ПРАВА ЧЕЛОВЕКА В МОСКОВСКОМ РЕГИОНЕ

 

Обзор публикаций СМИ и материалов НПО

за 10-14 июня 2002 года.

 

(По материалам Информационного центра правозащитного движения)

 

Правоохранительные органы, суды и пенитенциарная система.

 

Московские тюрьмы осматривают англичане.

Статья. Колокол.Ру, 7 июня 2002 г.

В канун новых битв вокруг законопроекта об общественном контроле за местами лишения свободы в Москву прибыла группа членов Совета визитеров Великобритании.

Вот уже сто лет эта авторитетная организация на добровольной основе осуществляет независимый контроль за содержанием заключенных и соблюдением их прав.

Поездка была организована под патронажем общественной организации «Британский Совет», занимающейся развитием международного сотрудничества.

Российским тюрьмам нужны английские садовники

Гости начали свой визит с посещения женского следственного изолятора №6. Потом поучаствовали в «круглом столе», организованном фондом «Социальное партнерство» (председатель Валерия Борщев). А затем посетили СИЗО №2 – знаменитую Бутыркy. Впереди у них посещение еще нескольких тюрем.

Галантные британцы старались не показать, какое впечатление произвела на них наша тюрьма. С невозмутимым видом они прогулялись по обшарпанным тюремным коридорам, дыхнули смрад камер, перемолвились парой словечек с заключенными. Один лишь раз нервы их чуть сдали. При посещении образцово-показательного СИЗО № 6 они наткнулись на заключенную, следствие по делу которой закончилось год назад. И теперь она ждет суда. Не такая уж редкая для нас картина. «Этот случай как раз для общественных контролеров, - сказали гости. –Надо делать скандал».

Первый шаг к общественному контролю был сделан в России чуть ли не пять лет назад. Депутат Госдумы, известный правозащитник Валерий Борщев с малочисленной группой единомышленников попытался убедить парламентариев в необходимости независимого контроля над местами лишения свободы. И это ему почти удалось. В разработке проекта закона, кстати сказать, принимали участие виднейшие юристы страны: доктор юридических наук, генерал-майор Вицин, профессор Михлин, заслуженный юрист России Пашин и председатель Независимого экспертного совета М. Полякова и др.

В ходе парламентских дебатов законопроект, конечно же, был значительно выхолощен (лоббисты силовых ведомств никак не хотели сдавать позиции), но, в конце концов, Дума приняла его во всех трех чтениях. Однако Совет Федерации наложил на закон вето. И все вернулось на круги своя…

Группа депутатов Думы уже нового созыва (Зоркальцев, Давыдов, Ковалев, Лахова, Мохачев, Чуев, Чекис, и Ярыгина), самых разных политических взглядов, попыталась вновь вернуться к принятию этого закона, считая его крайне важным для общественной безопасности страны. Ведь Россия – страна заключенных. Ее тюремное население составляет миллион человек, а за год учреждения пенитенциарной системы проходят пять миллионов. И, конечно же, для общества жизненно важно, чтобы люди, прошедшие тюремный конвейер, возвращались домой хотя бы такими, как прежде, а не хуже. Но когда в заключении грубо попираются все человеческие права, когда царит произвол и жестокость, когда заключенные заболевают тяжелыми болезнями, когда криминальный мир навязывает всем свои «понятия», успешно обучая бандитскому ремеслу, безопасность страны находится под угрозой. Тем более, что счет идет на миллионы.

Как показывает опыт развитых стран (и Великобритании в том числе), избавить от всего этого может только независимый контроль. За него и идет сражение в нашем парламенте вот уже пятый год…

Прежде чем выносить проект на обсуждение депутатов, его согласовали со всеми заинтересованными ведомствами. И ценой компромисса удалось получить одобрительные визы Минюста, МВД, Верховного суда, Генпрокуратуры.

Дольше всех упорствовало правительство в лице его вице-премьера Христенко. Потребовался почти год, чтобы переломить ситуацию: под напором правозащитных организаций правительство, наконец, смилостивилось. И дало положительный отзыв (спасибо Валентине Матвиенко). Однако до победы еще очень далеко – вокруг законопроекта предстоят еще жаркие баталии. В преддверии их британский десант, конечно же, укрепил позиции реформаторов.

«Круглый стол» в Госдуме собрал много именитых лиц. В дискуссии участвовали и заместитель Минюста В. Калинин, и лидер фракции «Яблоко» Григорий Явлинский, и начальник ГУИНа Ялунин, председатель думского комитета, один из авторов законопроекта Зоркольцев, а также известные правозащитники Альтшуллер, Москаленко и др. Но особое внимание привлекли, конечно же, британские гости. Опыт работы их Совета визитеров был крайне актуален. Как сказал Зоркольцев, «мы думали, что совершаем правовой прорыв, но прослушав гостей, поняли, что изобретаем велосипеды».

Из сообщения главы делегации Питера Курвена мы узнали, что члены Совета визитеров Англии и Уэльса имеют право без предупреждения и согласования в любое время суток посетить тюрьму – от камер до мастерских и кухни. Кстати, в нашем законопроекте прописана процедура согласования «плана мероприятий» (вот он плод компромисса!) с надзирающей за тюрьмой прокуратурой. То есть, предполагается и нашим общественникам дать право беспрепятственно навещать заключенных, но лишь «по согласованному плану».

В Англии и Уэльсе «визитеры» работают исключительно на общественных началах. И эта их общественная роль признана государством. Так что ни один работодатель не имеет права чинить им препятствия. Как не вспомнить здесь проблемы наших присяжных – многие из них под угрозой увольнения вынуждены покидать зал суда. Работодатели не желают «входить в положение».

Члены Совета визитеров – а каждая тюрьма в Англии и в Уэльсе имеет свой совет – выслушивают жалобы заключенных, проверяют как соблюдаются их права, а затем доводят полученную информацию до высокого тюремного начальства и министра внутренних дел. Министр обязан в месячный срок дать ответ по поводу этой информации. И если ответ не удовлетворит визитеров, они могут обратиться в парламент. И это при всем, при том, что министр внутренних дел утверждает членов Совета.

Здесь, понятно, всех нас заинтересовало, – откуда возьмутся чересчур принципиальные члены Совета, если само ведомство их назначает? Англичане поначалу не могли понять наше недоумение. Но потом взялись растолковывать. Кандидатуру «визитера» предлагает министру Совет визитеров. И для того, чтобы отклонить ее, у министра должны быть очень серьезные основания. А иначе произойдет скандал. Кроме того, министр крайне заинтересован в объективной информации. Ведь если он не примет меры своевременно, ему несдобровать. Деталь: при Совете существует специальная комиссия, которая строго следит, чтобы суждения членов Совета были абсолютно независимыми. Если, скажем, визитер пошел на поводу у тюремного начальства и утратил доверие заключенных, ему указывают на дверь.

Наша российская специфика заставила авторов законопроекта предложить иную систему назначения общественных контролеров (в законопроекте: членов попечительского совета). Их выдвигают крупные общественные организации, а утверждает уполномоченный по правам человека. Региональный, где таковой существует. И федеральный там, где их пока еще нет.

При подборе членов Совета, как пояснили гости, важно чтобы они представляли все социальные и демографические слои общества. По полу, возрасту, образованию, социальному положению и т.д. Важно также, чтобы они жили поблизости. Но а главное – имели большое желание послужить на благо обществу. Специальных знаний не требуется, – новички проходят обучение на курсах…

«Визитеры» не инспектируют камеры, в которых задержанные и арестованные находятся трое суток (после чего суд определяет им меру пресечения). Очевидно, в этом нет особой нужды. У нас же она есть. Ведь именно в изоляторах временного содержания (ИВС) наиболее жестоко «прессуют» арестантов, выбивая из них признательные показания. Как сказала на «круглом столе» Карина Москаленко, «поскольку ИВС находятся в ведении МВД, а не Минюста, мы тем самым нарушаем обязательства данные при вступлении в Совет Европы».

По поводу доступа независимых контролеров в ИВС и идет сегодня наиболее острая схватка – МВД никак не хочет туда общественников допускать. А законопроект как раз это предполагает.

Отмечая чрезвычайную важность данного закона для России, лидер думской фракции «Яблоко» (он же лидер одноименной партии) Григорий Явлинский подчеркнул, что в условиях возвращения серьезной политической цензуры правду о положении зеков узнать из СМИ практически невозможно. Тем более важны независимые общественные контролеры, которые смогут хоть как-то противостоять грубым нарушениям прав человека в местах лишения свободы. Однако он предсказал, что законопроект ждет нелегкая судьба. Ведь сегодня наша правовая система состоит из трех не стыкующихся частей: советского права, либерального права и так называемой «правоприменительной практики», то есть произвола, творимого под флагом права. Естественно, новый закон войдет в противоречие с советским правом и практикой.

Чтобы не заканчивать дискуссию на столь пессимистической ноте Зоркольцев сказал, что «пробита первая брешь». И хотя «законопроект половинчатый и решает проблему лишь частично, важно сделать первый шаг. И он сделан».

Сделан или нет, покажет ближайшее будущее.

Ваш корреспондент попросил английских гостей оценить перспективы возникновения независимого общественного контроля в России. «Визитеры» отделались шуткой, напомнив анекдот об английском газоне. Для того чтобы такой газон появился, нужно 200 лет кропотливого труда…

 

Дело по обвинению лидеров ПОРТОСа отправлено на доследование.

Коммерсант, № 99. Алексей Герасимов. Статья. Суд не признал поэтов вооруженной группировкой.

Вчера в Московском областном суде завершился процесс по делу двух руководителей Поэтизированного общества развития теории общественного счастья (ПОРТОС) Дмитрия Давыдова и Евгения Привалова, обвиняемых в создании незаконного вооруженного формирования и истязании последователей. В ходе почти двухмесячного разбирательства суд так и не нашел веских оснований для того, чтобы их осудить.

7 декабря 2000 года сотрудники РУБОПа нагрянули с обыском на базу общества ПОРТОС, расположенную на территории подмосковного завода "Салют" в деревне Машково. Оперативники выяснили, что за высоким бетонным забором с колючей проволокой в строительных вагончиках проживало около 50 членов общества, среди которых было немало несовершеннолетних. Портосовцами в РУБОПе заинтересовались после того, как от местных жителей поступила информация о том, что на территории завода действует какая-то подозрительная коммуна.

Выяснилось, что руководите ли ПОРТОСа пытались сделать из членов общества абсолютно счастливых людей, правда, довольно нетрадиционными методами (см. справку). В обществе действовали строгий запрет на употребление алкоголя и табака, жесткая дисциплина и субординация, наподобие воинской.

Несмотря на мирные на первый взгляд цели общества, из шкафов и сейфов его организаторов оперативники извлекли целый арсенал: шесть пистолетов различных марок, пять карабинов, пять охотничьих ружей, две пневматические винтовки, наручники, резиновые дубинки и патроны.

В ходе допросов воспитанников общества было установлено, что территорию базы охраняли вооруженные члены ПОРТОСа с собаками, которые не давали своим собратьям покидать территорию коммуны. Кроме того, их заставляли трудиться по 16 часов в сутки в фирме, которая была создана организаторами ПОРТОСа. За невыполнение трудовой нормы или нарушение общественного порядка членов общества били плетками (до 100 ударов) или драли уши.

Руководителей общества Ирину Дергузову, Дмитрия Давыдова, Евгения Привалова и Татьяну Ломакину арестовали и обвинили в создании незаконного вооруженного формирования, создании общественного объединения, деятельность которого сопряжена с насилием над гражданами, и истязании несовершеннолетних. Однако в связи с тем, что в ходе следствия судмедэкспертиза признала Давыдова и Привалова недееспособными (они страдают шизофренией), их дело выделили в отдельное производство.

В результате в Мособлсуд поступило два уголовных дела. Дело Дергузовой и Ломакиной сейчас рассматривается коллегией присяжных, а дело Давыдова и Привалова было рассмотрено в обычном уголовном порядке.

В суде дело последних фактически развалилось. Оказалось, что у членов общества было официальное разрешение на владение изъятым милицией оружием. И самое главное, выяснилось, что в деле нет потерпевших. Все последователи движения, дававшие показания о применении к ним насилия, заявили, что оговорили руководителей ПОРТОСа под давлением оперативников, которые угрожали их самих упечь в тюрьму. "Если нас и наказывали, то только с нашего согласия,- отметили свидетели.- Ведь только таким образом нас можно было отучить от вредных привычек".

Адепты-свидетели утверждали, что вступили в ПОРТОС в поисках лучшей доли. Членам общества, большинство из которых были трудными подростками, обещали найти работу и помочь при поступлении в вузы. И реализовать эту программу, по их словам, помешали сотрудники правоохранительных органов. Кроме того, свидетели рассказали, что трудились не по 16 часов в сутки, а по восемь-десять, да и труд этот никак нельзя было назвать "каторжным": они в основном пололи грядки или разгружали грузовые автомашины, принадлежавшие обществу.

В результате суд не нашел оснований для признания Давыдова и Привалова виновными в инкриминируемых им преступлениях и направил дело на доследование в Мособлпрокуратуру.

"Ъ" продолжит следить за этим делом.

Братство за колючей проволокой

Братство кандидатов в "Настоящие люди" (БКНЛ) ПОРТОС было официально зарегистрировано в 1993 году в Калуге. В начале 2000 года организация начала действовать на территории бывшей базы режимного завода "Салют" в деревне Машково Люберецкого района Подмосковья. Организаторы братства ставили целью создать идеальное человеческое общество на отдельно взятой территории. Среди их последователей преобладали бывшие бомжи, алкоголики, а также трудновоспитуемые подростки из России и с Украины, которых направляли в ПОРТОС сами родители. В нетрадиционные методы воспитания кроме ежедневного физического труда входило обязательное сочинение стихов и ведение так называемой тетради "внешней совести", в которую адепты вносили мысли о пользе труда и своего перевоспитания. Организация существовала на средства от торгово-закупочной деятельности, ей принадлежало около 50 грузовиков, которые обслуживали члены ПОРТОСа.

 

Беженцы и вынужденные переселенцы. Свобода передвижения.

О работе московского областного подразделения Федеральной миграционной службы.

Версты, № 65-66. Елена Павлова. Статья. Замыслил я побег.

Рыба ищет, где глубже, а человек - где можно выжить. Из Московского областного подразделения Федеральной миграционной службы

Лена родилась в красивом южном городе Баку. В 18 вышла замуж за бесшабашного Сашку Кузнецова, в 19 уже нянчила своего первенца. К пятилетию совместной жизни у супругов было уже трое детишек, а еще через пару лет Азербайджан встал на тропу межнациональной розни. Вскоре, всеми правдами и неправдами им удалось получить статус беженцев и регистрацию в Воронежской области. Но дальше всё начало рушиться. По воле хозяина дома, где они жили, пришлось покинуть насиженное место и перебраться к родственникам в Подмосковье. И началась скитальческая жизнь.

Пьющий от безысходности муж и семеро детей повисли тяжелым грузом на шее женщины. Не знаю, была ли она когда-нибудь "Еленой Прекрасной", но сейчас, в свои 33, она выглядит измученной, изможденной, ее лицо давно не знает, что такое косметический крем, а зубы не знакомы со стоматологом. Старуха в возрасте Христа. Она не может получить даже детских пособий на многочисленных детей, потому что доехать до Воронежа не на что. Муж периодически подрабатывает на московских стройках и ездит по столице, с ужасом косясь на милиционеров: ведь зарегистрирован-то в Воронеже... Разве ж это жизнь?

В голодные и неспокойные времена народ традиционно тянулся либо к югу, либо поближе к столице, справедливо полагая, что раз тепло, то и хлеб будет. Мегаполисы в этом смысле выглядят весьма привлекательно. Но здесь беженцев никто не ждет с распростертыми объятиями. И лишь хлебнув лиха и изрядно помыкавшись, основная масса бедолаг в конце концов обращается в миграционное ведомство. Прежде всего за помощью в трудоустройстве, в поисках жилья, за социальными выплатами.

В Подмосковье такая служба существует уже 10 лет. За 1999-2001 годы сделано, пожалуй, больше, чем за все предыдущие: 50 семей получили постоянное жилье, выданы 22 ссуды на строительство или приобретение готового жилья, 90 семьям предоставлены компенсации за утраченное жилье, 22 236 вынужденным переселенцам и беженцам вручили единовременную материальную помощь, 399 человек стали обладателями путевок на санаторно-курортное лечение.

Цифры говорят сами за себя. Но все же счастливый билет выпал далеко не всем, большинство семей после переезда в Россию пополняют беднейшие категории населения и увеличивают число нуждающихся в государственной социальной защите.

В Подмосковье есть районы, в которых положение беженцев весьма плачевно. Это Истра и Чехов, где в середине 90-х пытались начать новую жизнь переселенцы из Казахстана, Киргизии, Таджикистана. Они согласились на низкооплачиваемую работу и любое жилье, и в массе были попросту обмануты, не получив постоянной крыши над головой, прописки, прав на медицинскую помощь, пенсии, пособий на детей. Большинство из них не обратились за предоставлением статуса вынужденного переселенца и в результате лишились прав на государственную поддержку. И теперь выживают как могут.

Но есть на территории Московии чудесное место, которое для всей России может стать примером цивилизованного подхода к проблемам переселенцев. Пока в этом поселке всего две улицы, но со временем он станет городом Славгородом. К приезду переселенцев там готовятся заранее, используя, выражаясь канцелярским языком, "средства страны выезда". В данном случае обустройство новоселов взял на себя Узбекистан. Схема проста.

- С горнообогатительным комбинатом Навои заключен договор, по которому он строит для своих бывших сотрудников коттеджи, оговорив с будущим владельцем планировку, - рассказывает начальник Миграционного управления Московской области Виктор Сперкач. - Отработан механизм, по которому, сдав прежнюю квартиру, переселенцы получают право и средства строить жилье на исторической родине. Люди не чувствуют себя заброшенными, напротив, ощущают заботу о себе. Они получают дом, работу и поддержку местной администрации. Было бы полезно заключать такого рода договора на уровне правительств.

Кроме того, на территории Подмосковья зарегистрированы три национально-культурные автономии: немецкая, мордовская и татарская. На подходе формирование автономии корейцев (их 2000 чел.). Не зарегистрированы, но многочисленны армянская, азербайджанская и грузинская диаспоры. Причем армяне и грузины более законопослушны: стараются приобрести недвижимость и открыть свое дело, создавая производство. Азербайджанцы, напротив, от законного бизнеса далеки. Как правило, они монополизируют торговлю фруктами и овощами. Оценить и контролировать денежные потоки, идущие из столичного региона в Азербайджан, практически невозможно. Совершенно очевидно, что экономике и Московской области, и России в целом наносится значительный ущерб.

Отдельная тема - привлечение иностранной рабочей силы, так называемая внешняя трудовая миграция. Наибольший приток гастарбайтеров в Подмосковье пришелся на 1996 год - 17,2 тысячи человек. Всего же в течение 1994-2001 годов Миграционная служба выдала свыше 81 тысячи подтверждений на право трудиться в области. Причем доля рабочей силы из стран СНГ увеличилась с 27% в 1996 году до 78% в 2001-м.

Между тем более 80% иностранцев, прибывших в Подмосковье, нелегалы. Прозрачность границ со странами СНГ, долгое отсутствие четких межгосударственных соглашений и единой политики в отношении миграционной ситуации в стране привели к тому, что управлять этими потоками было невозможно. Отсюда рост преступности, заболеваемости нетрадиционными для россиян хворями (малярия, различные лихорадки, кишечные инфекции) и социальными болезнями (туберкулез). Так что недавнее решение о реорганизации и укреплении Миграционной службы России (к 1 июня она окончательно перешла в состав МВД) продиктовано самой жизнью. Хотя и подписан на днях президентом страны федеральный закон о гражданстве, закона о трудовой миграции пока не существует, нет и должного контроля за финансовыми потоками, материальной и гуманитарной помощью. Но есть надежда, что от перемены мест сумма все-таки изменится и люди в погонах сумеют наконец навести должный порядок.

 

Как воспользоваться конституционным правом свободно выбирать место жительства и пребывания? Юридический комментарий. Российская газета, № 105. Статья. Где хочу, там и живу. Стр. 6-8 прилож.

Как воспользоваться конституционным правом свободно выбирать место жительства и пребывания?

Принятие новой российской Конституции предоставило гражданам свободу в выборе места жительства и пребывания. Тем не менее тема прописки, по-новому регистрации, по месту жительства не потеряла своей актуальности, особенно в столице. Работники органов регистрационного учета как отказывали по различным причинам регистрировать граждан, так и продолжают отказывать.

Законом города Москвы от 14 сентября 1994 г. предусматривалась уплата сбора. Граждане стран СНГ, иностранцы и лица без гражданства, прибывавшие на жительство в Москву на жилую площадь, принадлежащую им на праве собственности, должны были платить за разрешение пользоваться своей собственностью. Причем ставка сбора была установлена не маленькая - 5000 минимальных размеров оплаты труда (МРОТ), а для граждан Российской Федерации - 10 процентов от этой ставки. А в Краснодарском крае действовал местный закон, согласно которому обязательным условием для прописки было наличие у лица, у которого прописывается заявитель, постоянной прописки в крае более 10 лет. Позже эти требования были признаны неконституционными. А что сегодня может стать основанием для отказа в регистрации граждан по месту жительства?

Отказали незаконно, но по правилам

Согласно части первой статьи 6 Закона Российской Федерации "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации", регистрация гражданина по месту жительства производится при предъявлении должностному лицу, ответственному за регистрацию, паспорта или иного заменяющего его документа, удостоверяющего личность гражданина, и документа, являющегося основанием для вселения гражданина в жилое помещение (ордера, договора, заявления лица, предоставившего гражданину жилое помещение, или иного документа) или его надлежаще заверенной копии.

В соответствии с этой статьей закона для регистрации достаточно предоставить названные документы, которые подтверждают добросовестное использование гражданином своего права. Получив эти документы, орган регистрационного учета обязан зарегистрировать гражданина в жилом помещении, которое он избрал местом своего жительства. Требование предоставить дополнительные документы не соответствует федеральному закону.

Начальник паспортного стола ОВД отказал заявителю в регистрации на жилую площадь, принадлежащую ему на праве собственности. Как сказано в ответе из ОВД, "если собственниками являются несколько граждан, а регистрируется один из них, то необходимо предъявить письменное согласие остальных собственников".

Однако суд жалобу заявителя удовлетворил. В соответствии с п. 2 б Правил регистрации и снятия с учета граждан РФ по месту пребывания и месту жительства в Москве и Московской области, утвержденных Постановлением Правительства Москвы и Правительства Московской области от 26 декабря 1995 г. N 1030-43, подлежат регистрации по месту жительства граждане на основании свидетельства о праве собственности на жилище по наследству. Заявительница же является собственницей спорного жилого помещения на основании свидетельства о праве собственности по наследству.

И все же, как ни странно, отказ начальника паспортного стола ОВД был законодательно обоснован. В пункте 2.11 Постановления N 1030-43, действовавшего до 30 марта 1999 года, указывалось, что регистрация по месту жительства граждан в дома (часть дома), жилые помещения на праве собственности осуществляется при наличии согласия всех ее участников. Руководствуясь данным положением, органы регистрационного учета требовали дополнительно предоставлять письменное подтверждение согласия сособственников. Это не соответствовало не только Конституции РФ, которая указывает, что каждый вправе владеть, пользоваться и распоряжаться принадлежащим ему имуществом, не только Закону "О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации", но и Гражданскому кодексу, которым установлено: сособственники имеют равные права по отношению к принадлежащему им имуществу вне зависимости от размера доли в собственности.

Только благодаря вмешательству Конституционного cуда РФ (Постановление от 02.02.98 N 4П) правительства Москвы и Московской области утвердили новую редакцию Правила регистрации и снятия граждан РФ с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в Москве и Московской области, в которой уже не предусматривается согласие остальных участников совместного имущества на вселение сособственника в принадлежащую квартиру (дом).

На первый взгляд, введенные московские Правила, наконец, стали соответствовать Конституции РФ, так как многие собственники жилых помещений смогли реализовать свое право пользоваться собственностью. Но, увы, московское правительство одновременно установило новые требования, которые не могут соответствовать конституционным нормам. Так, согласно п. 3.1. Правил регистрации и снятия граждан РФ с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в Москве и Московской области, утвержденных Постановлением Правительства Москвы и Московской области 30.03.1999 года N 241-28, при вселении по месту жительства граждан на жилую площадь на праве частной собственности представляются: договор купли-продажи, договор дарения, договор мены, свидетельство о праве на наследство, договор ренты, договор пожизненного содержания с иждивением. И далее в скобках - оговорка: "при условии, если собственник занимает изолированное жилое помещение в данной квартире". Не знаю, каким образом в настоящее время на практике органы регистрационного учета применяют данное условие, решения судов по данному вопросу мне не встречались. Относится ли эта оговорка к гражданам, вселяющимся на жилую площадь к собственнику или к собственникам, желающим зарегистрироваться по месту жительства в принадлежащую квартиру? Такое неточное определение позволит паспортным столам по-разному толковать данную норму.

Если указанное требование относится к собственникам имущества, то отказ собственнику в регистрации по месту жительства в виду отсутствия в квартире (доме), принадлежащей ему на праве собственности, изолированного жилого помещения не может соответствовать Конституции РФ и нормам гражданского законодательства, не запрещающего собственникам на равных правах пользоваться и распоряжаться неделимым имуществом. Если же это ограничение относится к гражданам, вселяющимся к собственнику на жилую площадь, принадлежащую нескольким участникам общей собственности, то к чему изобретать велосипед? Жилищным и Гражданским кодексами предусмотрено требование о предоставлении согласия сособственников или проживающих совместно с нанимателем лиц на вселение гражданина, а отказ в регистрации по месту жительства в виду отсутствия у собственника изолированного жилого помещения не соответствует федеральному законодательству. (См. продолжение в следующем номере).

 

Прошла встреча руководителя Федеральной миграционной службы (ФМС) РФ, замминистра внутренних дел А. Черненко с журналистами.

Страна.Ру, 14 июня 2002 г. Информ. сообщ. В России принят закон о выдаче иностранцам миграционных карт.

МОСКВА, 14 июня - Для мигрантов, прибывающих в Россию из стран СНГ, на пересечении границы будет уже в этом году выдаваться так называемая миграционная карта, сообщил заместитель министра внутренних дел, руководитель миграционной службы Андрей Черненко в интервью "Российской газете", которое публикуется в номере за пятницу.

По его словам, в миграционной карте "будет три вида отметок: прибытие, убытие и регистрация по региону пребывания". В документе будут отражены также цель поездки и адрес приглашающего лица, передает РИА «Новости». "Все в соответствии с международными стандартами", - подчеркнул глава миграционной службы. Он также отметил, что с осени планируется официально печатать формируемый сегодня банк данных на работодателей и фирмы, имеющие разрешение на привлечение иностранной рабочей силы.

Как подчеркнул Андрей Черненко, в текущем году российские границы пересекли примерно 12 млн человек, в минувшем - 30, и "приблизительно пятая их часть работала в нелегальном режиме". По его словам, в Москве на налоговом учете состояли не более двухсот граждан стран СНГ, а проживают в столице до миллиона. "Рынок нелегально используемой трудовой миграции в стране - до 8 млрд долларов ежегодно, недополучаемых федеральным и местными бюджетами", - отметил он. - Значительная их часть вообще вывозится из России". В этой связи руководитель миграционной службы считает, что необходимо взаимодействие на оперативном уровне и с правоохранительными органами других стран.

 

 

Права военнослужащих и призывников

 

Информ. сообщ. Облавы продолжаются. Иностранец, № 20

Ответственный секретарь Союза комитетов солдатских матерей Валентина Мельникова заявила, что так же, как и осенью прошлого года, этой весной призыв в российскую армию сопровождался облавами. Она квалифицировала эти облавы как "похищение людей" и выразила убеждение, что военкоматы любой ценой стараются выполнить призывной план.

По словам Мельниковой, представители милиции по-прежнему приходят на квартиру призывника ранним утром и в тот же день человек оказывается в воинской части или в эшелоне. Причем повсеместно нарушается законодательство о призыве. Так только за прошлую неделю три студента из Москвы и ближних областей, имеющие право на отсрочку, были отправлены в воинские части. Особенно часты случаи, когда в армию попадают молодые люди, непригодные к службе по состоянию здоровья - они не проходят надлежащего медицинского обследования, а их справки не принимаются во внимание. Юношей забирали опять же утром, без амбулаторных карт, а затем якобы проводили медицинскую комиссию. В результате, например, в Ленинградском округе внутренних войск находится человек с тяжелым заболеванием позвоночника. Но никаких медицинских документов у него затребовано не было, правда, военком 20 мая выдал ему направление на дополнительное обследование, но тут же выписал повестку явиться 30 мая "с вещами". До военкомата, куда он должен был явиться к 8 часам утра, призывник даже не дошел, поскольку его забрали из квартиры в полвосьмого.

Г-жа Мельникова опасается, что на улицах и в общежитиях Москвы вот-вот начнутся еще более полномасштабные облавы на призывников.

 

Права детей и женщин

 

На очередном заседании московского правительства была рассмотрена Комплексная городская программа по профилактике детской беспризорности и безнадзорности на 2002-2003 годы.

Вечерняя Москва, № 104. Ника Удачина. Статья. Бродяжья проблема.

На прошлой неделе московское правительство вплотную занялось проблемой маленьких бродяг. На очередном заседании была рассмотрена Комплексная городская программа по профилактике детской беспризорности и безнадзорности на 2002-2003 годы.

Общий объем финансирования, необходимый для выполнения программы, - 814,3 миллиона рублей. Основным источником для него станет бюджет Москвы, из него будут взяты более 641 миллиона, а недостающую сумму найдут в федеральном бюджете. Город готов идти на такие расходы, потому что в силу вполне понятных причин приток беспризорников в столицу год от года увеличивается. По последним данным, ежегодно через Москву проходит около 40 тысяч брошенных, оставшихся без родителей или убежавших из дома детей.

Последние несколько лет федеральные власти пытаются выстроить единую государственную систему по решению вопросов профилактики беспризорности и безнадзорности, детской преступности, наркомании и организации работы в так называемых группах риска. Москва подошла к этой проблеме серьезно.

В результате принятых мер семь городских социальных приютов для детей и подростков уже к концу 2002 года смогут принять не 800, а 2000 человек. Власти планируют открыть дополнительно еще 8 приютов, 2 межрайонных центра «Дети улиц». В трех городских больницах делается соответствующий сложности этой социальной проблемы ремонт. В Комитете социальной защиты населения и в ГУВД Москвы круглосуточно работают телефоны «горячей линии». Ведется работа по учету всех случаев поступления беспризорных детей в больницы и приюты.

В рамках будущей программы правительство Москвы планирует создать единую компьютерную информационную базу, куда будут заноситься все данные о безнадзорных детях. С начала этого года органами внутренних дел выявлены 4275 беспризорников, из которых 3799 детей и подростков по состоянию здоровья были направлены в городские больницы, а 476 помещены в Центр временной изоляции несовершеннолетних правонарушителей при ГУВД Москвы.

 

Правительство Москвы в лице Комитета по общественным и межрегиональным связям и при поддержке фонда «Сотрудничество» пригласило группу журналистов из 11 регионов России ознакомиться со своей работой по решению проблем социально незащищенных слоев населения - детей и стариков.

Наталья Козлова, «Белгородская правда». Статья. Дети подземных переходов.

Правительство Москвы в лице Комитета по общественным и межрегиональным связям и при поддержке фонда «Сотрудничество» пригласило группу журналистов из 11 регионов России ознакомиться со своей работой по решению проблем социально незащищенных слоев населения - детей и стариков.

С чем сравнить Москву? С «главой» России? Ее «сердцем»?.. Но всякое сравнение, как известно, хромает. Россия — единый живой организм, в котором все части взаимосвязаны. Наблюдая за жизнью сегодняшней столицы, можно предугадать многие проблемы, которые встанут перед провинцией уже завтра. Соответственно и опыт Москвы может стать для нас полезным.

Торгово-пешеходный мост «Багратион» — достопримечательность новой Москвы, стремящейся к обличью европейской столицы, часть проекта «Москва-сити». Голубая труба над Москвой-рекой внутри «нафарширована» магазинчиками, кафе и парикмахерскими, к которым посетителей поднимают эскалаторы, как в метро. Стоишь в застекленной галерее моста, смотришь вниз, на бегущую по воде свинцовую рябь, и сама река кажется спешащей куда-то дорожкой эскалатора. Европа!

Детское беспризорничество — тоже один из многочисленных ликов сегодняшней Москвы. Лик, который Москва предпочла бы не иметь. Дети бегут от издевательств пьяных родителей, тайком покидают детские дома и интернаты, спасаются от вспышек «дружбы народов» на окраинах СН Г. А Москва для ребенка с неокрепшей личностью — город заманчивый. Здесь так легко затеряться и так просто приобщиться к запретным для «благополучных» детей «удовольствиям»: наркотикам, спиртному...

Нас привезли в самый обыкновенный, не показательный, государственный приют для детей и подростков Северо-Восточного административного округа (Отрадное). Сейчас здесь живут 138 детей. С ними занимаются психологи, дефектологи, педагоги. Контингент подопечных трудный: попадаются четырнадцатилетние подростки, никогда не ходившие в школу! Те, кто привык «на улице» принимать наркотики и нюхать клей, улетая в иную «реальность», в объективной реальности быстро деградируют, и подтянуть их до уровня нормального ребенка не всегда возможно.

У детей венерические заболевания, больные от постоянного недоедания желудки, энурез от спанья на каменном полу подземных переходов и вокзальных камер хранения.

Тем не менее приют старается дать этим несчастным все, что может. За год пребывания здесь беспризорники проходят порой программу двух классов, догоняя сверстников из обычных школ. С ними занимаются мастера по профориентации — учат поварскому, столярному делу, озеленению. Префектура выделяет воспитанникам приюта билеты в детские театры и на кремлевские елки, путевки в дома отдыха. И все время, пока ребенок находится здесь, продолжаются поиск родственников, устройство его дальнейшей судьбы: кому в детдом, кому в ПТУ, а кому и назад, домой. Но истории со счастливым концом — все-таки редкость.

— Семьдесят процентов наших детишек — сироты при живых родителях. Но мы стараемся не рвать их родственные связи, — рассказывала заведующая социально-правовым отделением приюта Л. А. Иванова. — Кто из родителей желает навестить детей, приглашаем в приют, но с одним условием — чтобы без запаха! А то бывают такие родственнички, что приходят с комфортом выпить в беседке, а от детей требуют вынести с кухни закусить.

Новшество нашего времени, которое не снилось и Макаренко: в приюте есть группы дневного пребывания. Туда родители сами отдают на воспитание «неуправляемых» детей. А некоторым маленьким москвичам, кроме приюта, и податься некуда, потому что старенькой бабушке-опекунше, например, срочно потребовалось лечь в больницу. По распоряжению мэра Москвы Ю. М. Лужкова к зданию приюта скоро будут надстраивать третий этаж. Хотя приюты есть во многих районах Москвы, в том числе и негосударственные, мест для беспризорников в столице уже не хватает. — Мы немного не подрасчитали эту ситуацию, — сказала журналистам первый заместитель мэра в правительстве Москвы Людмила Швецова. — В уже существующих приютах недостаточно мест, чтобы разместить беспризорников-мигрантов. Но мы принимаем меры.

В правительство России направлен проект распоряжения, которое предусматривает выделение из федерального бюджета 150 миллионов рублей на ремонт приютов и создание новых в дополнение к уже имеющимся.

Столица тратит 43 процента своего бюджета на социальную сферу, но и этих денег остро не хватает. Поэтому наиболее перспективным направлением работы в правительстве считают профилактику.

На реализацию городской программы профилактики беспризорности «Дети улицы» выделение средств в бюджете планируется отдельной строкой. По этой программе создано 83 муниципальных детских досуговых учреждения, а центр «Дети улиц» Комитета по делам семьи и молодежи организовал Московскую службу уличной социальной работы — для выявления с ними контакта и оказания помощи. Хорошо помогает Русская православная церковь: во многих приходах для беспризорников созданы свои приюты и детские дома. Л. И. Швецова шефствует над одним таким приютом, созданным в Коломенском женском монастыре, и восхищена результатом трудов монахинь: «Они просто выводят этих детей в люди!»

На поддержку московских семей рассчитаны такие меры, как бесплатное питание учащихся в первых—пятых классах, летний отдых школьников, доплаты многодетным и неполным семьям, именные стипендии нуждающимся студентам. Юрий Лужков горячо поддержал программу, нацеленную на повышение рождаемости: каждому новорожденному столица подарит полный комплект всех необходимых предметов — от коляски с кроваткой до соски. Для поддержки молодых семей также задумана система арендных домов, с малогабаритными дешевыми квартирами, но зато с оборудованными в нижних этажах прачечными, колясочными, спортзалами и кафе. В таком доме семья может арендовать квартиру, пока не встанет на ноги и не приобретет собственное жилье. Для этого есть специальная ссуда, которая частично гасится с рождением второго или третьего ребенка.

Низкая рождаемость — проблема Москвы. Впрочем, и у нас, в провинции, дела с этим обстоят не лучше. Людмила Швецова обмолвилась: она мечтает, чтобы в средней московской семье было трое детей! Конечно, для этого нужно еще очень многое сделать...

 

Интервью с А. Мазуром, заведующим подростковым отделением 6-ой психиатрической детской больницы, куда направляют задержанных беспризорников.

Труд, № 100. Ольга Нестерова. Статья. Неприкаянные.

С НАЧАЛА ГОДА В РОССИИ ЗАДЕРЖАНО ОКОЛО 300 ТЫСЯЧ БЕСПРИЗОРНИКОВ. И ПЕРВЫМ ДЕЛОМ ИХ НАПРАВЛЯЮТ... В БОЛЬНИЦЫ

Для малолетних бродяжек в Москве отведены три детские больницы: Морозовская, Тушинская и № 21. Прежде чем определить дальнейшую судьбу этих детей, в обязательном порядке обследуют их здоровье. Задача еще одной детской больницы - 6-й психиатрической - отфильтровать "своих", страдающих душевными заболеваниями. Пока среди беспризорников не обнаружено ни одного "профильного". Хотя психические отклонения встречаются.

Детская больница частично занимает бывшую Канатчикову дачу. Возле корпусов - площадки для игр и прогулок. Но окна - с решетками. Все двери - на запорах, врачи носят в кармане специальные четырехгранные ключи-отмычки. Закон о психиатрической помощи запрещает постороннему доступ к пациентам. Анатолий Григорьевич МАЗУР заведует подростковым отделением - беспризорники "проходят" через него. Тут и состоялся разговор с психиатром.

- Многие специалисты утверждают, что рост "социального сиротства" в последнее десятилетие "взорвал" детскую психиатрическую статистику. По некоторым данным, в России 4,5 процента детей страдают психическими расстройствами. Эта цифра выросла за последние годы?

- Практически нет. Среди детей статистика таких психических заболеваний, как шизофрения, эпилепсия, давно держится примерно на одном уровне. За 30 лет работы подростковым психиатром я видел 5 - 6 настоящих дромоманов (с клинической страстью к бродяжничеству) и пару клептоманов, которые не могли не красть. Эта болезнь - как огонь, который сжигает их изнутри. Вот сейчас у меня в отделении лежат двое: один утопил ребенка, другой убил бабушку. Они психически больны - получили от убийства удовольствие. Таких единицы.

А вот слабоумных детей стало намного больше, чем 15 лет назад. Это связано с несколькими причинами, но в первую очередь, по-моему, с алкоголизмом и наркоманией родителей.

- Клей "Момент" в ходу недавно, и поколение токсикоманов еще не успело дать потомство. Вас не пугает, какими могут быть их дети?

- Одно из последствий потребления клея "Момент" - импотенция. Может, и к лучшему. У токсикоманов развивается прогрессирующее слабоумие - очень быстро. У нас в отделении лежит мальчик, который стал слабоумным за полгода.

- Из-за клея?

- Это же химический растворитель жира. А мозг - жирорастворимая ткань. Конечно, чтобы растворить весь мозг, надо много клея. Но ребенку достаточно высокой концентрации паров, чтобы в мозге произошли необратимые изменения. Погибает оболочка нервной клетки, которая состоит из жировой ткани и воды. Нервные связи нарушаются - формируется слабоумие.

- Это необратимо?

- Когда к нам попадают первичные токсикоманы, мы можем их вернуть на исходный рубеж. Но всегда говорим родителям, если таковые имеются: в медицине нет препарата, приняв который, ваш ребенок никогда уже не потянется к клею, поэтому единственный способ спасти - это контролировать каждый его шаг. При повторной токсикомании результат от терапии нулевой. Но за беспризорниками-то следить некому, поэтому повальное потребление ими клея грозит катастрофой. Слабоумных еще прибавится...

- По данным Минздрава РФ, у нас и так почти две трети воспитанников интернатов и детдомов отстают в умственном развитии, имеют различные отклонения. В то же время независимые обследования показывают, что до 50 процентов якобы умственно отсталых детей не должны находиться в специализированных интернатах.

- Я считаю, что создание вспомогательных школ в стране было даже не ошибкой - преступлением. Ведь как формируется человеческая психика? Ребенок растет и подражает поведению окружающих: родителей, бабушек, детей. Реагирует на все, как они. Став постарше, реагирует уже индивидуально. Это общеизвестная схема развития ребенка. А чему научится умственно отсталый ребенок среди таких же умственно отсталых? Ничему. Вспомогательная школа - это тупик. В ней слабоумные дети растут злобными и агрессивными. Такова форма поведения в закрытом учреждении.

Когда-то я начинал работать на кафедре подростковой психиатрии. Мы ездили по стране, смотрели всех детей. Помню, попали в сельскую школу под Суздалем. За первой партой сидит добродушный детина - на три головы выше остальных детей. Побеседовали: типичный олигофрен. Добродушный, благожелательный. Летом, как рассказали учителя, он работал помощником тракториста, получал по 200 рублей. Нас тогда поразила эта сумма. Ставки младших научных сотрудников были значительно меньше. Мы спрашивали учителей: как он себя ведет, не представляет ли опасности для окружающих? "Господь с вами", - недоумевали учителя. Они ему ставили формально тройки, переводили из класса в класс. В этом я вижу глубокий гуманизм. И дети к нему нормально относились, никто не дразнил. Он не был в школе изгоем. Выросший в такой среде, он найдет себе подругу, и у них могут родиться здоровые дети. По крайней мере, такая вероятность у него выше, чем у детей из вспомогательных школ. Он ведь никогда не лечился психотропными препаратами...

- В прошлом году в милицию было доставлено 300 тысяч подростков до 14 лет. Из них, по данным Генпрокуратуры РФ, 295 тысяч на тот момент нигде не работали и не учились, 45 тысяч не имели даже начального образования.

- К сожалению, таких становится все больше. Но если ребенок никогда не учился в школе и не стремится к этому, это еще не значит, что он умственно отсталый.

Беспризорники к нам и раньше поступали, но зачастую они оказывались именно умственно отсталыми детьми, которые потерялись. Например, по Московской кольцевой автодороге в потоке машин ходила девочка. Мальчика из Коломны обнаружили на железнодорожных путях. Семилетнего "дауненка" мать бросила на Казанском вокзале. В таких случаях составляется акт о подкинутом ребенке. Заводится папка "Неизвестный". Со слов ребенка записывают фамилию, имя и отчество. Но многие не в состоянии ответить на эти вопросы или обманывают сознательно. Возраст определяет экспертиза по костному мозгу. Милиция тем временем разыскивает родителей. На это уходят месяцы, а то и год. Бывает, безрезультатно. Тогда со справкой из РОВД, что "родителей найти не удалось", представители больницы идут в загс за новым свидетельством о рождении. Одного подкидыша нашли в Жулебино - Жулебиным и записали. А потом объявились родители - пришлось аннулировать документ.

Но сегодня большинство беспризорников другие. Они, конечно, отстают в развитии - и физическом, и психическом, и интеллектуальном. Но это не слабоумные, а социально запущенные дети, которые выросли в ненормальных условиях. Нынешнее бродяжничество для них - способ адаптации к современным условиям. Они нашли свою социальную нишу. Нам кажется: это - дно, им - свобода. Спрашиваю одного: "Для чего сюда приехал?" "Посмотреть Москву". "Кремль видел?" "Нет". "А что видел?" "Курский вокзал".

- "Социально запущенный" - это тоже диагноз?

- Социальное сиротство - не что иное, как болезнь общества. В стране больше 700 тысяч сирот, брошенных родителями. А ребенок, который с младенчества не знал материнской ласки, нормального доброго отношения к себе, даже не представляет, что может быть по-другому. Он не знает о традициях и нормах поведения в обществе. Как бедуин из пустыни, он не ориентируется в тайге. Попробуйте дать ему лыжи - не будет знать, что с ними делать. Для таких детей обитание на Курском или Ярославском вокзале - и есть норма жизни. Им там хорошо, вот в чем беда. И когда "злые дяди" выдергивают их оттуда, пытаются отмыть и накормить, они этому яростно сопротивляются. И действительно не понимают, зачем, например, нужно часто мыться. Они лживы, потому что знают: взрослым надо врать, без этого не получишь на кусок хлеба. Один нам рассказывал: мать пьет, отец сидит в тюрьме. Выясняется, мама - учительница, папа - инженер. Узнав, что их сын - у нас в больнице, примчались из Коврова на машине...

А многие дети остаются невостребованными. У нас в отделении находится Роман. В прошлом году приехал в Москву из Нижнего Новгорода. В семье четверо детей, все - мальчики. Родители не работают, беспробудно пьют. Роман часто убегал из дома, неделями жил у друзей. Когда у матери случился очередной запой, сел в московский поезд. На Курском вокзале познакомился с компанией подростков, которые научили его нюхать клей. Занимается этим уже 2 месяца, бывают галлюцинации. В январе его задержала милиция и отправила в интернат. Там конфликтовал с детьми, особенно с одним мальчишкой, который отнимал у младших еду и избивал. Теперь Роман - у нас.

Конечно, они не наш "контингент", не душевнобольные, они - обделенные. Семьей и государством. Страна, где родители бросают детей на произвол судьбы, где матери-одиночке государство дает на содержание ребенка сто рублей, сама плодит беспризорников. Пытаться решить эту проблему за счет медицины или просвещения - бессмысленно. Мне не понятно, какую цель преследует нынешняя борьба с беспризорностью. Просто очистить улицы и вокзалы от бродяжек? Если так, то Дзержинский это делал лучше и проще. Вернуть детей в семьи, у кого они есть? Но они как раз из дома и бегут. Чтобы нынешние усилия по борьбе с беспризорностью не ушли в песок, нужно четко ставить цель: чего мы хотим добиться? А у меня ощущение, что борцы с беспризорностью сами не определились, чего хотят, потому и не знают, как это делать. А детей возвращать некуда.

- Что с ними будет дальше?

- Общество их не примет. Точнее - они вернутся в него уже через криминальную среду. Образования у них нет, следовательно, не будет и профессии. Они не хотят учиться и не представляют, что можно получать деньги работая, а не побираясь или воруя. Их и сейчас уже использует криминал. Среди моих пациентов-мальчишек есть "форточники". Они же физически недоразвитые: в 14 лет выглядят как десятилетние. В любую щель пролезут. Запускают такого через форточку, он открывает дверь или окно - а дальше дело взрослых. Эти мальчишки в воровском деле незаменимы. Одного малолетнего "спеца" даже пытались выкрасть из нашего отделения - так был ворам нужен. Это потерянные для общества дети.

- Но смириться с этим трудно. Должен быть какой-то выход?

- Нынешнее беспризорничество - от неустроенности, от отсутствия перспективы. Я много езжу по России - консультирую. В небольших городках, деревнях практически нет молодежи, потому что нет перспективы. Часто бываю в Зубцове - есть такой городок на Волге. Настоящая российская глубинка. Когда-то там танки выпускали. Зимой подъезжаем к местному магазину - стоит мальчонка лет 5 - 6. Настоящий русачок - голубоглазый, льняные волосики. Говорит: "Дядя, дай денег, я хочу купить хлеба". В Москве я настороженно отношусь к попрошайкам. А этому ребенку нельзя не верить. Зашли в магазин, купили сардельки, шоколадки. Как он ел - это надо было видеть. "Я тут всегда стою", - сказал на прощанье.

А городок замечательный, красивейший. Но тут нет ни работы, ни денег. Мой друг - человек верующий - переехал сюда с семьей из Москвы. Стал церковным старостой. На летние каникулы берет из детдома по восемь детей. Прокормить - не проблема: у них большое хозяйство. Детей не делят на своих и чужих. Петр - глава семьи - суров: за дело может и выдрать. У всех детей есть занятие. За стол сядут - прямо патриархальная семья. Может, тут спасение от беспризорности? Не знаю. Сегодня Москва привлекает беспризорников возможностью без особого труда заработать деньги, прокормиться. Но это же не выход. Люди должны жить везде - не только в Москве, которая превращается в город-монстр. Если малые городки и деревни не будут развиваться самостоятельно, то жизнь в России остановится, померкнет.

 

Сегодня боевые действия с беспризорниками ведет милиция. Но люди в погонах сражаются не с явлением, а с детьми. Московский комсомолец, № 127.

Светлана Метелева. Статья. Ну и пес с ними.

 — Как его зовут?

 — Пса-то? Крутой.

 Серьезный мальчуган лет десяти сидит в переходе метро “Комсомольская”. На коленях — черный с белой отметиной на лбу щенок. Грязные пальцы теребят кулек с мелочью: “выручка” небольшая, от силы рублей десять.

 — А ты сам откуда? — спрашиваю я, в общем уже зная ответ.

 — Местные мы, — рядом возникает еще один пацан. — Вокзальные. А вы журналистка, да? Что-то давно вы не приходили. Хотите покажу, где мы спим?

 ...Почти полгода назад президент объявил войну с беспризорностью. Сначала “фронтовые сводки” шли регулярно: депутаты “поднимали вопрос”, правительство отчитывалось о проделанной работе, телеканалы подробно рассказывали, сколько клея требуется беспризорнику для кайфа. На некоторое время маленькие попрошайки исчезли с улиц, а власти удовлетворенно это отметили. Сегодня боевые действия ведет милиция. Но люди в погонах сражаются не с явлением, а с детьми.

 Опасливо повторяя “вы милиции не скажете?”, Санька и Валерка ведут меня к своей “точке”. Мальчишки до смешного похожи: одного роста, возраста, в одинаковых обносках. Валерка разговаривает охотно, Санька больше молчит, оживляясь, только когда речь заходит о собаках.

 — У нас их двое, — говорит он, показывая на щенка. — Второй такой же точно, кличка Толстый. Их кто-то выбросил, а мы нашли.

 — Ага, — добавляет Валерка. — Они такие же, как мы. Никому не нужные.

 Около моста — самый обычный киоск. Проем между торговой точкой и мостом забит досками. Валерка забирается на них и зовет:

 — Мишка! Вставай! К нам пришли.

 Рядом, в опоре моста, по которому ходят поезда, ниша. В ней сидят еще двое: парень лет четырнадцати и девочка помладше. Это Лешка и Юлька. Из “спальни” вылезает заспанный пацан. Вся компания в сборе.

 На трех вокзалах эти ребята живут уже три года. Мишка и Валерка — интернатские, у Сани и Юли есть семья, но они не хотят туда возвращаться. Лешка на вопрос о родителях отвечает с горькой иронией: ну есть мать...

 Ему хочется казаться лидером. Он то и дело задирает младших, матерится и пытается хамить. Но ему противостоит серьезное “лобби” в лице Саньки и Валерки. Когда тепло, они спят здесь, за киоском. В холодные ночи уходят в “горелку” — полусгоревший дом на Каланчевке. Иногда забираются в брошенные машины. Днем побираются на вокзалах и в переходах. Бомжи и взрослые попрошайки их не обижают, от обычного вокзального бизнеса — воровства и проституции — ребята держатся подальше. Нюхают клей.

 — Зачем? — спрашиваю.

 — Чтобы согреться. Ночью холодно очень.

 В будние дни недалеко отсюда, в Бауманском саду, раздают бесплатные обеды. Своих кормильцев пацаны знают и любят.

 — Тетя Марина кормит, еще Ханна, она из Германии, — перечисляет Санька.

 — А еще Намрут, — добавляет Валерка. — Он черный негр.

 После начала кампании по борьбе с беспризорностью их жизнь и вправду изменилась. Теперь они гораздо чаще катаются на милицейских машинах и сдают анализы. Круговорот детей в Москве борцам с беспризорностью удалось отладить до мелочей. Стражи порядка отвозят ребят в одну из детских больниц, там их обследуют, моют и отправляют в приют, откуда они бегут. Как только я спрашиваю о милицейских мероприятиях, галдеть начинают все сразу.

 — Облавы постоянно!

 — В Морозовской больнице, в 26-м отделении, охраннику, если что не понравится — ну как говоришь или как ведешь себя, — он заставляет отжиматься до изнеможения, — жалуется Саня. — Скажешь, чтоб отстал, — бьет сразу. А еще могут оставить без обеда.

 — Менты шмонают с ног до головы, — добавляет Мишка. — Раздевают на холоде до трусов, в носки залазят.

 — А если с клеем ловят, то надевают кулек прямо на голову, — подхватывает Валерка. — Вот, смотрите, — он наклоняет голову и показывает слипшийся на затылке ежик волос. — Я чуть не задохнулся, думал — помру.

 Я глажу его по голове: действительно клей.

 И — как итог разговора — политический протест вокзальных детей:

 — Это Путин виноват! — кричат они мне. — Это он велел, чтобы беспризорников не было!

 На прощание я отдаю Валерке пачку своих сигарет. Радостный, демонстрируя добычу остальным, он убегает, но уже через несколько секунд возвращается и, отдышавшись, говорит:

 — Теть Свет, возьмите две сигареты на дорожку, а то у вас ведь ничего не осталось...

 ...На следующий день Валерка остался один. Остальных забрал милицейский патруль. Что стало с Крутым и Толстым, Валерка не знает.

 

Совместные рейды учителей и участковых выявили в Москве 545 детей, которые вообще не посещают школу. Эта цифра прозвучала на заседании правительства города, посвященном подготовке к новому учебному году. Игорь Сергеев. Статья. Готовь школу летом. Московский комсомолец, № 127.

Совместные рейды учителей и участковых выявили в Москве 545 детей, которые вообще не посещают школу. Эта цифра прозвучала на заседании правительства города, посвященном подготовке к новому учебному году. Председатель Комитета образования Москвы Любовь Кезина попросила городских депутатов срочно принять закон об обязательности обучения детей в школе. Без него учителя не смогут заставить непутевых родителей отвечать за то, чтобы ребята сидели на уроках, а не болтались по чердакам и подвалам.

По словам Любови Кезиной, следующий учебный год начнется в школах не с традиционного урока мира, а с занятия, посвященного символике России и Москвы. Детям расскажут о российском и московском гербе, флаге и гимне. Первые уроки вместе с учителями проведут, как ожидается, депутаты и члены столичного правительства, в том числе мэр Юрий Лужков.

К сентябрю в Москве будет построено 12 новых школ на 9200 мест и 4 пристройки для начальных классов на 1140 мест. Это несколько меньше, чем возводилось в предыдущие годы, зато сразу 19 средних учебных заведений откроется после капитального ремонта. Все школы получат мебель, спортивный инвентарь, учебное оборудование и компьютеры на 1,26 миллиарда рублей.

Учить и воспитывать московских ребят будут 138 тысяч педагогов. Осенью их ряды пополнят, как ожидается, более 960 молодых учителей (826 — из Московского городского педуниверситета). В то же время на пенсию или на другое место работы перейдет почти тысяча учителей. Образовавшиеся вакансии закроют за счет старшекурсников педвузов и перераспределения учебной нагрузки. В московских школах по-прежнему больше всего не хватает учителей английского языка, истории и физкультуры.

В новом учебном году повезет московским кадетам, особо одаренным и проблемным детям. Кадеты получат три образовательных учреждения — в дополнение к пяти имеющимся. Для детей с девиантным поведением построят сразу четыре школы. Пока такое учебное заведение есть только в САО, но к 2003 году они будут в каждом административном округе — так обозначено в столичной программе по борьбе с детской безнадзорностью и беспризорностью. Для особо одаренных детей планируется открыть специальную городскую школу-интернат. В то же время в Москве еще мало школ домашнего обучения. Потребность же в них большая. Они нужны ребятам, которые по причине болезни или инвалидности не могут посещать обычные школы и обучаются на дому.

Не хватает и школьных автобусов. Некоторые школы месяцами стоят в очереди, чтобы организованно выехать в театр, музей или на экскурсию. К 50 машинам, полученным Комитетом образования в этом году, Любовь Кезина попросила добавить еще столько же. Не мешало бы, по ее мнению, подкинуть и денег на культурные мероприятия для школьников. В 2002 году на эти цели из столичного бюджета было выделено 12 миллионов рублей. Сумма, казалось бы, внушительная. Но на каждого ученика в год приходится примерно по 12 рублей! На эти деньги можно разве что один раз в музей сходить.

 

О семейном детском доме, который создали москвичи, супруги Е. Калмыкова и Г. Корнилин. Независимая газета, № 115. Алла Тучкова. Статья. Можно ли перевоспитать детдомовских детей.

Наследственность порой оказывается сильнее всех педагогических приемов

 Семейный детский дом, который создали Елена Калмыкова и ее муж Геннадий Корнилин, находится в одном из спальных районов Москвы. У Елены и Геннадия семеро своих детей - старшему сыну 23 года, а младшей дочери недавно исполнился год. Кроме них, сейчас с Еленой и Геннадием живут семеро воспитанников, несколько воспитанников уже отделились.

Семья занимает весь 12-й этаж многоэтажного дома. Попасть в квартиру не так-то просто. Корреспондент "НГ" предприняла несколько попыток, но ни одна из них не увенчалась успехом. Один лифт вообще не ехал на 12-й этаж, другой же доехал и остановился перед железной дверью, а подъездной лестницы не было. Потом уже 14-летний воспитанник Паша объяснил, что на железных дверях есть звонки, просто их не видно. А чтобы один из лифтов доехал до 12-го этажа, надо набрать какую-то комбинацию цифр.

Жизнь в квартире кипит. Паша собирается на вокзал, чтобы передать какие-то вещи для знакомых в Петергоф, Наташа и Владислав пекут на кухне рогалики. 22-летняя Лиля, пришедшая в гости с девятимесячным сыном Серафимом, общается с подружками. То тут, то там мелькает родной сын Елены и Геннадия Матфей.

"Дети к нам по-разному попадали, - рассказывает Елена Калмыкова. - Но мы сами не выбирали их. Нам говорили: "Вот этому ребенку нужна семья", и мы брали его. У нас много больных детей. Когда мы их брали, мы ничего не знали об их диагнозах. Вот, например, Лариса. Мы ее взяли 12 лет назад, отдали в нормальную школу, но она там не успевала. Когда ее обследовали, то поставили диагноз "олигофрения в стадии дебильности". А еще когда мы ее привезли домой, моя мама - детская медсестра - посмотрела на нее и говорит: "Да ты что? У нее дебильность на лице написана". Лариса окончила вспомогательную школу, швейное училище, а сейчас работает в детском саду нянечкой - она мечтала работать с детьми с 8-го класса. Заведующая ее очень хвалит, и домашняя хозяйка она превосходнейшая. Да вы посмотрите, что из нее через 12 лет получилось!"

И действительно, если бы Елена не рассказала о том, что девушке был поставлен такой диагноз, я бы ни за что не догадалась. У Ларисы очень хорошо поставленная речь. "В семь лет я сюда попала, - говорит она. - По дому я не тосковала, но мамой и папой, конечно, не сразу начала их называть. Хороших воспоминаний о том, как жила до этого, у меня не осталось. Бабушку я помню очень хорошо - как мы с ней в магазин ходили, в каком она магазине работала. А мама? Помнить я ее, конечно, помню, но хорошего я от нее ничего не видела. Когда я недавно туда приехала паспорт получать - я ее не узнала. Она выглядит намного старше своих лет".

Вместе с Ларисой в семейный детский дом взяли Владислава. Ему сейчас 19-й год. Он заканчивает лицей и собирается поступать в институт, чтобы изучать технологию хлебопекарного производства. "Он до 5-го класса был отличником, - рассказывает Елена Калмыкова. - А потом какое-то время гулял очень сильно. Благодаря ему много детей у нас погуляло... Они уходили и возвращались, только когда милиция их выловит - недели через две. Вадим лежал в больнице раза два, где ему поставили диагноз "синдром бродяжничества" - у его матери такой же диагноз. Как это было? Вот он провинился в школе, а завуч говорит: "Я позвоню родителям". И он, вместо того чтобы бежать к родителям и сказать: "У меня такая-то проблема", бежал от нас. Когда он потом возвращался, говорил: "Я боялся, что меня накажут". Конечно, было такое, что наказывали, но это уже когда он 10-й или 15-й раз воровал. Сначала были беседы бесконечные, предупреждения, а потом уже брали ремень. Физического наказания дети практически не получали, но зато один-два раза помнят долго. Сейчас гуляние прекратилось, а воровство... Владик понимает теперь, что это очень плохо, очень стыдно, но бороться с этим все же тяжело. Причем у него не бесцельное воровство, как при клептомании, а с целью - что-то купить вкусное, поесть..."

На вопрос о наследственности Елена отвечает: "У них у всех плохая наследственность, и она очень сильно влияет. Вот наш старший сын отучился на автослесаря, в армии - на повара, но не может работать ни по той, ни по другой специальности, потому что там надо воровать, а он не может. Недоложить чего-то в суп - это для него трагедия. Наши дети нормально общаются с приемными - у них есть общие дела и общие игры, но разговаривать им интереснее со своими, потому что у приемных какие-то другие интересы - поесть послаще, поспать побольше, одеться понаряднее. Трудно их исправлять, но все же они исправляются".

То, что дети в этой семье не предоставлены сами себе, видно сразу. В одной из комнат установлены спортивные снаряды. В другой стоят музыкальные инструменты и музыкальный центр. Стены и даже окно здесь завешаны коврами. В этой комнате дети поют под караоке и слушают классическую музыку - правда, под нее они, говорят, очень быстро засыпают. Елена показывает фотографии: они с детьми в походе, в деревне, у здания консерватории. Несколько детей, включая и своих, учатся в балетной школе. А раньше многие занимались музыкой, но бросили.

Детей здесь, несмотря на не всегда лестные характеристики, любят. Да и сами дети производят довольно приятное впечатление. Со своими настоящими родителями сейчас никто из них не общается - к некоторым пару раз приезжали матери, но затем исчезли.

Лиля, которая работает в налоговой полиции и учится в институте на заочном, рассказывает: "Меня взяли сюда, когда мне было 11 лет, из интерната вместе с несколькими ребятами. Сказали: "Поживите летом, а если не понравится, осенью можете уехать". Я посмотрела, вроде все нормально, никто не хочет уезжать - и сама осталась. Тем более я боялась в интернат возвращаться - там разврат кругом. А потом сестру мою из другого интерната забрали. Мать нас навещала, а один раз она приехала - я болела, Таня же как-то с ней особенно не общалась, она ее боялась почему-то. В результате она обиделась и уехала"...

Психологи говорят, что ребенку лучше воспитываться в семейном детском доме, чем в обычном. Но сейчас их очень мало. "Количество семейных детских домов сокращается, - говорит директор программы "Семейный детский дом" Российского детского фонда Любовь Крыжановская. - Сейчас их осталось 300. Некоторые прекращают свое существование потому, что вырастают дети, а новых не берут - здоровье у приемных родителей уже не то. У нас человек десять мужчин умерли, несколько мамочек умерли. Всем им было где-то от 45 до 55 лет. Не выдерживают. Очень это тяжело - отвечать каждый день за детей, а сколько препон, сколько неприятностей со стороны иных чиновников..."

 

В 2001 году в России более 100 тысяч детей стали жертвами жестокого обращения и насилия. АСИ, 13 июня 2002 г. Информ. сообщ.

МОСКВА, 13 июня. За прошлый год в России более 100 тыс. детей и подростков в России стали жертвами жестокого обращения и насилия, из них около 4 тыс. погибли и более 5 тыс. получили тяжкие телесные повреждения. Эти данные были представлены на круглом столе "Объединение усилий специалистов, органов местной власти и общественности для защиты детей от жестокого обращения и насилия". В нем приняли участие представители министерств образования и здравоохранения, Комитета социальной защиты Москвы и общественных организаций. На круглом столе был представлен новый совместный проект Центра психолого-медико-социального сопровождения "Озон" и благотворительного фонда "Защита детей от насилия", который реализуется при финансовой поддержке Правительства Великобритании. Он должен способствовать распространению опыта работы центров для детей, пострадавших от жестокого обращения. Центр "Озон" издал сборник документов по организации и деятельности центров реабилитации для пострадавших детей. Он состоит из 12 разделов, в которых последовательно изложены кадровые, правовые и организационные аспекты деятельности подобных центров. По словам заместителя директора центра Валентины Дерябиной, сборник будет распространяться в образовательных и медицинских структурах, общественных организациях и в органах власти.

 

Свобода слова и информации

 

Главный редактор "Новой газеты" Дмитрий Муратов сообщил, что 7 июня редакцию газеты посетил судебный пристав, который возбудил исполнительное производство в отношении издания и постановил "произвести опись имущества и наложить на него арест".

СМИ.Ру, 7 июня 2002 г. Статья. "Новая газета" не доживет до понедельника?

Главный редактор "Новой газеты" Дмитрий Муратов сообщил, что в пятницу редакцию газеты посетил судебный пристав, который возбудил исполнительное производство в отношении издания и постановил "произвести опись имущества и наложить на него арест", передает «Интерфакс».

Главный редактор сказал, что судебный пристав явился в газету, не дожидаясь отпущенного законодательством срока на добровольное удовлетворение требований. В связи с окончанием рабочего дня со службой приставов агентству связаться не удалось. Однако никаких действий по немедленному наложению ареста на имущество газеты произведено не было. Более того, по словам главного редактора газеты, несмотря на действия судебных приставов, подписная кампания на "Новую газету" продолжается.

Комментарий: Предыстория здесь такова. В феврале 2002 года Басманный суд Москвы удовлетворил два иска к газете - на сумму 30 млн. рублей и 15 млн. рублей. Первый иск на 30 млн. рублей поступил от председателя Краснодарского краевого суда. Он опроверг информацию газеты о том, что его коллеги ездят на машинах и "носят атрибутику на руках, которые никак не соответствуют уровню зарплаты краевого судьи".

Второй иск на 15 млн. рублей "Новая газета" получила за статью о "Межпромбанке", в которой, по словам Муратова, "приводилось множество примеров деятельности банка, которая представляется нам отчасти сомнительной". Иск был подан по поводу информации о том, что "некий сотрудник ЦРУ сказал, что "Межпромбанк" был задействован каким-то образом в скандале об отмывании денег через "Bank of New York".

"Новая газета" подала жалобу в порядке надзора прокурору Москвы с ходатайством о приостановлении исполнения. Кроме того, редакция подала заявление в Мосгорпрокуратуру о возбуждении против "Межпромбанка" уголовного дела по факту мошенничества, жертвами которого стали и сама газета, и суды, умышленно вводимые в заблуждение.

Муратов заявил, что действия судебных приставов "являются продолжением судебного давления на "Новую газету" и инициированы антигероями журналистских расследований". Главный редактор полагает, что "тем самым исполняется политический заказ на устранение неугодного издания".

Некоторые успевшие прореагировать на ивент сетевые издания, особо чувствительные к подобной проблематике, высказывают похожие мнения и намекают на некие загадочные политобстоятельства. "Сногсшибательная сумма штрафа означает, по сути, смертный приговор: у газеты таких денег нет и не появится", - драматизирует Полит.ру. Издание многозначительно напоминает, что "Новая газета" принадлежит Борису Березовскому, мол, "ууу… все понятно". Полит.ру также указывает прецеденты. Ведь недавно некий предприниматель купил "Общую газету", принадлежавшую Владимиру Гусинскому, и после этого заявил, что, вероятно, сменит ее название.

Для пущего страху можно было бы еще припомнить, что и "Межпромбанк" возглавляет Сергей Пугачев, которого СМИ упорно называют "близким к Кремлю олигархом". Но чего стоят все эти конспирологические расклады, станет, видимо, ясно в ближайшее время. Конечно, если исходить из отчати параноидальных установок, можно также обратить внимание на время визита, выбранное приставом - конец недели, вечер пятницы, так что даже газеты, выходящие по субботам, вряд ли успеют отписаться на эту животрепещущую тему. Ужас, ужас... Так что в понедельник все и прояснится, возможно. Ну а уж Борис Абрамович в любом случае не преминет разразиться гневной филиппикой.

Лента.Ру, 7 июня 2002 г.

Статья. Судебные приставы арестовывают имущество "Новой газеты".

Судебный пристав возбудил исполнительное производство и постановил произвести опись имущества "Новой газеты" и наложить на него арест, сообщается на сайте газеты.

В феврале этого года Басманный суд Москвы вынес решение о взыскании с "Новой газеты" 15 миллионов рублей в пользу "Межпромбанка", который, по мнению издания, причастен к отмыванию денег. Газета подала жалобу жалоба в порядке надзора прокурору Москвы с ходатайством о приостановлении исполнения. Кроме того, «Новая газета» подала заявление в Мосгорпрокуратуру о возбуждении против «Межпромбанка» уголовного дела по факту мошенничества, жертвами которого стали и сама газета, и суды, умышленно вводимые в заблуждение. Но, как утверждает газета, все документы странным образом исчезли.

Пристав принял решение об аресте имущества газеты, не дожидаясь отпущенного законодательством срока на добровольное удовлетворение требований истца, пишет сайт издания.

Действия приставов являются продолжением судебного давления на "Новую газету" и инициированы антигероями журналистских расследований, считает газета. Журналисты заявляют, что тем самым исполняется политический заказ на устранение неугодного издания, сообщается на сайте газеты.

В статье о "Межпромбанке", по словам главного редактора "Новой газеты" Дмитрия Муратова, "приводилось множество примеров деятельности банка, которая представляется нам отчасти сомнительной". Иск был подан по поводу информации о том, что "некий сотрудник ЦРУ сказал, что "Межпромбанк" был задействован каким-то образом в скандале об отмывании денег через "Bank of New York", пишет сайт NTVRU.Com.

Помимо этого иска Басманный суд столицы удовлетворил иск на 30 миллионов рублей, поданный против "Новой газеты" председателем Краснодарского краевого суда, сообщает NTVRU.Com. Председатель опроверг информацию газеты о том, что его коллеги ездят на машинах и "носят атрибутику на руках, которая никак не соответствуют уровню зарплаты краевого судьи".

АСИ, 11 июня 2002 г.

Статья. По мнению Алексея Симонова, за попыткой закрытия "Новой газеты" стоит политический заказ.

МОСКВА, 11 июня. Ситуация вокруг "Новой газеты", куда в пятницу, 7 июня 2002 года, явился судебный пристав для описи имущества, продолжает оставаться неясной. Ситуация начала обостряться в феврале 2002 года, когда Басманный суд г. Москвы вынес решение о взыскании с "Новой газеты" 15 млн рублей в пользу Межпромбанка, который, по мнению газеты, причастен к отмыванию денег. Журналистское расследование, как пишет "Новая газета", показало, что никакого ущерба для банка не было, так как деньги из банка после опубликования статьи отозвала фирма, учрежденная самим банком, и сразу перевела их в тот же Межпромбанк. По факту мошенничества банка газета потребовала в прокуратуре Москвы возбуждения уголовного дела. По пути из суда в прокуратуру дело, по словам "Новой газеты", потерялось - до прокуратуры не дошло, в суд не вернулось. 7 июня в "Новую газету" явился судебный пристав, возбудил исполнительное производство и постановил произвести опись имущества газеты.

Алексей Симонов, президент Фонда защиты гласности, полагает, что сегодня "Новая газета" стала объектом повышенного внимания власти, как раньше НТВ или ТВ-6. "Происходящее - это, безусловно, выполнение политического заказа, - говорит А.Симонов, - наглое и, я бы сказал, демонстративное. Даже не касаясь формально-юридической стороны дела, присужденная к взысканию сумма свидетельствует о намерении газету закрыть. Чтобы разобраться в этой ситуации, не нужно особой политической воли, необходимо реальное правосудие в пределах документов, которые уже существуют и представлены вниманию юстиции". Алексей Симонов допускает, что Мосгорсуд прохладно относится к "Новой газете", особенно после публикации о суде и о его председателе Егорове. "О том, откуда именно поступил заказ на устранение "Новой газеты", учитывая ее острый характер, судить трудно, - полагает Симонов. - У газеты много недоброжелателей, включая и Министерство обороны, и Прокуратуру. Но в том, что этот заказ поступил - в этом нет никакого сомнения".

По мнению сотрудников газеты, сейчас ситуация несколько разрядилась, но решающих событий следует ожидать в четверг, 13 июня. Пока же идёт подготовка к выпуску очередного номера, который должен выйти в понедельник.

 

Основные социальные и трудовые права

 

Московские "яблочники" мобилизуют земляков на борьбу с реформой жилищно-коммунального хозяйства. Время новостей, № 103

Олег Волков. Статья. Квартплатный вопрос портит москвичей.

Попытки оспорить у жителей Воронежа право называться антикоммунальной столицей России не прекращают московские "яблочники". Вчера в одном из спальных районов города зампредседателя московской организации партии "Яблоко" Андрей Бабушкин попытался мобилизовать земляков на борьбу с реформой жилищно-коммунального хозяйства. Митинг, правда, получился немногочисленным -- возмущаться по поводу роста цен на квартплату и прослушать обличающие мэрию речи пришло не более сотни человек. Хотя весьма вероятно, что пассивность москвичей объясняется не только их безразличием к росту аппетитов ЖЭКов и ДЕЗов. Надо признать, что время для акции протеста было выбрано не самое удачное -- события выходных надолго отбили у москвичей охоту к массовым мероприятиям.

Тем не менее г-ну Бабушкину удалось продемонстрировать идеологам реформы ЖКХ из федерального и московского правительств, что даже в достаточно обеспеченной столице имеются недовольные планами форсированного перехода на 100-процентную оплату услуг ЖКХ. Напомним, что недавно председатель Госстроя Анвар Шамузафаров заявил, что региональные власти и население с пониманием относятся к этой инициативе коммунальщиков. Московские же "яблочники", как пояснил корреспонденту газеты "Время новостей" один из организаторов митинга Александр Чадов, считают, что федеральные власти нарушают данное Германом Грефом на правительственном часе в Госдуме 18 апреля обещание не спешить с переходом к полной оплате коммунальных услуг. И что мэрия столицы увеличивает тарифы предприятий ЖКХ с нарушением законодательства, поскольку последнее распоряжение мэра было опубликовано лишь через 10 дней после того, как москвичи получили новые счета за квартплату, в то время как закон требует вводить новые тарифы не ранее чем через две недели после обнародования соответствующих документов. Именно поэтому всем желающим на митинге раздавались образцы исков в суд о возврате незаконно начисленных платежей. Правда, о выигранных процессах организаторы акции протеста скромно умалчивали.

 

По данным общероссийской Лиги защитников пациентов, жалобы на неправильный уход и причиненный вред здоровью в результате родов занимают второе место по числу обращений.

Московский комсомолец, № 127. Екатерина Пичугина. Статья. Город уродов.

 

 “ВОПРОС: Мне все время кажется, что я умру во время родов. Велики ли шансы?

 ОТВЕТ: Давно прошли те времена, когда женщины рисковали жизнью ради родов. Сейчас при беременности умирает лишь 1 из 10 000 женщин. В основном это те, кто рожает вообще без врачебной помощи, в сараях. Так что у тебя больше шансов пройти через роды, чем доехать живой до ближайшего магазина на автомобиле”.

 Отрывок из книги “В ожидании ребенка” американских авторов.

 Женщины, о которых идет речь в этой статье, не подозревали, на что идут, решившись родить ребенка. Конечно, они не питали иллюзий насчет нашей медицины и не ждали трепетного отношения со стороны врачей. Но все-таки надеялись, что люди в белых халатах, дававшие когда-то клятву Гиппократа, не оставят их умирать без присмотра. Они не выучили простого правила: если врач идет пить чай, нельзя отвлекать его из-за каких-то там схваток. И даже если ты пострадаешь по его вине, эскулап — существо неприкосновенное, не поддающееся земному суду.

По данным общероссийской Лиги защитников пациентов, жалобы на неправильный уход и причиненный вред здоровью в результате родов занимают второе место по числу обращений. Удивительно, но факт: в продвинутых Москве и Подмосковье ситуация ничуть не лучше, чем в российской глубинке.

Проклятый роддом

 Рекордсменом по случаям родов с летальными исходами в столице можно смело назвать 17-й роддом на улице 800-летия Москвы. Остается только удивляться, как это заведение может удерживать позиции одного из самых престижных роддомов в Белокаменной (в интернетовском рейтинге он находится в первой десятке!). Многочисленные отзывы пациентов свидетельствуют: здешние эскулапы предпочитают не дожидаться естественного разрешения. Многим пациенткам начинают стимуляцию родовой деятельности буквально сразу после начала отхода вод. Понять врачей можно: кому ж охота возиться с роженицами в обеденное время, в выходные или праздники? Однако очень часто такая спешка заканчивается трагически. В 2001 году в результате родов в 17-м роддоме умерли 4 женщины (такого не было ни в одном другом роддоме, всего же за этот год в московских роддомах скончались в результате родов 34 женщины). Валентина С. (имя изменено) могла стать пятой — теперь врачи говорят, что она спаслась чудом. Ребенка спасти не удалось...

 ...У 25-летней журналистки Вали первая и долгожданная беременность протекала без осложнений, да что там — была просто идеальной, даже токсикоз не мучил. “Это время было самым счастливым в моей жизни, я как на крыльях летала, — говорит Валентина. — Все анализы хорошие были, я питалась только полезными продуктами, не пила, не курила, думала лишь о ребенке. О побочных явлениях только в книжках читала. Каждый раз во время ультразвука из врачей душу вынимала — все ли в порядке, все ли пальчики на месте?” Сделанное за день до родов (26 декабря) УЗИ подтверждало — все в полном порядке...

 27 декабря (точно в срок, как поставили в консультации) в 8 утра начали отходить воды. “Мама, рожаю!” — закричала Валя. Быстро собрались и поехали в 17-й роддом, где обо всем договорились с акушеркой, которая обещала чуткое обращение за умеренную (300 долларов) плату. После всех необходимых процедур лечащий врач Нина Чантурия определила роженицу в родовую палату. Там неопытной женщине популярно объяснили: раз воды начали отходить, надо (чем скорее, тем лучше) ложиться под капельницу. Акушерка рассказала потом Валентине, что ей прокапывали энзапрост — препарат для стимуляции родов. “Как я потом уже узнала, стимулировали роды там всем без разбору — другим девочкам кололи синестрол. Причем мужей заставляли покупать его в аптеках — лекарство оказалось дефицитом, в аптеках говорили, что его давно сняли с производства”.

 СПРАВКА “МК”: Как утверждает Валентина, история ее родов переписывалась 7 раз. В конечном итоге в качестве показаний для стимуляции врачи называют слишком сильные схватки и то, что отошли воды (!). В то же время, как говорит пациентка, никаких схваток у нее не было, а воды чуть-чуть подкапывали.

 Энзапрост — стимулятор родовой деятельности. Применяется в связи с внутриутробной смертью плода в поздние сроки беременности, преждевременным отхождением вод, первичной родовой слабостью, при искусственно вызванных родах (Регистр лекарственных средств России).

 Синестрол — синтетический аналог одного женского полового гормона. Увы, ни в одном справочнике лекарственных средств, использующихся в России, такого препарата нет. Это значит только одно — синестрол действительно снят с производства.

...Препарат подействовал моментально: начались сильные схватки, в течение первого часа — через каждые 15 минут, потом — через каждые пять. Врач Чантурия подбадривала: тужься, ты плохо тужишься! “Сколько энзапроста в меня вкачали, сказать сложно — банки меняли постоянно. От этого лекарства меня рвало желчью, началось дикое расстройство желудка, но капельницу не снимали. Схватки с каждым разом усиливались, шейка матки раскрывалась в каком-то сумасшедшем темпе — за 4 часа на 8 см, в течение двух часов — это была настоящая пытка — схватывало через каждую минуту! Потом я прочитала в справочнике, что первые роды длятся не меньше 15 часов, а схватки через каждую минуту бывают перед самым разрешением. И длятся не дольше 15 минут”.

 Валю попросили перелечь на родовой стол, но ребенок все не выходил. Врачи позвали на помощь какого-то мужчину в белом халате: “Надави ей на живот, а то будет тут рожать до утра!” Он надавил так, что Валю перекосило от боли. Ребенок не вышел — буквально вылетел, едва успели поймать. И... гробовая тишина. Чантурия громко объявила: “Тройное обвитие!” и начала руками откачивать младенца. “Что вы делаете?! — в ужасе закричала Валя. — Позовите реаниматолога!” Реаниматолог появился минут через пятнадцать, но почти сразу же ушел. Последнее, что помнила Валентина, — акушерка перерезала ей пуповину. Очнулась она через три недели в реанимации Боткинской...

“Если б была справедливость, он бы давно сгорел...”

 ...Сразу после родов в роддом позвонила взволнованная мама Вали: “Ну, как там?” Акушерка бодро ответила: “Не волнуйтесь, с ребеночком все в порядке, приходите завтра!” И положила трубку. Обрадованная мама позвонила мужу, друзьям. Но, когда те приехали в роддом, пустить их наотрез отказались. Тогда мама что-то заподозрила и буквально силой прорвалась в родильное отделение. На этаже ее встретил главврач роддома Сидоров со словами: ребенок умер, у роженицы кровотечение.

 “Срочно приезжай, Валя умирает!” — сразу же позвонила подруга роженицы своему родственнику, хирургу одной городской больницы. Но местные врачи советовали не поднимать паники: “Не надо, справимся сами”. Хирург приехал, однако в больницу его долго не пускали. Ему разрешили оперировать знакомую, лишь когда у той открылось повторное кровотечение. К тому времени Вале успели удалить матку. Со слов Валентины С., Сидоров потом долго упрашивал пришлого хирурга не оставлять об операции никаких записей в журнале...

 Через четыре дня Валю отправили в Боткинскую. Пришлось делать трахеостомию — 3 недели женщина прожила на искусственном дыхании, вся в капельницах и дренажах. От катетера на шее теперь остался безобразный шрам. Но это пустяки по сравнению с тем, что ей пришлось пережить. Она училась ходить заново, содержание гемоглобина в крови было почти никаким... Надо отдать должное врачам 17-го роддома: все это время г-н Сидоров не забывал о пациентке, присылал сумки с лекарствами, ежедневно посылал своего зама колоть Вале уколы, даже выставил индивидуальный пост охраны! И умолял Валину маму не предавать дело огласке и не обращаться в суд...

 Согласно выписке из Боткинской больницы, через 15 минут после родов врачи 17-го роддома пытались отделить плаценту вручную. В результате началось кровотечение. Чтобы его остановить, удалили матку. Общая кровопотеря составила 3,5 литра. Итог, который подвели специалисты Боткинской больницы: необходимы три пластические операции, нарушен гормональный фон (некоторые врачи теперь советуют Вале пересесть на пожизненное употребление гормонов, иначе через несколько лет от нее останется одна тень), если угаснет функция яичников, то не удастся даже экстракорпоральное оплодотворение. В 26 лет у Валентины начался ранний климакс, приливы.

 — Я не знаю, что было с ребенком, но даже если он умер в утробе, я уверена — это от того, что мне стимулировали роды. Все то время, пока я была под капельницей, я слышала, как бьется его сердце. За время беременности я 6 раз делала УЗИ — у ребенка не было ни одного отклонения от нормы. Но в патолого-анатомическом заключении я с удивлением прочла, что в моем малыше не было почти ни одного нормального органа — и гепатит, и хламидиоз, и почки не работали, и мозг не в порядке, и сердце! Мой мальчик весил 3850 — знакомый патологоанатом сказал мне, что с таким весом дети, как правило, рождаются здоровыми.

 Любопытный факт. Экспертизу трупов всех новорожденных из 17-го роддома делает один и тот же эксперт Морозовской больницы — Миронюк О.В. Валентина С. ознакомилась с патолого-анатомическим заключением на ребенка скончавшейся при родах в 17-м роддоме Ани Ефремовой: документы были написаны как под копирку... Но докопаться до правды так и не удалось: люди в белых халатах свято хранят врачебную тайну.

 Напомним, что сделанное за день до родов УЗИ показывало, что никаких патологий у ребенка нет. Анализы матери тоже были в полном порядке (то есть ни хламидиоза, ни гепатита у нее не было), стало быть, и у ребенка все должно было быть в порядке. Обвития пуповины тоже не было — может быть, несчастный малыш, подгоняемый стимуляторами, колотился в утробе как бешеный? Это, конечно, всего лишь наше предположение...

 — Я иногда просыпаюсь и думаю: со мной это было или нет? В справедливость уже не верю, если б она была, этот роддом давно бы сгорел...

 Но роддом №17 не сгорел. Все врачи работают на своих местах.

 ...16 ноября 2001 года в 17-м роддоме после вторых родов умерла 28-летняя Аня Ефремова, умерла и ее новорожденная дочка. Весной этого же года скончалась роженица Капитанова. 23-летняя роженица Воробьева скончалась в декабре уже в Боткинской больнице, куда ее направили с улицы 800-летия Москвы. Осенью скончалась платная клиентка Ершова, заплатившая за роды врачу Белоглазовой. Родители и муж Ани Ефремовой подали жалобу на роддом в прокуратуру, однако в прокуратуре Северо-Восточного округа сочли, что оснований для возбуждения уголовного дела нет. Очень странно, но прокурор СВАО — друг главврача 17-го роддома. И еще. У врачей Белоглазовой и Чантурия собственных детей нет...

 От “МК”. Случаем Валентины заинтересовалась общероссийская Лига защитников пациентов и предложила ей свою помощь.

100 часов борьбы за жизнь

 У Валентины и 22-летней Юли Чистопрудовой, потерявшей два года назад ребенка, общее горе. И, несмотря на то, что ситуация совершенно противоположная (Юля потеряла ребенка потому, что ей начали стимуляцию родов лишь через 100 часов (!) после отхождения околоплодных вод), создается впечатление, что обе женщины пострадали из-за преступной халатности врачей.

 ...Юля вышла замуж за военного, на ее долю выпали частые переезды. Два года назад, когда Юля была на сносях, они жили в Балабанове. Но рожать женщина решила в Серпухове, где жили ее родители: договорились, что сразу после родов дочка приедет к ним.

 Всю беременность Юля чувствовала себя прекрасно, ни о каких патологиях или осложнениях в ее карте не упоминается. 10 декабря начали отходить воды — в двенадцать ночи взбудораженный муж отыскал машину и повез жену в Серпухов. Из-за плохой проселочной дороги в Серпуховский роддом они попали лишь к 4 часам утра. Роженицу встретила акушерка и определила ее в предродовую палату. И пообещала — если схваток не будет, скоро поставим капельницу. Дежурный врач Иващенко появился в палате лишь в 8 утра, перед окончанием смены, однако осматривать пациентку он не стал, передал ее врачу Пойманову. Когда в палате появился Пойманов, воды отходить уже перестали. Но помощи роженице так никто и не оказывал. На следующей день Чистопрудову передали врачу Малюковой, та перевела ее в послеродовое (!) отделение. И за весь день к ней ни разу не подошла.

 — Было очень странно — мне не делали анализов, уколов, как будто меня не было. Я не выдержала и попросила позвать главврача. “Зачем я здесь лежу? — спросила. — Переведите меня в патологию”. Но та сказала, что причин класть меня в патологию нет — все нормально, и температура, и давление...

 Утром 13 декабря роженице наконец решили колоть стимулятор для начала схваток. По этому поводу в 4 часа дня ее перевели в предродовое отделение. Но... у Малюковой кончилась смена, та торопилась домой и “разраживать” Чистопрудову не стала — попросила подождать до утра (!). “Что ж это творится! — не выдержала вечером акушерка. — У тебя уж воды сто лет как отошли, а они не мычат, не телятся! Вот был бы здесь хороший врач Толмасов, он бы такого безобразия не допустил!”

 ...Родители Юли выдернули из отпуска “хорошего врача” Толмасова. 14 декабря, на пятый день после отхождения вод (!), он приехал, осмотрел Юлю, попросил родителей срочно купить энзапрост и окситоцин (препараты для сокращения матки) и вечером наконец поставил капельницу.

 Через некоторое время женщина почувствовала себя нехорошо — вроде как температура поднялась. Потом начался жар. Только после того, как Юля попросила градусник, ей померили температуру: 38. Потом 38,5, потом 39... Только в этот день врачи первый раз вкололи Юле антибиотик. Как потом станет известно, к этому времени у ребенка уже начался сепсис.

 СПРАВКА “МК”: В зависимости от ситуации специалисты прибегают к стимуляции родов или кесареву сечению максимум через 12 часов после отхождения околоплодных вод, но уже через 4 часа должны начать антибактериальную терапию с применением антибиотиков. Именно в это время сильно возрастает риск внутриутробного заражения плода (как правило, внутриутробной пневмонии) и воспаления матки у роженицы.

 

 ...К вечеру 15 декабря, измученная капельницами, которые вызывали рвоту и резкую боль в животе, Юля родила. Ребенок был жив (!), но не закричал.

 — Вместо того чтобы оказать ему первую помощь, малыша положили на весы! Он родился с внутриутробной пневмонией, лежал в инкубаторе, но врачи говорили: состояние нормальное, просто он нервничает и не может спать. И надо найти лекарство, которого у них нет (вечером выяснилось, что оно все же было на складе). Но после этого лекарства ребенку почему-то стало хуже...

 СПРАВКА “МК”: Только потом Юля узнала, что врачи дали ребенку сильный антибиотик, токсичный для почек, гентамицин. Его вводили в течение трех суток в дозе, превышающей в 13,5 (!) раза предельно допустимую для новорожденных. “Такое катастрофическое превышение дозы, скорее всего, и повлекло за собой смерть ребенка”, — говорит руководитель управления медицинской экспертизы одной из страховых компаний Москвы, доктор медицинских наук профессор Алексей Старченко.

 ...17 декабря ребенку впервые (и только после уговоров Юлиных родителей!) сделали ультразвук, который показал отеки головного мозга. В это время у младенца начались остановки сердца (кстати, за все эти дни врачи прослушивали его сердцебиение лишь однажды — когда Юля была еще под капельницей). 18 декабря ребенок умер.

 Комментарий профессора Старченко: “Чистопрудова поступила в роддом на сроке 39 недель с диагнозом “высокий надрыв плодного пузыря и отхождение околоплодных вод”. Если б такой разрыв был, к примеру, в 33 недели, ничего страшного могло и не быть Однако на столь позднем сроке необходимо было немедленно активизировать родовую деятельность, максимум после 12 часов “безводного периода”. В данном случае он составил около 100 часов. Кроме того, Чистопрудовой лишь на четвертые сутки дали антибиотики, хотя делать это нужно было через 4 часа после отхода вод. Есть еще масса других нарушений. Так, пациентку не осмотрели при поступлении, что зафиксировано в приказе по роддому. В течение всего периода ее осматривала только акушерка, пациентка просила посмотреть ее и заведующую, но ей было отказано. Женщину заставляли покупать препараты, отнесенные Минздравом к жизненно необходимым, к тем, что должны предоставляться бесплатно. За весь предродовый период в истории родов ни разу не было зафиксировано нарушений со стороны плода. Создается впечатление, что все это время ребенок активно и, судя по записям в истории родов, успешно боролся с бездействием врачей”.

Врачи ни в чем не виноваты

 ...Вот уже два года Юля, ее муж и родители пытаются привлечь к ответственности людей в белых халатах. Жалоба Чистопрудовых путешествует из прокуратуры в прокуратуру. И отовсюду возвращается со штампом “состава преступления нет”. Теперь жалоба на действия Серпуховской прокуратуры в нарушение всех законов передана на рассмотрение в... Серпуховскую прокуратуру. Одна из местных следователей прокуратуры в устной беседе мягко намекнула Юлиному адвокату: “Все мы здесь живем, все лечимся, все рожаем...” Врачей не дают в обиду ни прокуроры, ни коллеги, делающие “независимые экспертизы”.

 — В Московском областном Минздраве помощь признали “качественной”, а многочисленные нарушения закона — “недочетами”. “Отсутствие контроля за родами”, это, оказывается, “упущение”! Хотя в данном случае при оказании помощи отмечено нарушение 14 актов Минздрава и обычно применяемых требований в акушерстве и гинекологии, изложенных в 16 справочниках, руководствах и монографиях по акушерству и гинекологии, — говорит Старченко. — Что такое эти “недочеты” и “упущения” с юридической точки зрения? По мнению Юлиных адвокатов, их следует квалифицировать как состав преступления, предусмотренного статьей 109, часть 2 УК, — причинение смерти по неосторожности. На днях мы обратились в Генпрокуратуру.

 — По словам врачей, которых за 100 часов сменилось несколько, получается, что никто из них не знал, сколько времени я лежала без вод, — говорит Юля.

 Невероятно, но это — главный аргумент, который приводят врачи в свое оправдание. “Ошибка врачей в том, что они не видели, как отходили воды”, — сказал Юле один именитый медэксперт. Можно подумать, что никто из врачей не догадался заглянуть в журнал регистрации пациентов или просто спросить у роженицы, сколько она здесь лежит! Врачи вообще всему находят простое и логичное объяснение. Несмотря на то что сделанный в 31 неделю УЗИ не выявил у беременной никакой патологии, сейчас эскулапы заявляют, что ее тогда просто не заметили. Патология называлась “синдромом задержки развития плода”. Но если этот синдром действительно был, почему тогда врачи не предпринимали никаких действий и не поставили в известность беременную?

 Словом, оправдание можно найти всему. В крайнем случае его можно придумать.

 Из заключения Серпуховской городской прокуратуры от 20.07.2001:

 “Действия врачей, которые не могли предотвратить смерть ребенка, попадают под дисциплинарные проступки и в соответствии с этим врачам за просчеты при оказании медицинской помощи были вынесены строгие дисциплинарные взыскания”.

 Виновных в произошедшем врачей действительно строго наказали. Им объявили выговор. Некоторым — даже строгий.

А судьи кто?

 ...Возможно, добиться другого приговора для врачей удастся семье Б.-Г. Роженицу Б.-Г. 31 августа 1999 года бросили с отошедшими водами врачи 15-го московского роддома. Хватило 12 часов, чтобы у ребенка развились внутриутробное заражение, сепсис, менинговый энцефалит, гидроцефалия. Ребенок остался жив, но шансов на нормальную жизнь, увы, не имеет. Адвокаты из Лиги защитников пациентов пытаются возбудить уголовное дело по статьям УК 118, ч. 2 (“причинение тяжкого вреда при оказании медпомощи по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения своих обязанностей”, до 4 лет или до 2 лет без права в течение 3 лет работать по специальности), 238, ч. 2 (“оказание медицинских услуг, не отвечающих требованиям безопасности”, до 3 лет или до 6 лет с конфискацией). Лефортовская межрайонная прокуратура уже отказала пострадавшим в возбуждении уголовного дела. Высокая комиссия Комитета здравоохранения сочла, что никакой взаимосвязи с болезнями ребенка и “акушерской тактикой в 15-м роддоме” нет. И даже вынесла заключение, что внутриутробное заражение произошло задолго до родов, на ранних сроках беременности. Несмотря на то, что анализы подтверждают обратное. Впрочем, юристы не сдаются: уже готова жалоба на уровне обвинительного заключения для городской прокуратуры.

 — Посадить врача — это фантастика. Люди в белых халатах — священные коровы, которых постоянно амнистируют. Даже возбудить уголовное дело против врача в нашей стране архисложно, — говорит президент Лиги защитников пациентов Александр Саверский. — Недавно к нам обратились родственники скончавшейся при родах женщины (умерла и она, и ребенок). Врачи не заметили внутреннего кровотечения, у матери потом обнаружили полтора литра крови в брюшине. Но доказать их халатность практически невозможно — по нашему закону родственники даже не имеют права доступа в медучреждения, пользуясь чем, врачи могут отказывать в предоставлении информации.

 Как ни крути, а правда всегда на стороне врачей. Им всегда удается выйти из любой переделки в стерильно белых халатах. Ведь они ни при чем — все беды с пациентами случаются исключительно по вине пациентов. И спасение пациентов — тоже дело рук самих пациентов...

Почему женщины умирают во время родов, можно ли снизить количество смертей и что для этого надо делать? Мы попросили ответить на эти вопросы академика Андрея Ивановича Воробьева, директора Центра гематологии РАМН. Юлия Калинина. Статья. Мнение эксперта. Московский комсомолец, № 127.

Добиться того, чтоб не умирали женщины, не умирали дети? Во-первых, не надо так ставить вопрос, смерть входит в естественные условия существования человека. Это звучит ужасно, а... вот как хотите. Будут умирать. И женщины, и дети, рожденные с дефектами. Природа не может без дефектов, не получается...

 Раньше была колоссальная детская смертность, это отражало существующий в природе естественный отбор. Но мы живем в другое время, жизнь человека улучшилась, врачи научились вмешиваться и спасать таких детей и рожениц, которые в естественных условиях неминуемо погибли бы.

 Чаще всего роженицы умирают от кровотечений. К этому приводят различные заболевания беременных, а также ошибки врачей, неправильная тактика ведения родов. Дело в том, что во время родов на систему свертываемости крови ложится колоссальная нагрузка. Кровь не должна свертываться в плаценте, иначе плод погибнет. Но как только он родился, кровь, наоборот, должна сразу свернуться. У некоторых женщин это не вполне сбалансированно, и если в роды женщина идет с неправильным свертыванием, во время родов она может дать тяжелую кровопотерю.

 У нас есть “скорая помощь” в институте, которая оказывает содействие в борьбе с тяжелыми кровопотерями. Львиную долю — 90 процентов — ее работы составляют роженицы. В результате многолетней работы мы пришли к выводу, за которым стоит серьезная наука: восполнить систему свертывания можно только переливанием свежезамороженной плазмы. А вот цельную кровь переливать нельзя — это, наоборот, приведет к тяжелому кровотечению. Цельная кровь бывает только в кровеносных сосудах живого человека; как только ее вылили, она грубо (хотя и невидимо) меняется и становится опасной.

По этому поводу было опубликовано две статьи в “Медицинской газете”, написана специальная инструкция, замминистра Ольга Шарапова ее “протащила” через все бюрократические препоны, и благодаря ей эта инструкция теперь есть в каждом роддоме. Были проведены специальные серии лекций практически во всех областных городах страны, и в результате всех усилий нам удалось снизить смертность родильниц почти вдвое по стране.

Теперь о том, как можно снизить смертность рожениц. Прежде всего нужно восстановить разрушенное советское здравоохранение в его профилактической составляющей. Женщины не должны ходить с токсикозом беременности, патронаж должен их выявлять. То, что мы потеряли нормальное наблюдение за женщинами, — это преступление.

Второе: маленькие роддома не должны существовать отдельно, они должны быть подключены к крупным стационарам. Когда маленький роддом сталкивается с кровопотерей, ему нужно помочь — ведь у него ничего нет для успешной борьбы. Нет аппарата измерения свертывамости крови, негде заготавливать и хранить плазму. А, скажем, для нашего Центра борьба с кровотечением — арифметическая задача, мы это делаем каждый день.

 Третье: если у женщины наблюдается неблагополучие во время беременности, нужно заготавливать ее собственную плазму и хранить на случай неприятностей. Мы это делаем несколько лет, это идеальный вариант. Перелили ее собственную плазму во время родов или кесарева, и никаких кровопотерь не будет.

 И последнее: никакой теплой крови не переливать! Выкинуть всю теплую кровь и цельную кровь из роддомов. Есть инструкция Минздрава, в которой черным по белому написано: показаний к переливанию цельной крови — нет. Ее приходится переливать, когда нет плазмы свежезамороженной и нет эритроцитной массы. Но для родильного дома такого “нет” в наше время быть не может. Основная причина гибели родильниц от кровотечений в родах состоит в переливании цельной крови.

Разное

 

Вчера прокуратура подмосковного Красногорска возбудила уголовное дело по факту погрома на Пенягинском кладбище. Там было разрушено и осквернено более 140 могил немецких солдат.

Статья. Пленные немцы и в могиле не обрели покоя. Коммерсант, № 98, 8 июня 2002 г.

Вчера прокуратура подмосковного Красногорска возбудила уголовное дело по факту погрома на Пенягинском кладбище. Там было разрушено и осквернено более 140 могил немецких солдат.

Пенягинское кладбище расположено на границе подмосковного города Красногорска и столичного микрорайона Митино. На нем похоронено около 200 немецких солдат и офицеров. Попав в плен, они строили Красногорск и Москву и умирали от болезней и ран. Умерших немцев похоронили на центральной аллее кладбища. Там прошлой ночью и бесчинствовали вандалы. Следы погрома обнаружили вчера утром сотрудники одной из немецких благотворительных организаций, которые ухаживают за солдатскими могилами. По словам милиционеров, побывавших на месте происшествия, на кладбище орудовали десятка два вандалов. Для разрушения памятников и надгробий они использовали кувалды и ломы. По фактам вандализма и надругательства над местами захоронений прокуратура возбудила уголовное дело. Раскрыть преступление будет довольно сложно. Это кладбище и раньше подвергалось нападениям вандалов, например, они неоднократно пытались похитить массивный латунный крест, установленный в месте захоронения немцев, однако не смогли его демонтировать. Злоумышленников тогда так и не поймали.

Вчера посольство Германии обратилось в МИД России с заявлением, в котором говорится о необходимости тщательного расследования погрома. «Этот инцидент является тем более прискорбным и вызывающим сожаление, поскольку среди российского населения преобладает человечное и уважительное отношение к могилам германских солдат»,— говорится в обращении.