собой у него лишь пропуск. Журналисты сразу сообщили об увиденном в прокуратуру и Управление собственной безопасности ГУВД и попытались получить от милицейских чинов разъяснения и комментарии. Однако ничего внятного в ГУВД вчера ни один чиновник сказать не смог. Версии у каждого начальника оказались разные и явно неправдоподобные. Поведение представителей ГУВД сильно напоминало классическую милицейскую комбинацию по прятанию концов в воду.

Представители Управления вневедомственной охраны (УВО) ГУВД (двое сержантов которого и проводили процедуру «задержания») рассказали вчера, что наряд ОВО Центрального округа патрулировал окрестности метро «Новокузнецкая», где часто продают наркотики. Милиционеры обратили внимание на двух подозрительных молодых людей со «стеклянными глазами» и дрожащими руками. Приятелей попросили показать документы, после чего один из них якобы сбросил на землю две капсулы с белым порошком.

Парню предложили, по версии УВО, пройти в отделение, но он начал кидаться на патрульных и звать на помощь пешеходов криками «смотрите, что творят». При этом, по данным ГУВД, подозреваемый сам нанес несколько ударов патрульным и одному порвал кобуру. Насчет избиения человека представители ГУВД ничего пояснить не смогли, но уверили, что «наркоман» был все-таки задержан, а также изъяты и наркотики. Милицейские начальники говорили, что «подозреваемый» и его «товар» находятся то в УВД Центрального округа, то в ОВД «Замоскворечье». В конце концов выяснилось, что человек то ли избитый милиционерами, то ли сам их избивший, вовсе не задержан, и ничего не известно про «его наркотики».

Очевидцы же утверждают, что после того, как толпа «отбила» парня, коллеги унесли его на работу -- умываться и приходить в себя.

 

Практически одновременно с началом суда по делу погрома на царицынском рынке в руки следствия попал один из основных подозреваемых по делу о взрыве домов в Москве и Волгодонске.   

Вечерняя Москва, № 130, 19 июля 2002 года. Анастасия Бабурова. Статья. Возмездие.

Советское правосудие когда-то гордилось неотвратимостью возмездия: сколько бы ни прошло лет, оно не забывало и не прощало. Российское не так уж редко прощает, а часто просто забывает. Но сейчас оно поставлено перед неизбежностью реализовать то самое возмездие — слишком уж резанули общество два преступления, одно из которых произошло три года назад, а второе — чуть меньше года. По стечению обстоятельств, практически одновременно с началом суда по делу погрома на царицынском рынке в руки следствия попал один из основных подозреваемых по делу о взрыве домов в Москве и Волгодонске, и оттуда тоже потекла информация о показаниях подозреваемого. Сразу после злодеяний власти клялись найти и обезвредить виновных; сейчас мы можем убедиться, что свое слово они пытаются сдержать.

Однако практически сразу же стало ясно, что сдержать его не так-то легко. Адам Деккушев, задержанный в Грузии и выданный России, даже с точки зрения следователей не является организатором терактов в Москве и Волгодонске и потому вполне мог не знать, кто и