ПРАВА ЧЕЛОВЕКА В МОСКОВСКОМ РЕГИОНЕ

Обзор публикаций СМИ и материалов НПО

за 15-19 декабря 2003 г.

(Использованы материалы РОО "Правозащитная информация")

Правоохранительные органы, суды и пенитенциарная система

Мосгордума намерена обратится в Госдуму с инициативой принять закон, регламентирующий порядок применения домашнего ареста.

Московский комсомолец, № 274. Екатерина Пичугина. Статья. Твой дом - тюрьма.

Москвичей посадят под домашний арест

Вор должен сидеть в тюрьме. А почему не дома?

Оказывается, для этого можно создать все условия, причем не нужно приковывать преступника наручниками к батарее. Достаточно прикрепить к двери квартиры хитрый прибор, который будет следить за тем, чтобы заключенный не сделал ноги. Чудо-систему презентовали депутатам Мосгордумы. От сумы да от тюрьмы, как говорится, не зарекаются. Вот депутаты и заинтересовались.

Новый УПК разрешил заключать в родных стенах подозреваемых или обвиняемых. Правда, пока никто этой нормой не воспользовался.

Умные головы придумали систему, позволяющую следить за заключенными в квартирах и домах. Это что-то вроде “жучков”, которые вешаются на двери и окна и подают сигнал, если заключенный надумал бежать. Если производство этого оборудования удастся поставить на поток, можно будет разгрузить СИЗО: сейчас в Москве они наполнены на 103% при норме в 98%. Кроме того, домашнее заключение гуманно для инвалидов, беременных и несовершеннолетних.

Но далеко не каждый инвалид сможет позволить себе арест в собственной квартире. Сами “жучки” стоят тысячу долларов, столько же — залог (вдруг заключенный что поломает), обслуживание оборудования — $100 ежемесячно. А все расходы по электронному наблюдению возложат на самого заключенного.

— В этих суммах нет ничего страшного: сейчас заключенные под стражу могут освободиться под более внушительный залог, — считает спикер Мосгордумы Владимир Платонов.

Есть, конечно, много нерешенных вопросов. Например, как быть с положенной по закону часовой прогулкой? Или где взять денег на широкомасштабное освоение КИТМ? А для наблюдения за каждым запертым дома подозреваемым понадобится не менее четырех охранников. Словом, пока Ходорковский и Березовский (в случае чего) могут рассчитывать только на обычные нары.

Одно утешение: как сказал “МК” г-н Платонов, Мосгордума обратится в Госдуму с инициативой принять закон, регламентирующий порядок применения домашнего ареста. Может, тогда найдутся и бюджетные деньги.

15 декабря Московский окружной суд приступил к рассмотрению по существу уголовного дела в отношении экс-полковника ФСБ, адвоката М. Трепашкина, обвиняемого в разглашении государственной тайны.

ИА “ПРИМА” (web-сайт), 15 декабря. Информ. сообщ. Начался суд над Михаилом Трепашкиным.

РОССИЯ. Москва. Сегодня в 11 часов утра в Московском окружном военном суде начался судебный процесс по делу Михаила Трепашкина, обвиняемого в разглашении государственной тайны. Бывший подполковник ФСБ Михаил Трепашкин свою вину категорически отрицает. Он неоднократно заявлял, что дело сфальсифицировано и политически мотивировано.

Михаил Трепашкин — член Общественной комиссии по расследованию взрывов в Москве в 1999 году. Он работал в органах госбезопасности с 1984 по 1996 год, неоднократно выступал с разоблачениями ФСБ в криминальной деятельности. Он, в частности, принимал участие в известной пресс-конференции, на которой вместе с несколькими другими сотрудниками спецслужб рассказал о разработанных в ФСБ планах убийства Бориса Березовского и Умара Джабраилова. До последнего времени Трепашкин работал адвокатом.

Суд проходит при закрытых дверях, ни прессу, ни друзей Трепашкина в зал суда не пропускают. Как заявила перед началом процесса адвокат Трепашкина Марина Юлина, подсудимому не дали полностью ознакомится с делом. Более того, во время ознакомления с делом в помещении военного суда Михаилу Трепашкину одну руку приковывали наручниками, вследствие чего он не мог нормально работать — делать выписки, листать тома дела и т.д.

Адвокаты Трепашкина намерены заявить ряд ходатайств, в том числе, о необходимости полностью ознакомится с делом и о приобщении к делу документов в интересах защиты подсудимого.

Предполагается, что судебный процесс продлится несколько дней.

Информ. сообщ. Задержаны участники пикета перед зданием Московского военного суда.

РОССИЯ. Москва. Около здания Московского окружного военного суда, где сегодня начался суд над Михаилом Трепашкиным, задержаны трое участников пикета, проводивших мирную акцию в его защиту. Задержанные доставлены в ОВД “Арбатское”. Их обвиняют в проведении несанкционированного властями пикета.

Евгений Фрумкин, Людмила Евстифеева и Борис Стомахин пытались развернуть плакат в защиту Михаила Трепашкина и раздавать листовки перед зданием суда. Сотрудники милиции силой прервали акцию пикетчиков. Участники пикета ссылались на свое, предусмотренное статьей 31 Конституции России, право “собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование”. Сотрудники милиции ссылались на законы г. Москвы, предусматривающие необходимость получить разрешение местных властей на проведение подобных акций.

Независимая газета, № 270. Иван Сас, Андрей Скробот. Статья. Уберите ваше мнение.

С разгона пикета началось вчера заседание Московского окружного военного суда, который приступил к рассмотрению по существу дела бывшего офицера ФСБ, ныне адвоката Михаила Трепашкина, обвиняемого в разглашении секретных сведений, злоупотреблении служебными полномочиями и незаконном хранении оружия.

К 11 часам на Арбате у здания суда собрались активисты общественного комитета по защите Михаила Трепашкина. "Их было человек семь, от силы десять, - рассказал корреспонденту "НГ" член совета правозащитного общества "Мемориал" Валентин Гефтер. - Стояли у здания, никому не мешая. Но как только стали доставать небольшие плакатики, тут же получили по рукам". Стражи порядка мотивировали свои действия тем, что пикет не был санкционирован московскими властями. По словам Валентина Гефтера, пикетчиков задержали и увезли в отделение милиции "Арбат". Однако дежурный по ОВД "Арбат" эту информацию не подтвердил, заявив корреспонденту "НГ", что "никаких задержанных в отделении нет". "Возможно, уже отвезли в суд для наложения административного наказания, а могли, конечно, и отпустить, - считает Гефтер. - Ясно одно - в деле Трепашкина, как говорится, нашла коса на камень. Я не понимаю, почему человек, который решил, никому не мешая, никого не оскорбляя, выразить свое мнение, повесив плакатик на грудь, должен получать разрешение. Демонстрации, митинги, шествия - да, это массовые мероприятия. А пикет - это точечная акция". По словам нашего собеседника, сейчас в Госдуме находится законопроект о массовых мероприятиях, в котором заложена все та же уведомительно-разрешительная практика по отношению ко всем формам изъявления мнений граждан. Валентин Гефтер считает, что нужно воспользоваться возможностью и отменить, как он выразился, "неконституционные правила", касающиеся пикетов.

Как бы там ни было, но вчерашнее происшествие на Арбате нисколько не помешало отправлению судопроизводства в военном суде - заседание проходило в закрытом режиме.

О произволе в правоохранительных органах Москвы.

Литературная газета, № 50-51. Виктор Широков. Статья. Как мне показали кузькину мать.

Опросы свидетельствуют: россияне не доверяют милиции. Боятся ее. А сообщения о новых “оборотнях в погонах”, выявленных теперь уже и в самом Министерстве внутренних дел, только подтверждают истину: это важнейшее право- охранительное ведомство ждет коренных перемен. Без них любые попытки очистить милицию от “оборотней” наивны – неустраненные причины породят те же следствия, то есть новых “оборотней”. Потому что власть, не ограниченная законом, неизбежно становится произволом, порождающим чувство тотальной незащищенности. Об этом – материалы нашей новой страницы “Власть и право”. 

Как-то на днях посмотрел давний фильм “Петровка, 38”. Там, как говорится, все путем: и менты правильные, и бандиты однозначные. Но сегодня “по жизни” все иначе: бандитов еще поискать надо, а бандиты-милиционеры просто кишат. Лично я готов свидетельствовать перед любым судом, что ментов надо обходить за версту. Почему? Вот только один эпизод.  

В тот вечер вышел я вместе с генеральным директором издательства “Культура” из их служебного помещения. Были мы оба совершенно трезвые. Расставшись с ним у метро “Таганская”, я задержался у книжных лотков. А как только решил нырнуть в метро, был остановлен весьма парадоксальной парочкой. Один был повыше, другой пониже. Один небрит и заметно поддат, другой трезв, но похож на азиата. Небритый и высокий махнул красной книжицей и потребовал документы. Низкорослый почему-то настороженно держал руки в карманах. При резких движениях я заметил у небрито-поддатого пистолет, небрежно засунутый за пояс брюк, выглянувший из-под свитера.

Я показал удостоверение члена Союза журналистов с солидной надписью “Пресса”. Никакого эффекта! Хриплым матерком откомментировав мой документ, поддатый потребовал паспорт.

И сегодня не знаю, чего им было надо: то ли денег на дальнейшую поддачу, то ли просто не понравилось, что я не падаю на колени, не лижу им башмаки, не реву в три ручья, прося отпустить, а разговариваю без тени испуга. А чего мне, собственно, бояться? Документы в полном порядке, поводов для задержания никаких.

Чего-то я не уяснил. Денег не дал. И вдобавок осмелился констатировать, что мой собеседник перешел черту. На что небрито-поддатый завопил: “А хочешь, я покажу тебе кузькину мать?!” Он вызвал милицейский “козел” с патрулем, и пошло-поехало. Меня доставили в отделение со зловещим номером “37” и оставили на попечение дежурного. Я потом слонялся часа три почти на свободе (но паспорт-то был у дежурного, поди уйди).

За эти три часа я узнал, что задержавший меня Никифор Владимирович Кожемяка пришел в отделение после милицейской средней школы всего-то месяц, но быстро вошел во вкус… Дежурный задал мне всего два вопроса: не пил ли я? И не мочился ли на стену станции орденоносного столичного метрополитена? Ответ на первый вопрос почти не требовался – состояние было налицо, а по второму я ответил отрицательно, что соответствовало действительности… За эти три часа (и последующие еще восемнадцать-девятнадцать) я нагляделся, как вымогают деньги у задержанных. Никто не стесняется! Попавших в застенок потрошат, аки суповых кур. Штраф берется в размере всей имеющейся наличности и без всяких квитанций.

Кожемяка объявился часа через три еще более поддатый и злой. Не добыл денег к продолжению шабаша?.. Меня он уволок на третий этаж вместе с вещами (кейс и сумка с книгами). Час или два этот законник (кстати, сменивший свитер на чистую белую рубашку) задавал мне глупейшие вопросы ни о чем (например, что я делал шесть месяцев назад в какой-то день – попробуйте сами вспомнить!). Заполнил с моих слов какое-то объяснение, которое я не подписал, ибо там был бред как по существу, так и бред грамматический, ибо Кожемяка с русским был явно не в ладах…

Интересно, что в кабинет постоянно вбегали поддатые юноши с пистолетами, которые они с шиком носили засунутыми за брючный ремень. Они что-то спрашивали, бегло посматривая на меня. До многих, видно, дошло, что задержали ПИСАТЕЛЯ и чуть ли не еврея. Очки, картавинка, признаюсь, могли дать основание, но ведь они даже документам не верили. Мои три с половиной высших образования их вообще доконали. Как потом оказалось, ни у кого, даже у замначальника отделения (по его словам) не было даже одного высшего образования.

Потом вдвоем с таким же пропахшим алкоголем типом законник снимал у меня отпечатки пальцев. Краска была плохой, не липучей. Отпечатки ставились в дактилоскопические карты не в те места, но я уже молчал, ибо хотел быстрее отделаться от процедуры.

Затем меня заволокли в начальственный кабинет, где уже сразу три оперативника беседовали со мной совершенно хамским образом. Закончилась беседа следующим пассажем:

– А вы не против, если мы вас у себя ночевать оставим? Скажем, до десяти утра? Не против, говорите? Да нам на ваше мнение, собственно, наплевать и растереть… А вы нас не пугайте, у нас везде все схвачено. Хрена добьетесь вашей вонючей интеллигентской справедливости. У нас она своя.

Меня спустили в арестантское помещение, на первый этаж. Ничего особенного. “Обезьянник” – это железные клетки с топчанами внутри. Впрочем, клетки были уже набиты задержанными. Мне предложили на выбор устраиваться где угодно. (Менты пожалели “писателя”, попавшего по собственной дури впросак, дали пустую бутылку – запастись водой, дали старую майорскую шинель – подстелить или укрыть, а главное – разрешили сделать телефонный звонок домой, который меня, по сути, и спас.) Жена хотела сразу же приехать в отделение, но я заявил, что декабристки тут не требуются, что я трезв как стеклышко и завтра прибуду, что собираюсь писать повесть и материала выше крыши и так далее. 

Ночь прошла – как отдельная жизнь, о которой, собственно, моя повесть, вышедшая, к сожалению, мизерным тиражом – “Гордиев узел”.

Утром сдавшие смену менты, переодевшись в штатское, немедленно злоупотребили водярой и потом бродили сомнамбулически по коридорам. Кожемяка явился в одиннадцать утра. Попытался вырвать у меня подпись на каком-то бланке допроса свидетеля, но я опять заартачился. Когда же мне было указано, что это моя обязанность по Конституции и я затребовал оную, дабы удостовериться, то бедный лейтенантик с воплем вылетел из кабинета, и еще долго слышалось: “Да где я ему ее возьму!..” (Имелась в виду Конституция в печатном виде.)

Затем я был отпущен без извинений и объяснений. Я таки пытался узнать, а чего от меня хотели? На основании чего задержали? Ответа не дождался. Внизу получил паспорт. Выйдя на улицу, увидел вчерашнего азиатского крепыша. Спросил у него, как пройти к метро. Тот, явно узнав меня, лениво указал дорогу. Пистолет у него по-прежнему торчал за брючным ремнем.

Честно говоря, ехал я домой с желанием разделаться с этими мерзавцами, отнявшими у меня почти сутки ЖИЗНИ. Но, посоветовавшись с друзьями, понял, что толку не будет. И написал об этом повесть.

А примерно через год-полтора прочитал в одной московской газете очерк все о том же Кожемяке, который, оказывается, подбросил патроны некоему несчастному, и тот уже полгода или год из-за этого чалится в тюрьме. 

А вы удивляетесь, откуда у нас “оборотни” на Петровке. А они везде, как “носороги” Ионеско. Они вырастают из таких вот “кожемяк”. Особенно когда мы не сопротивляемся.

Интервью с известным адвокатом Л. Прошкиным о том, что происходит с правоохранительными органами, об “оборотнях в погонах”

Литературная газета, № 50-51. Игорь Гамаюнов. Статья. Смерть на допросе.

Кто остановит беззакония законников? 

К рассказанному писателем Виктором Широковым необходимо добавить вопросы: почему то, что с ним случилось, учащается именно к концу года? Не потому ли, что милиция на основании липовых протоколов готовит итоговую отчетность об успехах “по наведению порядка”? И, готовя ее, лихорадочно “улучшает” свое материальное положение? Что в результате порождает возникающие сейчас по всей России уголовные дела “оборотней в погонах”… Да и только ли в милиции здесь дело – а прокуратура так ли уж тщательно надзирает за законностью в работе милиции? Если судить по результатам известной проверки Мосгорпрокуратуры, проведенной Генеральной прокуратурой, то из рук вон плохо. Потому что выяснилось: в органах внутренних дел Москвы сложилась система массового сокрытия преступлений от учета… Что же, в конце концов, происходит с нашими правоохранительными органами, призванными защищать нас с вами от преступности и произвола?

На все эти вопросы согласился ответить известный юрист, адвокат Леонид Прошкин, государственный советник юстиции 3-го класса, много лет проработавший следователем по особо важным делам в Прокуратуре СССР и ушедший в отставку с поста заместителя начальника Управления по расследованию особо важных дел.

– Мне стыдно и жалко смотреть на свою родную прокуратуру, да и на милицию, с которой я бок о бок работал почти всю жизнь, – сказал Леонид Георгиевич. – Конечно, и раньше, при советской власти, были фальсификации и взяточничество. Но если бы нынешние стражи порядка только фальсифицировали отчетные данные и обирали беззащитных граждан. Они же еще НЕ регистрируют преступления, укрывая их. Случается, что даже по очевидным убийствам НЕ ведут расследование. Зато регулярно промышляют у метро, штрафуя старушек, продающих цветы и сигареты.

Есть одно довольно распространенное объяснение такой ситуации: работа в милиции плохо оплачивается, поэтому ее работники заняты так называемым самообеспечением.

– Да вы посмотрите, на каких BMV и “Мерседесах” ездят на работу эти “низкооплачиваемые”! Они уже давно оттеснили бандюганов от “крышевания” предпринимателей, давно обеспечили себе материальное благополучие за счет негласной охраны их бизнеса. Иной раз зайдешь к милицейскому следователю, молодому лейтенантику, а у него на столе два навороченных мобильника, и он по ним без конца говорит, денег не считая. И говорит-то все про дела, связанные с бизнесом своих подопечных, а не по уголовным делам. Такие следователи не хотят, а иногда уже и не могут заниматься своим непосредственным делом – борьбой с уголовщиной. А если и занимаются, то кое-как, халтурно, нарушая закон.

В Екатеринбурге, в областном суде недавно вынесен приговор по делу таких следователей из города Серова – Андрея Лысова и Андрея Середы, у которых ночью в момент допроса скончался подследственный Эдуард Смолянинов. Они допрашивали его с участием старшего следователя Александра Першина, который, оказавшись на скамье подсудимых, ударился в бега прямо из зала суда – он до сих пор числится в розыске… Подследственного били. Сломали ребра, проломили нос. Даже снимали эту сцену на видео, придумав съемке издевательское название: “Учебное пособие для стажеров по проведению допросов”. А когда Смолянинов скончался, они всадили ему укол морфина и оформили его смерть как от передозировки наркотиков. Намеревались тайком от матери похоронить его. Но Надежда Андреевна случайно узнала о происшедшем, нашла труп сына в морге и настояла на расследовании… Что это? До какой степени душевного разложения нужно дойти, чтобы быть способным на такое?

– Это показатель состояния правоохранительных органов. Самодуры, избивающие подследственных, распоясываются, потому что верят в свою безнаказанность. Не все же факты пыточного следствия становятся достоянием гласности. А если становятся, то виновные пускаются в бега, как какие-нибудь матерые уголовники. Какое дело по злоупотреблениям милиции ни возьмешь, обязательно один-два фигуранта в бегах.

Есть примеры?

– Недавно в Москве слушалось в суде дело по злоупотреблениям работников одной межрайонной прокуратуры. Вместе с прокурорами на скамье подсудимых оказались опера из милиции. Эта группа паразитировала на доходах салона интимных услуг – они отбирали деньги, бесплатно пользовались девушками, занимались шантажом. Когда их задерживали, одному оперу удалось улизнуть. Некоторое время спустя выяснилось: он, грузин по национальности, работал оперативником, не имея ни регистрации, ни гражданства, а скрылся в Грузии. Как-то по ТВ показывали из Тбилиси репортаж, и он возник на экране в качестве подполковника налоговой полиции – уважаемый человек! Власть!

И в то же время такие судебные процессы, уголовные дела по “оборотням в погонах”, наконец, самое громкое сейчас расследуемое дело по ЮКОСу – не есть ли это демонстрация жизнеспособности правоохранительных органов?

– Демонстрация еще не свидетельство жизнеспособности. Конечно, нет сомнений: руководство МВД на самом деле хочет очистить правоохранительные органы от “оборотней” и от коррупции, ведь ситуация уже просто катастрофическая. Но в поднятом вокруг этого шуме столько самопиара! Что же касается дела ЮКОСа: у нас, как известно, нет хозяйственных структур, в которых не было бы каких-то нарушений. Особенно в сфере налоговых выплат. Таковы пока, к сожалению, наши экономические не всегда цивилизованные отношения. То есть в той или иной мере все у прокуратуры “на крючке”, всех можно хоть в чем-то уличить. Так почему начали с ЮКОСа? Потому что руководители этой структуры заявили о своем намерении заняться политикой? Или потому что некоторым ностальгирующим по прошлому управленцам нужно “пугнуть” крупный капитал, чтоб не мешал реставрации тоталитарного государства? Хотя ведь ясно – невозможно дважды войти в одну и ту же воду. “Силовым” путем к здоровому государству, обеспечивающему экономические и гражданские свободы россиян, мы не придем.

Но надеяться именно на этот короткий “силовой” путь никто не запрещал. “Пугнуть” же можно всех: ведь раз все “на крючке”, то и гарантий защищенности нет ни у кого. Так?

– Разумеется. Об этом свидетельствует проведенный работниками прокуратуры обыск в офисе адвоката, ведущего защиту в деле ЮКОСа. Нарушена неприкосновенность адвокатской тайны! Тем самым подрываются основы священного в нормальном государстве ПРАВА НА ЗАЩИТУ. Представим: те, кто проводил этот неправомерный обыск, однажды (не дай Бог, конечно!) оказываются обвиняемыми и у их адвокатов проводят такой же незаконный обыск, нарушая адвокатскую тайну… Как они себя будут чувствовать?

Наверное, ТАК ЖЕ, как чувствовали себя в 37-м бывшие руководители сталинской карательной системы, сами потом ставшие ее жертвами...

– Слепота удивительная! Неужели те, кто санкционирует аресты как меру пресечения (аресты не каких-то там убийц или грабителей, а предпринимателей, способных заплатить миллионный залог и являться на допросы по подписке о невыезде!), неужели они не понимают, к чему подталкивают общество?

Вы об аресте Ходорковского?

– Не только о нем. И даже скорее не о нем, а о сотнях менее известных бизнесменов, арестованных по подозрению в неуплате налогов. Ходорковский оказался в привилегированных условиях – я знаю тот корпус Матросской тишины, где он содержится.

Пять человек в тесной камере, невозможность уединиться, необходимость справлять естественные надобности на виду у всех, в углу камеры, отгороженном символической занавеской, мытье в душевой один раз в десять дней – это вы считаете привилегией?

– Да, считаю. Потому что другие менее известные бизнесмены содержатся в переполненных душных камерах – 80 человек на 40 спальных мест, спят по очереди, в туалетный угол постоянная очередь, зловоние невыносимое… Пыточные условия!.. Я считаю, что мера пресечения в виде ареста к таким подследственным применяется слабым следствием, чтобы сломать человека, заставить его быть податливым… Отсюда самооговоры, судебные ошибки, изломанные судьбы и в конечном итоге тотальное недоверие к правоохранительным органам.

Но неужели нельзя хоть как-то улучшить условия тюремного содержания подследственных?

– Можно, потому что нужно. Жизненно важно! В нашей стране особенно, так как у нас никто не застрахован от тюремных нар. Мне вспоминается ситуация с гэкачепистом Павловым, бывшем одно время в советском правительстве министром финансов: ему, министру, принесли на визу документ, предусматривавший серьезные траты на модернизацию тюрем и других мест заключения. Павлов документ не завизировал, а спустя некоторое время, после событий августа 91-го, сам оказался на нарах. Причем в том самом привилегированном корпусе Матросской тишины, где сейчас сидит Ходорковский. Думаете, Павлов был доволен? Нет, он возмущался, писал длинные жалобы в прокуратуру – я их по долгу службы читал, но ничего поделать не мог.

Видимо, у тех, кто попадает во власть, притупляется способность предвидения. Каждому кажется – минует меня чаша сия. Ведь о том, что правоохранительные органы нужно реформировать, говорят уже полтора десятка лет, сейчас вот взялись за “оборотней”, а дойдет ли дело до коренных перемен, неизвестно… Кстати, сейчас много говорят о возрождении платного доносительства, объясняя его необходимость угрозой террористических актов. В какой мере это законно?

– Во всех правовых государствах это существует – в Германии, в США, во Франции… Иначе защитить себя от профессиональной преступности, от террористических актов невозможно. И у нас это было бы приемлемо, если бы доносительство не сводилось к элементарному стукачеству на нелюбимых соседей, если бы были гарантии соблюдения Закона об оперативно-розыскной службе. И та же следственная деятельность не выходила бы за процессуальные рамки.

То есть если бы у нас было правовое государство. Но где та отправная точка, с которой правовое государство начинается?

– Суд!.. Если суд НЕ придает значения процессуальным нарушениям, с которыми получено доказательство вины подсудимого, НЕ отметает их, вынося оправдательный приговор “за недоказанностью”, то следствие продолжает работать по принципу “тяп-ляп”, создавая атмосферу произвола и беззакония. Ведь следователи, НЕ получив от суда реалистичную оценку своих действий, также попустительствуют оперативникам, поставляющим им первичные материалы. А бесконтрольные оперативники, впадая в раж, сокрушают подследственным ребра, проламывают носы, заставляя их оговаривать себя. И за “колючкой” оказываются люди, взявшие на себя чужую вину. Подлинные же преступники резвятся на свободе.

Но у нас появился суд присяжных…

– Да, верно. Вот с него, скорее всего, и начнется правовая Россия. Потому что в суде присяжных доказательство, полученное с процессуальными нарушениями, отметается безоговорочно. В таких судах достаточно высок процент оправдательных приговоров. Конечно, вне всякого сомнения, за такими судами будущее. Ну а пока, надо заметить, есть у наших присяжных одна общая для всех и весьма характерная для нашего времени особенность – предубеждение к органам власти. Например, дела о покушениях на жизнь работников милиции и вообще на власть предержащих в судах присяжных чаще всего разваливаются.

Почему?

– Потому что присяжные – обычные граждане, натерпевшиеся от произвола людей, наделенных властью. И в их вердиктах нередко верх берут эмоции. Это показательный симптом: если произвол становится массовым и не наказуем в законном порядке, то народ готов одобрить любую внесудебную расправу с зарвавшимся самодуром… В конце концов, я думаю, с ростом уровня цивилизованных экономических отношений в нашей стране суды присяжных постепенно сформируют массовое правосознание. Народ, поверивший в суд скорый и правый, научится отторгать все, что связано с беззаконием.

Возможно ли такое без кардинального реформирования силовых и правоохранительных органов?

– Конечно же, нет. Это же нонсенс: Россия за последние десять-пятнадцать лет стала другой страной, демократические начала прочно вошли в нашу жизнь, у нас есть парламент, свободная пресса, россияне свободно могут ездить в другие страны. А силовые органы остались такими же, как при советской власти. Только еще хуже, потому что агонизируют. Перемены в этих сферах государства ОСТРО НЕОБХОДИМЫ. И, добавлю, НЕИЗБЕЖНЫ. Проводить их надо так, чтобы в основу функционирования силовых и правоохранительных органов был заложен принцип первостепенной защиты гражданских прав рядового россиянина. А также принцип контроля общественными организациями за этим функционированием.

В рамки масштабной операции Генпрокуратуры “Антиолигарх” попали не только серьезные бизнесмены, но и их адвокаты. Всем заправляет Басманный суд

Московский комсомолец, № 277. Игорь Муравьев. Статья. Беззащитные защитники.

Грустно стало наблюдать за торжеством демократии. Бизнесменов сажают в тюрьму, свобода слова под угрозой, всем заправляет Басманный суд! Теперь и на улицах уже целоваться нельзя...

В рамки масштабной операции Генпрокуратуры “Антиолигарх” попали не только серьезные бизнесмены, но и их адвокаты. В свете последних событий защитники всерьез озаботились собственной защитой. На каждом заседании или конференции так или иначе адвокаты затрагивают тему плачевной ситуации, в которую попала российская адвокатура.

Первый тревожный звонок прозвенел в “Матросской Тишине”. Адвоката главы ЮКОСа Михаила Ходорковского Ольгу Артюхову после общения с ее подзащитным насильно обыскали, изъяв, как потом официально заявит прокуратура, “инструкцию по противодействию следствию путем оказания давления на участников дела на свободе”.

На самом же деле, по словам Артюховой, это были документы, которые имели отношение только к ее адвокатскому досье.

— Это явное, ничем не прикрытое нарушение закона, — считает Артюхова. — Прежде всего законов “Об адвокатской деятельности” и “Об адвокатуре”.

С Артюховой полностью согласен и глава Московской адвокатской палаты Генри Резник.

— Все это является откровенным произволом и беззаконием. Этот факт заставляет всерьез задуматься о дальнейшей судьбе адвокатуры вообще. Если мы не можем добиться соблюдения прав адвоката, то о каком правосудии и о каких правах обвиняемых можно говорить?

Однако не успело адвокатское сообщество обсудить случай с Артюховой, в той же “Матросской Тишине” вновь были грубо нарушены права адвоката. На этот раз под раздачу попал защитник бывшего председателя Совета директоров МФО МЕНАТЕП Платона Лебедева Евгений Бару.

— В принудительном порядке из карманов моей дубленки и пиджака вынули вещи, — рассказывает Бару, — в том числе сигареты, зажигалки, носовой платок и обрывки бумаги, которые тут же запечатали в конверт, назвав их “запрещенными вещами”.

Адвокатская палата немедленно отреагировала на случившееся.

— Как и в предыдущем случае, мы заявили протест по факту нарушения законов и потребовали от Минюста досконального расследования инцидента, — объясняет Генри Резник, — однако до сих пор мы не получили ни одного ответа. И этот факт очень наглядно показывает, что с правами адвокатов никто не считается.

В лексиконе многих защитников даже появилось несколько крылатых фраз. Одна из них: “Басманное правосудие означает не что иное, как мероприятие, где суд и прокуратура находятся с одной стороны, а адвокаты с другой, и прав у них на подобных процессах практически никаких”.

— Мы можем прийти к тому, что народ перестанет доверять честным адвокатам, которые защищают своих клиентов в рамках закона, а не выступают в роли инкассаторов между обвиняемыми и судом, — объясняет один из адвокатов Московской областной коллегии адвокатов. — Уже сейчас нам приходится сталкиваться с вопросами клиентов: “А у вас есть кому заносить?” Люди уже перестали верить в возможности адвоката, данные ему законом.


В ближайшие дни будет окончательно решен вопрос с назначением новых руководителей прокуратуры Москвы

Время новостей, № 236. Александр Шварев. Статья. Москва в ожидании прокурора.

Как стало известно газете “Время новостей”, в ближайшие дни будет окончательно решен вопрос с назначением новых руководителей прокуратуры Москвы. До нынешнего лета прокурором столицы являлся Михаил Авдюков, а должность его первого зама занимал Юрий Синельщиков. Но после нашумевшей проверки Генпрокуратуры они покинули свои посты, и последние месяцы Москва оставалась без полноценного прокурора. Правда, недавно был решен вопрос о новом первом зампрокурора города -- им стал Сергей Борисов, ранее работавший в Генпрокуратуре. Прокурором же Москвы, по нашей информации, скоро может быть утвержден Анатолий Зуев, который пока занимает эту должность с приставкой “и.о.”.

В июле этого года спецкомиссия, созданная по приказу Владимира Устинова, провела проверку прокуратуры Москвы. По ее результатам было объявлено о выявлении масштабных нарушений, включая “заказные” дела, необоснованное освобождение из-под стражи лиц, обвиняемых по тяжким преступлениям, слабый контроль за милицией и т.д. Сразу после этого Юрий Синельщиков выступил, в том числе и в нашей газете, с рядом жестких заявлений, подвергнув критике работу ведомства г-на Устинова, и даже обратился к президенту с просьбой защитить Моспрокуратуру от нападок Генпрокуратуры. Его непосредственный начальник Михаил Авдюков от публичных комментариев проверки воздержался и подал заявление об уходе. Почти сразу его назначили советником г-на Устинова.

31 июля в Генпрокуратуре состоялась закрытая коллегия, на которой рассматривались результаты злополучной проверки. По ее итогам г-ну Авдюкову вынесли строгий выговор, его заместителям Анатолию Зуеву и Вячеславу Росинскому -- просто выговор, Михаилу Никонову (еще один зампрокурора) -- замечание, а Юрия Синельщикова уволили. Последний опротестовал это решение в суде, но пока два процесса проиграл.

И.о. прокурора Москвы с тех пор был Анатолий Зуев. Летом наши источники в Генпрокуратуре утверждали, что на этом посту “его точно не утвердят”. По информации газеты “Время новостей”, действительно, на вакантное место сначала рассматривались совсем другие кандидатуры. В частности, говорили о возможном назначении прокурором Москвы начальника международно-правового управления Генпрокуратуры Роберта Адельханяна. “Насколько я знаю, против его кандидатуры категорически выступали представители московской мэрии. Причем речь шла не о профессиональных качествах этого человека, а о некоторых субъективных моментах”, -- сказал наш собеседник в Моспрокуратуре. Позже в кулуарах Генпрокуратуры назывались два других кандидата -- бывший прокурор Нового Уренгоя, а ныне начальник одного из отделов Генпрокуратуры Сергей Васильев и начальник управления по надзору за процессуальной деятельностью органов внутренних дел и юстиции Генпрокуратуры Александр Кизлык. Однако и с ними что-то не сложилось.

В итоге столичное подразделение было усилено другим представителем Генпрокуратуры -- замначальника отдела по соблюдению налогового и таможенного законодательства Сергей Борисов занял пост первого зампрокурора Москвы. Вопрос же о том, кто станет столичным прокурором, оставался открытым. “Насколько я знаю, Анатолия Зуева действительно вначале не собирались утверждать, -- сказал наш источник в Моспрокуратуре. -- Несколько лет назад, когда уволился Сергей Герасимов, он уже был прокурором Москвы с приставкой и.о., но вакантное место тогда занял Авдюков. Зуев умеет находить общий язык со многими людьми, неплохо знает Москву, поэтому, по моей информации, еще в ноябре встал вопрос о назначении прокурором города именно его. Тем более, Юрий Лужков не возражал против этой кандидатуры, хотя официально мэр ее еще не утвердил. Но тогда все решения отложили до "после выборов". Сейчас эта тема возникла вновь. В частности, одним из препятствий к назначению Зуева являлся выговор, который ему вынесли на летней коллегии. Но, насколько я знаю, отдел кадров Генпрокуратуры подготовил все бумаги о снятии взыскания”.

Как нам стало известно, уже вчера в Моспрокуратуру действительно поступил официальный приказ из Генпрокуратуры о снятии выговоров с Зуева, Авдюкова и Росинского. Анатолий Зуев работал ранее в Камчатской прокуратуре, потом возглавил прокуратуру Брянской области, а оттуда перебрался на работу в Москву, где стал прокурором Пресненского района. Позже он перешел на работу в Моспрокуратуру.

Политический экстремизм. Этническая дискриминация.

15 декабря Мосгорсуд продолжит допрос подсудимых по делу о взрывах жилых домов в Москве и Волгодонске осенью

Русский курьер, № 170. Елена Апасова. Статья. Мосгорсуд допросит отказника.

Сегодня Мосгорсуд продолжит допрос подсудимых по делу о взрывах жилых домов в Москве и Волгодонске осенью 1999 года.)По версии Генпрокуратуры, к терактам причастны девять человек. Однако под суд попали лишь двое - Юсуп Крымшамхалов и Адам Деккушев. Как установило следствие, именно они изготовили и доставили взрывчатку в Волгодонск. Исполнители и организаторы этих преступлений либо погибли, либо находятся в розыске.

На заседании, проходившем в минувший четверг, показания начал давать Юсуп Крымшамхалов. В частности, он признал, что дважды незаконно пересекал российско-грузинскую границу и участвовал в незаконных вооруженных формированиях. Как сообщил журналистам гособвинитель Сергей Вербин, Крымшамхалов был уверен, что перевозил “сухую краску, которая была изготовлена из различных компонентов, и ее состава он не знал”. Но, по мнению прокурора, “чтобы сейчас ни говорил подсудимый, в мешках, которые он доставил в Волгодонск, был гексоген”. Незнание, как говорится, от ответственности не освобождает.

Тем не менее допрос Крымшамхалова закончился конфликтом.

После того, как судья Марина Комарова начала задавать вопросы подсудимому, адвокат обвиняемого Шамиль Арифулов заявил ей отвод. Как полагала защита, председательствующая по делу предвзято задавала вопросы, “используя юридические термины”. В этом адвокат усмотрел “психологическое давление”. Марина Комарова отвод не приняла. Более того, как стало известно “РК”, суд решил направить письмо в Адвокатскую палату Москвы в связи с “недопустимым” поведением в процессе самого г-на Арифулова. Суд посчитал, что он вел себя оскорбительно по отношению к потерпевшим и допускал некорректные высказывания в адрес их представителя адвоката Игоря Трунова.

Сегодня суд планирует допросить второго подсудимого Адама Деккушева. Как сообщила “РК” его адвокат Наталья Тарасович, “перед допросом защита намерена заявить повторное ходатайство о проведении комплексной психолого-психиатрической экспертизы подсудимого”. Мы уже писали о том, что Деккушев на предварительном следствии частично признавал свою вину. Однако на первом заседании в суде он отказался от показаний и заявил о своей непричастности к взрывам домов.

После взрыва в Москве у гостиницы “Националь” автор статьи делает вывод, что в чеченской среде формируется новое радикальное крыло, делающее ставку на чистый террор. Выходов на новых боевиков спецслужбы не имеют.

Еженедельный журнал, № 49. Владимир Воронов. Статья. Второй фронт в центре Москвы.

Взрыв у “Националя” 9 декабря был заснят камерами наблюдения отеля, но видеозапись до сих пор не показана общественности, а сотрудники правоохранительных органов часто противоречат друг другу. Поэтому картина происшедшего лишена подробностей. Известно только, что около 11 часов утра возле входа в гостиницу произошел взрыв, унесший жизни шестерых человек и ранивший четырнадцать. Одна из погибших (ее имя не установлено или пока не разглашается), по всей видимости, имела при себе либо так называемый пояс шахида, либо сумку с взрывным устройством. В оценке мощности этого устройства эксперты расходятся, говоря то о 500 граммах тротилового эквивалента, то о 1,5 кг, то даже оценивая ее в 5 кг. Последнее сомнительно: взрыв подобной мощности нанес бы многократно больший урон. Найденные части взрывного устройства, в частности стальные шарики, позволили комментаторам предположить, что событие тесно связано с терактом в Тушине: один и тот же почерк. Однако с уверенностью это можно будет утверждать лишь после экспертизы, которая установит, идентичны ли взрывчатые вещества и техника сборки взрывного устройства.

Собственно, достоверные факты на этом и заканчиваются, дальше начинается область фантазий и защиты “чести мундира”: мэрия, ГУВД, прокуратура и ЦОС ФСБ выдают версии и факты, порой сильно расходящиеся в деталях. Например, вскоре после события руководитель пресс-службы московского мэра Сергей Цой даже предположил, что речь может идти не о теракте, а о... криминальной разборке! Затем со ссылкой на неназванных свидетелей вдруг всплывает версия: шли, мол, террористки взрывать Думу, спросили у прохожего, где она, да не дошли – то ли адресом ошиблись, то ли взрыватель не вовремя замкнуло. Один из экспертов-взрывотехников так и сказал: снег шел, погода сырая, замкнуло контакт. Но все это на поверку лишь домыслы: мы уже хорошо представляем себе образ действий смертниц-взрывниц, поэтому невозможно поверить, что они шли наудачу. Да еще и вступили в непредусмотренный контакт со случайным прохожим.

Взрывы в самой Чечне и теракты за ее пределами показали: смертниц на дело отправляют в сопровождении “контролера”, который (или которая) реально и осуществляет подрыв – нажимает кнопку дистанционного устройства. Сами смертницы также идут по четко определенному маршруту. Так что дошли они туда, куда их и послали, рвануло там, где пожелал их руководитель, нажавший пульт. А Дума “в прицеле” – это уже от лукавого: какая террористам разница, Дума или “Националь”? Важен не объект, а демонстрация силы: мы можем посылать “живые бомбы” куда угодно, хоть в центр Москвы!

Смертница-террористка взрывается в самом сердце Москвы, где едва ли не на каждом метре – милиционер или спецслужбист. За четыре дня до этого теракта, 5 декабря, возле Ессентуков взорвана электричка – тоже смертниками. И снова террористические атаки застигают врасплох российские спецслужбы. Впрочем, порой службисты не в состоянии защитить от диверсантов даже самих себя. Того же 5 декабря из гранатомета обстреляно здание УФСБ по Ингушетии – снаряд влетел прямо в кабинет начальника управления! И это ведь не первое успешное нападение на ингушское УФСБ: 15 сентября возле него уже взрывался прорвавшийся на грузовике смертник. А 17 июля 2003-го начиненный взрывчаткой мотороллер рвется возле горотдела УФСБ в Хасавюрте (Дагестан). Или вспомним 12 мая, когда к отделу ФСБ в селении Знаменское тоже прорвались смертники. Но это уже Чечня, а там расклад иной – война...

Впрочем, эхо войны раздается уже за сотни и тысячи километров от зоны боевых действий. Но было бы преувеличением назвать это новой тактикой: в прилегающих к Чечне регионах минно-фугасная война уже давно реальность. В той же Ингушетии в 2003 году зафиксировано как минимум еще 20 диверсионно-террористических актов, в том числе подрывы армейских колонн. Постоянно рвутся бомбы в Дагестане. 27 августа прямо в центре Махачкалы взрывом мины убит министр по национальной политике. Можно говорить лишь о “совершенствовании” этой террористической кампании: не прекратив сопротивления собственно в Чечне, диверсанты стали обосновываться за ее пределами. Подобное изменение методов вполне естественно: партизаны (террористы, боевики – термины лишь обозначают отношение к данной категории комбатантов, не меняя сути явления) всегда воюют так, как им дозволяет противник. Открытое противостояние регулярной армии чревато быстрым разгромом, и в начале 2000-го чеченские формирования вернулись к испытанным партизанским методам: беспокоящим ночным обстрелам и минной войне на коммуникациях, действенного противоядия которой так и не найдено. И хотя с этого года данные о потерях уже не публикуются, известно, что львиная их доля приходится на подрывы. В прошлом году, правда, боевики сделали и достаточно болезненную для федеральных сил попытку повлиять на ход боевых действий с помощью ПЗРК (переносных зенитных ракетных комплексов). Из 14 потерянных тогда боевых машин (13 вертолетов и один самолет) в шести случаях доказано применение ПЗРК. Однако в конце 2002 года то ли спецслужбы перекрыли источник поступления зенитных средств, то ли, что более вероятно, у боевиков истощились их запасы. Отсюда и выбор средств ведения войны – диверсия. Только уже на собственно российской территории.

Средство почти идеальное: после подрыва “живой мины” некому давать показания. Спецслужбы взяли московские базы подрывниц лишь дважды: когда смогли допросить попавшуюся 10 июля на Тверской неудавшуюся смертницу Зарему Мужихоеву и когда раскрутили связи одной из тушинских террористок – Зулихан Элихаджиевой. Но оба раза след так и не вывел на реальных организаторов. ФСБ то утверждает, что террористические акты с участием смертников планируются и организуются не с территории Чечни, а в самой России, то говорит, что “на территории России подготовка смертников практически не ведется”, а все следы ведут за рубеж. Очевидно одно – руководят терактами не полевые командиры: находясь в Чечне, обеспечить грамотный дистанционный подрыв “живых бомб” в нужное время и в нужном месте технически невозможно. Хотя и без традиционных “полевиков” явно не обходится, но роль их ограничена “кадровой работой” – подбором смертниц. Будь все иначе, след после взрывов неизбежно выводил бы оперативников не в никуда, а на конкретных злодеев. Не выводит!

Есть и другие соображения в пользу того, что теракты координируются непосредственно на месте. Должны быть люди, рекогносцирующие местность, выбирающие объекты, контролирующие подход бомбисток к цели и сам подрыв. Кто-то должен арендовать квартиры, транспорт, добывать необходимые технические средства, нужны минеры – сборкой взрывных устройств явно занимаются не сами смертницы. И уровень конспирации пока на очень высоком уровне: за тысячи километров такого не обеспечишь. Кто же помогает террористам в Москве? Создается впечатление, что спецслужбы не знают об этом буквально ничего. Как, впрочем, не знают и о других процессах, протекающих внутри чеченского сопротивления. Ничего не известно о реальных организаторах терактов, тем более что лично они со смертницами не общаются, заявлений не делают, требований не выдвигают. Похоже, что в чеченской среде сформировалось новое, радикальное крыло, делающее ставку на чистый террор. И выходов на новых боевиков спецслужбы не имеют: не знают ни их лидеров, ни их связей и контактов, ни источников финансирования.

И потому хватаются за привычную соломинку: во всем виноваты некие закордонные силы – международный исламский терроризм. И бессменный его наймит – неуловимый Абу Валид. С 1999-го, а особенно с 2002 года на этого человека вешают очень многое – от взрывов домов в Москве и Волгодонске, финансирования Масхадова и Басаева (!) и руководства минной войной в Чечне до “Норд-Оста” и подготовки смертников. При этом о нем самом неизвестно ровно ничего – даже его настоящего имени! Фигуранта несколько раз хоронили (однажды о его гибели объявила даже Генпрокуратура), но в итоге назначили крупную сумму за его голову.

Очевидно одно: никакими серьезными агентурными источниками в исламском мире и экстремистских организациях ФСБ не располагает. Равно как и СВР или ГРУ. А раз спецслужбы пока мало что знают о противнике, взрывы будут греметь и дальше. До тех пор, пока в Чечне будет существовать возможность вербовки смертниц. И пока спецслужбы не решат свою прямую задачу – агентурного проникновения в чеченское общество.

В Лефортовском суде столицы 18 декабря должен начаться судебный процесс по уголовному делу сотрудника паспортного стола ОВД "Нижегородский" майора милиции И. Алямкина, обвиняемого в оформлении незаконной регистрации для террористки.

Newsru.com (web-сайт), 18 декабря. Информ. сообщ. В Москве начнется суд по делу милиционера, оформившего регистрацию террористке.

В Лефортовском суде столицы в четверг, 18 декабря, должен начаться судебный процесс по уголовному делу сотрудника паспортного стола ОВД "Нижегородский" майора милиции Игоря Алямкина, обвиняемого в оформлении незаконной регистрации для террористки.

По версии следствия, именно Алямкин выдал регистрационный документ чеченке Луизе Бакуевой, участнице захвата театрального центра на Дубровке осенью 2002 года.

В ходе следствия было установлено, что Бакуева обратилась с просьбой оказать ей помощь в регистрации к сотруднику паспортного стола, который порекомендовал ей обратиться к Алямкину, сообщает РИА "Новости".

По данным пресс-службы столичной прокуратуры, Алямкину инкриминируются статьи УК: "превышение" и "злоупотребление должностными полномочиями", "мошенничество" и "получение взятки".

5 ноября суд санкционировал арест обвиняемого. В прокуратуре сообщили, что три уголовных дела в отношении работников паспортных столов Москвы, незаконно оформивших регистрацию террористам, были выделены из основного уголовного дела о захвате заложников в Театральном центре на Дубровке.

В качестве обвиняемых по основному уголовному делу проходят Хасханов, братья Межиевы, Мурдалов и Собралиев, которые также обвиняются в причастности к покушению на взрывы автомашин у Госдумы РФ и у ресторана "Макдональдс" на улице Большая Бронная в Москве в 2001 году, а также взрыву автомашины "Таврия" у ресторана "Макдональдс" на улице Покрышкина 19 октября 2002 года.

Захват террористами Театрального центра на Дубровке произошел 23 октября 2002 года. В заложниках оказались 912 человек, из них 129 погибли. 40 террористов, находившихся в здании Театрального центра, были уничтожены в ходе штурма 26 октября 2002 года.

ФБР собирается допросить Анну Политковскую по делу "Норд-Оста".

Колокол.Ру, 17 декабря. Информ. сообщ.

Федеральное бюро расследований, которое ведет свое расследование в связи с гибелью на Дубровке гражданина США Сэнди Букера, заинтересовалось фигурой Ханпаша Теркибаева. Об этом человеке, чья роль в трагедии "Норд-Оста" выглядит загадочной и дает некоторые основания говорить об участии спецслужб в организации теракта, следователям ФБР рассказала невеста погибшего Сэнди Букера Светлана Губарева. Как сообщил Граням.Ру глава Фонда гражданских свобод Александр Гольдфарб, ФБР в ходе допроса Губаревой проявило большой интерес к истории с Теркибаевым и собирается по этому поводу допросить российскую журналистку Анну Политковскую, которая первая рассказала о Теркибаеве на страницах "Новой газеты".

По данным газеты, Теркибаев находился среди террористов, захвативших "Норд-Ост", и ушел из Театрального центра до начала штурма. Во время беседы с корреспондентом газеты Анной Политковской он показал удостоверение спецкорреспондента "правительственной газеты", а также сообщил, что он работает в информационном управлении президента и находится в контакте с высокопоставленными кремлевскими чиновниками. По сведениям "Новой газеты", Ханпаш Теркибаев - засланный спецслужбами агент, который "изнутри обеспечивал теракт". Ахмед Закаев подтвердил Граням.Ру эту информацию. По его словам, в 2001 году Аслан Масхадов освободил Теркибаева от должности своего полпреда в Иордании. Причиной послужила "достоверная информация о том, что Ханпаш работает на одну из российских спецслужб".

Скинхеды в Москве.

Вечерняя Москва, № 234. Мария Филиппенко, Евгений Левкович. Статья. Наци, гоу хоум!

Кто такие скинхеды в России, - никто толком не знает. Некоторые считают их неуправляемыми отморозками из рабочих районов, кто-то говорит о сильной подпольной организации. Все это путается с обычным хулиганством (в том числе и футбольным) и знаменитым русским гопничеством. Россия же в судорожных поисках национальной идеи благоволит национал-патриотам, и они это чувствуют. Русский фашизм складывается из многих составляющих, главная из которых, самая страшная и решающая - равнодушие массы обывателей. Факты говорят следующее: в Москву теперь опасно приезжать учиться из других стран, в Москве опасно ходить на молодежные концерты, на футбольные матчи и находиться поблизости от мест проведения этих мероприятий, опасно ходить в яркой одежде, опасно быть не славянской внешности. Мы лично не хотим жить в такой стране, а вы?

Широкие штаны как повод для смерти

Каждый подросток и каждый милиционер знает, что рэп-концерты так просто не проходят. Почти каждый раз на выходе любителей "черной" музыки поджидают мрачные ребята с пряжками и кастетами. Одно из вопиющих побоищ, в результате которого пострадали мирные граждане и погиб один сотрудник милиции, случилось 3 июня этого года. Поводом послужил концерт культовой "черной" рэп-группы Public Enemy в ДК Горбунова. Рассказывают организаторы концерта: "Раньше, когда движение скинов носило, если можно так выразиться, более цивилизованный характер, у охраны была договоренность с их "лидерами" о ненахождении скинхедов на территории ДК Горбунова во время концертов, кроме как по билетам. Рядовые скины на самом деле управляемы, хотя сами об этом не знают. На Public Enemy охрана была усилена в три раза, после концерта милиция сопровождала публику до входа в метро "Багратионовская".

Однако скинхеды разработали стратегию: для отвода глаз к "Багратионовской" были высланы "пионеры" в скиновском прикиде, чтобы отвлечь внимание милиции. А на станцию "Фили" ворвалась толпа "бойцов": заблокировав двери, они принялись избивать людей в вагонах, в том числе и обычных пассажиров. Милиционеры, находившиеся на перроне, открыли стрельбу в воздух, их принялись избивать ногами. Один милиционер на следующий день умер в больнице. На других станциях Филевской ветки нацисты закидывали в окна подъехавшего поезда "файера" (футбольные факелы), а когда народ выбегал на перрон, били всех подряд. Известно, что многие скины для маскировки специально переоделись "в рэпперское"...

"Если выйдет постановление о запрете подобных мероприятий, - подводят итог организаторы концерта, - это будет означать одно - власти не справляются с толпой отморозков".

Их кампф

Издательство "Ультра. Культура" в этом году выпустило книгу "Скины - Русь пробуждается". О том, как 18-20-летние парни ненавидят "ниггеров, хачей, гомиков, торчков, клоунов в широких штанах" (рэпперов то есть), готовят им "акции возмездия", а если акция не удалась ("все попрятались, суки!"), по дороге домой "прочищают" электричку от нерусских элементов. О том, как они со смехом читают гневные заметки о нацизме в СМИ и собираются с пивом смотреть по телику очередную обличительную передачу о скинах или - какая удача! - репортаж "жидов с НТВ" о пофоме на рынке, который они и учинили. О том, как хрустят кости врагов ("от удара ботинком в живот внутри у девушки что-то хлюпнуло, и она стала оседать на пол"), как в это время отворачиваются и начинают усиленно пялиться в газеты или в окна электрички лохи-обыватели, как глупо выглядят родители и учителя в их жалких попытках спорить со скинами (весь набор стандартных аргументов против нацизма - холокост, "ваши деды воевали", "последнее прибежище негодяев" и пр. - в книге с блеском опровергается). О том, как ребятки читают Гитлера (кстати, самая скучная часть книги - 3 страницы из запрещенной "Майн кампф", не очень искусно всунутая автором в свою книгу) и наконец, повзрослев типа, переходят на "легальную борьбу" - вступают в Российский национал-социалистический союз.

Справки об авторе Дмитрии Нестерове нет, да она и не нужна - с первой строчки все ясно. Сразу же с тоской веришь каждому слову, не суперхудожественному, но оч-чень убедительному в своей простоте. Одно, пожалуй, тут убого - попытка показать нацистское "благородство": типа "никого просто так не валят", женщин не бьют, кроме, естественно, тех, которые "ложатся под ниггеров и хачей". То, что насилие можно организовать, утопия этой книги. Зло не бывает во благо.

Как нам рассказали в издательстве, рукопись принес человек с улицы, она понравилась, и ее опубликовали без политической редактуры. "Или надо было печатать полностью, или не трогать вообще, - комментирует редактор книги Алексей Цветков. - В обществе, где существует понятие свободы слова, такое должно быть. Мы предоставляем микрофон всем формам некорректности, если они стилистически адекватны. На наш взгляд, это наиболее адекватный роман о скинхедах, которые являются частью нашей жизни. Мне этот роман не представляется опасным. Меньше всего мы хотели бы думать об интересах Системы".

Однако ловишь себя на том, что оторваться от жуткой книги невозможно. Стыдно даже - никогда вроде не был замечен в пристрастии к чернухе и книгам о насилии. Но две вещи отсюда выносишь: 1) любое упоминание, даже негативное, скинам в плюс; 2) какую же огромную роль, оказывается, играет малодушие случайных свидетелей наци-беспредела! Пожалуйста, не закрывайтесь "Вечерней Москвой", когда на ваших глазах "патриоты" будут кого-нибудь убивать. Реагировать надо не ПОСЛЕ, а ВО ВРЕМЯ.

Фашизм не пройдет. Он просочится

За создание нацистских сайтов можно надолго загреметь в тюрягу. Тем не менее российский пользователь И-нета может запросто ознакомиться с уставами русских фашистов, почитать интересующую литературу и пообщаться с соратниками на тему "Как нам обустроить белую Россию?" Нам удалось поговорить с модератором одного из НС-сайтов, правда, при условии не раскрывать ни его имени, ни адреса его сайта.

- Как создаются наци-сайты?

- Сразу скажу - на платные русские хостинги не суйся. Чтобы зарегистрировать там свою страницу, нужно предоставить хозяину хоста полную информацию о себе, а это реальное "палево", по которому тебя могут быстро поймать. За один день можно создать страницу на каком-нибудь бесплатном русском хостинге, но и в этом смысла нет - максимум через два-три дня сайт прикроют. Владельцу хостинга придет письмо: дескать, у вас находится страница, содержащая запрещенную законом информацию. Ему тут же, под страхом уголовного дела, придется страницу удалить.

- От кого приходит это письмо?

- При ГУВД существует специальное подразделение, которое занимается Интернетом. При помощи СОР-Ма (Системы оперативно-розыскных мероприятий) оно осуществляет контроль над всем, что происходит в Сети. Каким образом? Видимо, алгоритм этого СОРМа настроен на какие-то ключевые слова или фразы, и за счет этого за считанные часы в И-нете отыскивается запрещенная информация.

- Как же в итоге ты работаешь?

- Создатель любого русского сайта с запретной тематикой связывается по электронной почте с хозяином какого-нибудь хоста на Западе и ежемесячно платит ему за размещение своей страницы (мы - $30).

- А у хозяина этого хостинга нет проблем с органами его страны?

- В том-то и дело, что нет! Хостинг, на котором располагается наш сайт, находится в Америке, где пропаганда русского фашизма не преследуется законом. Сервер, на котором хранится вся информация сайта, нашим правоохранительным органам недоступен. По этой же причине ФСБ не может закрыть интернет-ресурсы чеченских боевиков, в частности, самый мощный из них - kavkazcenter.com. Эти сайты располагаются на литовских, латвийских или чешских хостингах, а эти страны либо поддерживают ваххабитов, либо относятся к ним лояльно.

- Если твой сайт находится на американском хостинге, почему же на нем нет открытой пропаганды фашизма? (Прим.: несмотря на очевидную направленность сайта, мы не нашли на нем откровенных призывов к "еврейским погромам".)

- Опасность "запалиться" все равно есть. Я залезаю на сайт с компьютера, находящегося в Москве. Его местоположение при желании можно определить. Дальше, по уровню трафика и количеству заходов на сайт (а на нем я сижу почти целый день), можно сделать вывод, что я -не обычный посетитель, а человек, как-то связанный с организацией страницы. Исходя из этого, если бы на сайте содержались открытые призывы к погромам, я бы уже мог сидеть в тюрьме. Так что приходится быть предельно аккуратным. В лозунгах "Слава России!", "Наше дело - ПРАВОЕ!" или "Бей систему!" нет призыва к межнациональной розни, и в то же время, кому надо - тот поймет. А вот если на гостевой книге появляется "Бей жидов и черных!", то такое сообщение я безжалостно потру. Также я стираю рассказы о том, как "мы вчера в парке отловили чурбана", разговоры о месте и времени сбора соратников (например, "Костыль и Ящер, не забудьте, встречаемся в 14.30 на "Чистых прудах", а оттуда - на стрелку!") и пр. Если ты заметил, на фотографиях сайта заретушированы лица, а в подписях к фото никогда нет имен.

- По твоим ощущениям, милиция действительно пытается выйти на ваш след или же только создает видимость борьбы? Бытует мнение, что спецслужбам даже выгодно существование таких страниц: дескать, если загнать фашистов в подполье, они будут вдвойне опасны, к тому же сложнее будет отследить их движения.

Африканские студенты уверены, что в России набирает силу расизм.

ИноСми.Ру, 19 декабря. Сет Майданс ("The New York Times", США). Статья.

Российские скинхеды пользуются поддержкой националистических партий и изданий

Каждое утро для Константа Оливера Дибои Ката начинается со ста отжиманий от пола, поскольку он готовится к наиболее опасному моменту дня - своей поездке в метро на уроки химии в другую часть города. 23-летний г. Дибои Кат - студент из Камеруна, приехавший по программе обмена, и подобно многим другим африканским студентам в России, он утверждает, что каждый раз, выходя из общежития, чувствует опасность со стороны хулиганов-расистов.

За пять лет учебы в Университете дружбы народов, где треть студентов из развивающихся стран, он не раз подвергался оскорблениям, избиениям, в него даже стреляли. "Нужно все время быть готовым постоять за себя, - говорит он. - В метро, на дороге, на улице, повсюду. Вот почему каждое утро нужно делать по 100 отжиманий от пола".

Расистские нападения на иностранцев, среди которых азиаты, арабы и особенно чернокожие, в России стали обычным явлением. Жертвами таких нападений становятся не только студенты, но и дипломаты, и морские пехотинцы посольства США. В прошлом году послы 37 стран Африки обратились к МИД России с призывом обеспечить защиту их граждан. Группы по борьбе за права человека фиксируют факты нападений, многие из которых происходят при попустительстве или поддержке милиции.

"Расистские тенденции глубоко укоренились в российском обществе, и теперь они даже усилились", - считает Александр Брод, директор Московского бюро по защите прав человека, группы, которая осуществляет мониторинг фактов дискриминации. "Движущей силой расистов является быстро растущее число группировок бритоголовых сторонников превосходства "белой расы". Эти группировки пользуются широкой поддержкой со стороны националистических политических групп и изданий", - продолжает Брод.

Сейчас в стране насчитывается около 200 националистических изданий с расовым уклоном. На парламентских выборах в начале месяца политические партии, выступавшие с экстремистскими и националистическими лозунгами, добились значительного успеха.

"Вся эта нацистская идеология разжигает ненависть к нерусским, - считает Александр Брод. - И поэтому многие даже думают, что скинхеды - это не бандиты и хулиганы, а русские патриоты, которые борются за чистоту российского общества". В результате, по словам Брода, "буквально каждую неделю в Москве и других регионах России происходят нападения бритоголовых на представителей этнических меньшинств". Некоторые из этих атак завершаются смертельным исходом.

Три недели назад в Университете дружбы народов произошел подозрительный пожар, приведший к гибели по меньшей мере 42 человек. Эта трагедия усилила опасения среди студентов, относящихся к расовым меньшинствам. Многие из них, в частности китайские студенты, перестали посещать занятия и отправились на родину.

"Если еще раз произойдет инцидент, подобный случившемуся, мы все уедем отсюда, - заявил 23-летний студент из Габона, который не назвал свою фамилию, а согласился сообщить только свое имя -Джордж. - Я хочу только одного: побыстрее закончить учебу и покинуть Россию навсегда, навсегда".

Университет, в котором сейчас проходят обучение 12 тысяч студентов, открылся в 1960 году для обучения студентов из стран Африки, Азии и Латинской Америки, которые пользовались поддержкой Советского Союза. Хотя пожар, по официальной версии, стал результатом несчастного случая, большинство иностранных студентов убеждено, что это был поджог.

Они говорят, что в течение нескольких недель, как до, так и после пожара, в университет поступают угрозы о готовящихся взрывах, которые вынуждают студентов выходить во время учебных занятий или посреди ночи на холодные улицы. Пожар вспыхнул в общежитии, где проживали недавно прибывшие иностранные студенты, включая студентов из Анголы, Китая, Вьетнама, Эквадора, Эфиопии, Афганистана, Берега Слоновой Кости и Tаити.

Оставшиеся в живых заявили, что реакция руководства университета только усилила в них ощущение, что они являются изгоями. "Они даже не предоставили нам выходного", - заявил Сидни Окран, 23-летний студент факультета журналистики из Либерии, который осуществлял видеосъемку пожара. "Внутри здания находились студенты, которые колотили руками по оконным стеклам, зовя на помощь, - вспоминает он. - Я поближе снял на камеру этот момент, затем их руки исчезли, и они погибли". "Пожар начался в 4 или 5 часов утра, а в 9 утра студенты пошли на занятия, - продолжает Окран. - Это удивительно для меня. Простите меня, если я неправ, но я чувствую, что они сделали это, потому что большинство жертв - иностранцы".

В Московской протестантской общине, в которой многие африканские студенты нашли себе духовное прибежище, разговоры об атаках бритоголовых стали частью церковной службы. "Почти каждую неделю или каждую другую неделю кто-то встает и говорит: "Пожалуйста, помолитесь за меня, на меня напали бритоголовые" или "помолитесь за моего друга, который был избит милицией", - сообщил пастор Джон Колхаун.

Мусульмане также могут стать объектами атак. Прошлым летом 19-летняя студентка медицинского факультета из Малайзии была избита в ресторане "Макдональдс", очевидно, только потому, что у нее на голове был палток. "Россия - для русских" - таков их девиз, - говорит эта девушка, отказавшаяся назвать свое имя. - Они смеялись надо мной. Это произошло из-за того, что у меня на голове был платок, а они не хотели, чтобы я его носила".

Как утверждает Дибои Ката, нападение может произойти где угодно, но есть места и определенные временные интервалы, которые особенно опасны. "К примеру, зеленая линия метро. Если хотите распрощаться с жизнью, вам надо ехать по ней в 6 часов", - говорит он.Как признаются многие студенты, в дни государственных праздников и главных спортивных состязаний, когда много пьяных и эмоции хлещут через край, они предпочитают не выходить из общежития. Дибои Кат говорит, что ни разу не ходил на футбольный стадион или баскетбольный матч, хотя он очень любит спорт. "Это для меня подобно мечте, - сказал он. - О визитах в кинотеатр тоже остается мечтать. Если вы идете в кинотеатр или на стадион, это означает, что вы хотите умереть", - говорит он.

Г. Окран - беженец, который 13 лет назад сбежал из Либерии, где шла гражданская война, и получил убежище в Гане. Там он завоевал право отправиться на учебу в Москву, где столкнулся лишь с новыми опасностями. "Я чувствую себя в безопасности лишь тогда, когда нахожусь в своей комнате. Это, по крайней мере, означает 60-процентную безопасность", - заявил он.

В отличие от более бедных студентов, он может позволить себе каникулы в летние месяцы, чтобы навестить своих жену и сыновей в лагере для беженцев. "Когда я возвращаюсь в Гану, чувствую себя так, словно меня освободили из тюрьмы, и я стал вольной птицей, - сказал он. - Счастье переполняет меня. Я так счастлив, когда лечу в самолете. Мне не надо волноваться по поводу того, что кто-то может меня избить".

Мосгорсуд оставил без изменений суммы компенсаций, выплаченных городскими властями бывшим заложникам "Норд-Оста" и родственникам погибших на Дубровке. Адвокат потерпевших И. Трунов сообщил, что только одной из пострадавших – А. Аляиной – компенсацию увеличили на 2 копейки, после того как судьи сделали все перерасчеты.

Колокол.Ру, 18 декабря. Статья. Трунов: Компенсация заложнице "Норд-Оста" решением суда увеличена на 2 копейки.

Мосгорсуд оставил без изменений суммы компенсаций, выплаченных городскими властями бывшим заложникам "Норд-Оста" и родственникам погибших на Дубровке. Как сообщил "Эху Москвы" адвокат потерпевших Игорь Трунов, одной из пострадавших - Алле Аляиной - компенсацию увеличили на 2 копейки, после того как судьи сделали все перерасчеты. В отношении всех остальных истцов решение было оставлено без изменений.

Трунов напомнил, что кассационная жалоба была подана от имени 10 семей, которые настаивали на увеличении сумм компенсаций, которые московское правительство должно выплатить им в связи с потерей кормильцев.

26 сентября Тверской суд частично удовлетворил иски этих 10 семей о компенсации материального ущерба. По словам Трунова, истцов е устраивает сумма компенсации, которую суд обязал выплатить столичный департамент финансов из средств городского бюджета в связи с утратой пострадавшими кормильцев. По мнению Трунова, суд необоснованно вычел из рассчитанных сумм 1,5 тыс. рублей, которые выплачиваются правительством города детям-сиротам, у которых в результате теракта погибли родители. "Суд также не учел возможность роста заработной платы погибших при назначении семьям компенсации", - добавил адвокат.

26 сентября суд обязал столичный департамент финансов назначить семьям десяти пострадавших пенсии по утрате кормильца в размере от 246 рублей до 8 тыс. 360 рублей. Суд постановил также выплатить им единовременную компенсацию, начиная с 26 октября 2002 года по 26 сентября 2003 года. Сумма в каждом случае была рассчитана индивидуально и составила от 2 тыс. 710 до 75 тыс. 467 рублей. Требования истцов о возмещении расходов на захоронение погибших, компенсацию стоимости утерянных вещей, лекарств, а также на уход и питание вследствие утери трудоспособности выделены в отдельное делопроизводство. Суд указал, что истцам необходимо представить дополнительные доказательства по данным требованиям и уточнить указанные в исках суммы, представить расчет компенсации.

В своем интервью итальянской газете “Corriere della Sera” российский эксперт по военным вопросам и известный российский журналист П. Фельгенгауэр заявил, что, по его мнению, в ближайшее время, вероятно, произойдет “крупномасштабная атака на Москву” и что “в ответ российские власти скорее всего предпримут самые жесткие меры”, что может привести к настоящей “охоте на чеченцев” в российской столице.

ИА "ПРИМА" (web-сайт), 18 декабря. Оливье Дюпюи. Статья. В ожидании "хрустальной ночи" в Москве.

В своем интервью итальянской газете "Corriere della Sera" российский эксперт по военным вопросам и известный российский журналист Павел Фельгенгауэр заявил, что, по его мнению, в ближайшее время вполне вероятно произойдет "крупномасштабная атака на Москву" и что "в ответ российские власти скорее всего предпримут самые жесткие меры", что может привести к настоящей "охоте на чеченцев" в российской столице.

По мнению Павла Фельгенгауэра, после оглушительной победы сторонников Владимира Путина на недавних выборах в Государственную Думу "исчезла последняя возможность и воля что-либо изменить в сложившейся ситуации, поскольку отныне Россию полностью контролируют национал-экстремистские, почти фашистские силы, которые ни при каких условиях не пойдут на уступки и не заключат какого бы то ни было мирного договора по Чечне".

По мнению Павла Фельгенгауэра, "нам всем следует ожидать массированной атаки на Россию и, в частности, на Москву, поскольку, будучи поставленными перед невозможностью найти политическое решение российско-чеченского конфликта, бойцы чеченского сопротивления и связанные с ними различные вооруженные группировки Северного Кавказа, почувствуют себя обманутыми в своих ожиданиях и могут прибегнуть к крупномасштабным атакам на Россию". В ответ на это, без малейшего сомнения, последует крайне жесткая атака со стороны Кремля, "такая, например, как массовые погромы в отношении чеченцев, проживающих в Москве. (...) Это лишь мое личное мнение, но я очень боюсь новой "Хрустальной ночи", на этот раз уже в отношении чеченцев, так же, как это произошло 9 ноября 1938 года в отношении евреев со стороны нацистов в Германии".

В связи с публикацией в "Corriere della Sera" депутат Европейского парламента от группы итальянских радикалов Оливье Дюпюи (Olivier Dupuis) сделал следующий запрос в Европейский Совет:

"Информирован ли Европейский Совет относительно вероятных провокаций, план которых в настоящее время разрабатывается российскими властями, вплоть до помощи в организации новой "хрустальной ночи" в отношении чеченского населения, проживающего в Москве? Говоря в целом, имеет ли Европейский Совет конкретное представление о том, в какую сторону развивается ситуация в России после недавно прошедших в этой стране парламентских выборов? Не считает ли, в частности, Европейский Совет, что последние изменения в Российской Федерации являются достаточным основанием для того, чтобы отказаться от ранее проводимой политики абсолютной терпимости в отношении режима президента Владимира Путина? Не считает ли также Европейский Совет, что политика, проводимая Российской Федерацией в Чечне, является абсолютно неприемлемой и должна служить основанием для прекращения любых нормальных отношений стран-членов Европейского Союза с Российской Федерацией?"

Права военнослужащих и призывников

Расследование махинаций с оборотом земель, принадлежащих Министерству обороны РФ.

Версия, № 48. Вадим Саранов. Статья. Генералы земли - 2.

“Версия” продолжает расследование махинаций с оборотом земель, принадлежащих Министерству обороны РФ. В предыдущих публикациях мы рассказали о настоящей войне, разразившейся между командирами войсковых частей и чиновниками Главного квартирно-эксплуатационного управления Министерства обороны. Предмет конфликта — земля, на которую командиры частей и ГлавКЭУ имеют разные виды. Надо сказать, что поведение чиновников ГлавКЭУ выглядит, мягко говоря, странным. Складывается впечатление, что спорные участки земли уже давно проданы налево.

Наши публикации вызвали широкий резонанс в армейском ведомстве. В редакцию поступили обращения, в которых авторы называют действия квартирно-эксплуатационных чиновников не иначе как беспределом. Что же касается самого ГлавКЭУ и КЭУ Москвы в частности, то никаких официальных комментариев с их стороны мы так и не дождались. Что в общем-то неудивительно.

Поликлиника раздора

2-я Центральная поликлиника Министерства обороны РФ — учреждение не из рядовых. Это крупнейшее военное медучреждение в столице. Сегодня здесь лечатся около 30 тысяч пациентов, в основном это ветераны войны и Вооружённых сил. Поликлиника расположена в весьма живописном месте — в нескольких кварталах от Кузьминского лесопарка, на её территории весной цветёт яблоневый сад. Словом, идиллия. Правда, уже несколько месяцев, несмотря на царящую здесь тишину и покой, вокруг поликлиники бушуют нешуточные страсти.

Две недели назад в редакцию поступило письмо, к мнению написавших его людей мы не могли не прислушаться. Хотя бы потому, что авторы послания — 14 Героев Советского Союза. Полученное нами письмо больше похоже на крик отчаяния. Печатаем с сокращениями министерства обороны РФ — учреждение не из рядовых. Это крупнейшее военное медучреждение в столице. Сегодня здесь лечатся около 30 тысяч пациентов, в основном это ветераны войны и Вооружённых сил. Поликлиника расположена в весьма живописном месте — в нескольких кварталах от Кузьминского лесопарка, на её территории весной цветёт яблоневый сад. Словом, идиллия. Правда, уже несколько месяцев, несмотря на царящую здесь тишину и покой, вокруг поликлиники бушуют нешуточные страсти.

Две недели назад в редакцию поступило письмо, к мнению написавших его людей мы не могли не прислушаться. Хотя бы потому, что авторы послания — 14 Героев Советского Союза. Полученное нами письмо больше похоже на крик отчаяния. Печатаем с сокращениями.

“Все мы проходим лечение в Центральной поликлинике № 2 Министерства обороны РФ, находящейся по адресу: г. Москва, ул. Академика Скрябина, дом 3. Это лучшая поликлиника Министерства обороны и города Москвы.

Бывший заместитель министра обороны генерал Косован А.Д. почти всю территорию, на которой расположена поликлиника, являющуюся федеральной собственностью Российской Федерации, передал коммерческим строительным организациям, которые на территории поликлиники намереваются строить коммерческие многоэтажные жилые дома и гаражи. Генерал Косован АД. пообещал вместо снесённых зданий построить за счёт коммерческих организаций пятиэтажное здание поликлиники. Но даже если это так, то пятиэтажное здание в несколько раз дешевле изъятой земли. Более того, на территории поликлиники нет ветхих строений. Все здания капитально отремонтированы, оснащены новейшим дорогим оборудованием, потрачены большие государственные средства, и всё это пойдёт на слом. Наши жалобы направлялись Генеральному прокурору РФ, а оттуда Главному военному прокурору. Последний отвечает, что указанные факты беззакония Косована АД. подтвердились, а дальше что? Всё так и остаётся. Это называется узаконенный беспредел, который надо, если не властям, то народу, остановить”.

Интересное письмо. Не правда ли? Мы попробовали прояснить ситуацию. И кое-что узнать удалось. Весь сыр-бор разгорелся из-за 6 гектаров земли, которая, по мнению военно-строительного руководства армии, совсем не нужна. Земля была передана коммерческим организациям, которые взамен, как и пишут об этом авторы письма, обещали построить новое пятиэтажное здание для поликлиники. Строительство поликлиники инвесторы оценили в 40 миллионов рублей. Очень сомнительный обмен. Надо сказать, руководство поликлиники с этим мириться не стало и обратилось в Главную военную прокуратуру. ГВП, в свою очередь, провела проверку и пришла к вполне резонным выводам. Не так давно Московская гарнизонная военная прокуратура подала иск в Арбитражный суд Москвы о признании постановления правительства Москвы от 3 июля 2001 года № 597 “О комплексной реконструкции-территории квартала 129 микрорайона Выхино” недействительным и незаконным. “Версия” будет следить за ходом этого судебного разбирательства.

Квартирное кидалово

В редакцию поступила любопытная информация и о другом крупном скандале, связанном с армейской недвижимостью. Она пришла из профессионального союза военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов Московской области. Скандал разгорелся в Московском военном институте (МВИ), больше известном как бывшее Московское высшее общевойсковое командное училище им. Верховного Совета РСФСР (МВОКУ). Как и в случае со 2-й поликлиникой Минобороны, командование института пошло на открытое противостояние с квартирно-эксплуатационными чиновниками.

История эта началась в 1999 году. Начальник института генерал-майор Сергей Епишин, видимо потеряв всякую надежду на ГлавКЭУ, решил бороться с жилищной проблемой, которая сегодня крайне остро стоит в институте, собственными силами. Генерал решил построить на территории училища три 83-квартирных жилых дома. Начальник института обратился в квартирно-эксплуатационное управление Московского военного округа, где предложения Сергея Епишина нашли весьма разумными. КЭУ МВО согласилось выступить в роли заказчика строительства. За предоставленную институтом землю КЭУ обещало выделить МВИ 50 процентов квартир. Остальное жильё отходило в собственность КЭУ, которое оно по логике вещей должно было распределить между военнослужащими из других частей округа. Помимо передачи земли, институт принимал самое непосредственное участие и в самом строительстве. В частности, обеспечил подводку сетей энергоснабжения, постоянно выделял личный состав для строительных работ, разместил у себя в казарме строителей. Совместными усилиями первый дом был построен. И тут началось самое интересное. КЭУ Московского военного округа заявило, что забирает здание себе. Институту чиновники решили выделить всего 4 квартиры, вместо оговорённых ранее 42. Вопиющая разница. МВИ попросту оказался “кинутым”. Можно, конечно, предположить, что отнятые у института квартиры чиновники КЭУ решили распределить между более остро нуждающимися офицерами округа, да только по Минобороны ходят слухи, что большинство квартир уже распроданы. История, в общем, для наших дней вполне заурядная, если бы не один момент. В июле 2003 года генерал Сергей Епишин обратился в суд с иском о признании права собственности института на обещанное жильё. Прецедент забавный. Пожалуй, ещё никогда учреждения Минобороны не судились друг с другом.

Мы решили выяснить, как идёт судебное разбирательство непосредственно у самого Сергея Епишина. В телефонном разговоре с обозревателем “Версии” генерал воздержался от каких-либо комментариев, мотивировав свой отказ так “Я не хочу, чтобы эта история попала на страницы газет”. А жаль. Хотя генерала понять можно.

Война на Рублёвке

Не менее интересной выглядит ситуация и вокруг 147-й автобазы Генерального штаба, о которой мы уже рассказывали в предыдущих номерах. Напомним, что в 2001 году Министерство обороны и правительство Москвы приняли решение о передислокации части с территории памятника архитектуры “Провиантские склады”, что на Зубовском бульваре столицы, в новый военный городок на Рублёвском шоссе. Если кратко, то передислоцироваться не получилось. Несмотря на то, что правительство Москвы полностью профинансировало строительство новых объектов, строители (в роли заказчика выступало квартирно-эксплуатационное управление Минобороны города Москвы) с задачей не справились. Деньги куда-то исчезли.

После выхода в свет наших публикаций некоторые объекты автобазы вдруг резко оказались достроенными. На бумаге. Это гараж-стоянка на 800 машин и ремонтная мастерская. Объекты были приняты в эксплуатацию, когда начальник автобазы полковник Александр Марченко находился в отпуске. За Марченко расписался его заместитель. На самом деле строительство объектов не завершено. Как нам стало известно, командование автобазы собирается обратиться в суд по признанию актов ввода объектов в эксплуатацию недействительными. Если это произойдёт, кому-то придётся ответить. Причём серьёзно.

Конец эры Косована

Как мы видим, ситуация накаляется. То, что раньше и представить было невозможно, теперь происходит всё чаще и чаще. Командиры частей вступают в открытое противостояние с военными квартирно-эксплуатационными органами. Тому есть простое объяснение. Чаша терпения переполнена.

Военно-строительный комплекс сегодня называют самой коррумпированной структурой Министерства обороны. Разгул взяточничества и воровства пришёлся как раз на время бывшего начальника строительства и расквартирования войск генерала армии Александра Давыдовича Косована, которого журналисты окрестили олигархом в погонах. Между тем всё чаще и чаще слышны мнения о том, что генерал Косован, который после отставки перешёл на работу в правительство Москвы, не такая уж недосягаемая фигура. Позиции Косована заметно пошатнулись после ухода в отставку главы кремлёвской администрации Александра Волошина. Поговаривают, к Александру Давыдовичу имеются серьёзные вопросы у Генеральной прокуратуры.

Перемены ожидают и сам военно-строительный комплекс. Уже принято решение о создании новой структуры в составе Министерства обороны, в которую вольются ранее независимая структура “Росспецстрой” и, судя по всему, Железнодорожные войска.

Московский студент попал в армию из-за ошибки компьютера.

Новые Известия, № 119. Александр Колесниченко. Статья. “Весенняя сессия” по строевой.

Вадим Войцеховский стал солдатом, потому что университетский компьютер по ошибке вставил его фамилию в список отчисленных. Ошибочный приказ об отчислении вскоре отменили. Однако и Гагаринский райвоенкомат столицы, и Мосгорвоенкомат признали Вадима подлежащим призыву в армию.

Компьютер Российского университета дружбы народов “отчислил” Вадима Войцеховского 29 января 2003 года. Парень в это время отдыхал на каникулах дома в Новом Уренгое, а когда вернулся в Москву и увидел приказ о своем отчислении, бросился в деканат. Ошибку срочно исправили, приказ об отчислении Вадима аннулировали 11 марта как ошибочный и в тот же день известили об этом местный, Гагаринский райвоенкомат города Москвы. В весенний призыв парня не трогали. Казалось, история с отчислением из-за сбоя в компьютерной программе благополучно завершилась.

Но ранним утром 27 ноября в комнату общежития студгородка РУДН, где проживал Вадим, вломились милиционеры. “Нам были предъявлены списки неизвестного происхождения с нашими фамилиями, которые якобы являлись списками отчисленных и подлежащих призыву студентов”, – вспоминает сосед Вадима по комнате Кирилл Горшков. У парней отобрали паспорта, а когда студенты потребовали их вернуть, один из милиционеров сказал, что паспорта парням “в ближайшие два года не понадобятся”. Документы, подтверждающие, что они студенты, ребятам искать не разрешили. Их заставили быстро одеться, затолкали в милицейскую машину и привезли в Гагаринский райвоенкомат Москвы. Помимо Войцеховского и Горшкова, в военкомат тем утром доставили еще несколько десятков “отчисленных” студентов РУДН.

В военкомате студентов назвали “уклонистами”, приказали раздеться и немедленно пройти медкомиссию. Затем их согнали в актовый зал, где заседала призывная комиссия. Парни требовали позвонить в деканат и удостовериться, что все они являются студентами. Сотрудники военкомата отвечали, что они работают только с военно-учетным столом. “Когда дошла очередь до меня, – говорит Кирилл Горшков, – сотрудник военкомата Дятчин объявил призывной комиссии, что я отчислен за несдачу весенней сессии. Я сказал, что такой сессии нет в принципе, есть только зимняя и летняя. Мне ответили, что у призывной комиссии есть все документы о моем отчислении из университета”.

Но приказа об отчислении Кирилла Горшкова за несдачу “весенней сессии” у призывной комиссии не оказалось. Парня продержали в военкомате до полудня и отпустили, как отпускали большинство привезенных в то утро студентов. А Вадим Войцеховский в военкомате остался. Приказ о его ошибочном отчислении у призывной комиссии был, а вот приказа о его аннулировании в личном деле почему-то не оказалось. Вадим требовал связаться с университетом. Члены призывной комиссии на его слова не обращали внимания.

Кирилл Горшков попытался помочь другу. Из военкомата он первым делом поехал в деканат физико-математического факультета РУДН и получил там копию приказа об отмене приказа об отчислении Вадима Войцеховского. В военно-учетном столе университета Кирилл снял копию почтовой квитанции о доставке в военкомат заказного письма с отменой приказа об отчислении.

“Когда я вернулся в военкомат, заседание призывной комиссии еще продолжалось. Я попытался пройти в актовый зал, но офицер не пустил меня. Он забрал привезенные мной документы и сказал, что сам передаст их комиссии”. Вадим позже скажет, что никакие документы призывной комиссии офицер не передавал. Из военкомата его вскоре отвезли на городской сборный пункт на “Угрешку”, а оттуда в тот же день отправили в Наро-Фоминск в в/ч № 190 “Военная школа поваров”.

Мать Вадима, учительница математики, о призыве сына в армию узнала вечером 27 ноября. На следующий день она вылетела из Нового Уренгоя в Москву, не успев даже оформить на работе отпуск за свой счет. Женщина бросилась жаловаться в Мосгорвоенкомат, штаб Московского военного округа, Главную военную прокуратуру. В штабе Московского военного округа призыв Вадима признали незаконным. Женщине пообещали, что сына вернут из части на сборный пункт, “закроют” другим призывником, и “в тот же вечер он окажется дома”.

Рассмотрение жалобы на призыв Вадима Войцеховского призывная комиссия Мосгорвоенкомата назначила на 4 декабря. Утром женщина позвонила в воинскую часть. Ей ответили, что сын в сопровождении старшего лейтенанта “Военной школы поваров” уже выехал в Москву. Но к назначенному на 11 часов заседанию городской призывной комиссии он не успевал.

“Где призывник?” – был первый вопрос комиссии. “Едет из части”, – ответила женщина. “Так если он в воинской части, значит – уже солдат. И говорить тут не о чем, давайте голосовать”. Члены комиссии единогласно подняли вверх руки, утверждая решения призывной комиссии Гагаринского райвоенкомата. Мать Вадима протягивала комиссии приказ об отмене приказа об отчислении, справку из университета, подтверждающую, что Вадим в нем учится, и ходатайство декана факультета, в котором он просил признать призыв своего студента неправомерным. От женщины отмахивались со словами: “Потом, нам некогда, у нас сейчас построение военных комиссаров будет”. Вадим приехал час спустя и сразу же был отправлен обратно в воинскую часть.

А его мать осталась столице. У нее в Москве нет родственников, и комендант студенческого общежития разрешила ей поселиться в комнате Вадима. Она занимает кровать сына и ждет заседания Гагаринского райсуда, куда подала жалобу на незаконность призыва Вадима в армию. Первое, предварительное заседание суда назначено на 29 декабря. На нем суд планирует ознакомиться со сторонами и их требованиями. Рассмотрение же дела по существу начнется лишь после новогодних каникул. Мать переживает, что все это время сын будет находиться в воинской части и не сможет ходить на занятия в университет. “Ему бы учиться до суда… Не сдаст сессию, отчислят из университета, и попадет в армию уже по закону”.

Репортаж о Президентском полке.

Московский комсомолец, № 276. Виктория Богомолова. Статья. Закрытый полк.

Один парадный китель солдата этого полка стоит 2 тысячи долларов. На голове служивым, бывает, приходится носить по “полкило” — столько весит кивер — специальный головной убор. Только в этом воинском подразделении по утрам совершают пробежки вокруг Кремля, а на обед выдают повышенную норму масла. И именно здесь служили многие известные “силовики” — от Михаила Барсукова до нынешнего коменданта Кремля.

Мимо расположения этой воинской части каждый день гуляют тысячи иностранцев, гостей из российской глубинки и иногда — москвичи. При всем при этом она снискала славу чуть ли не самой закрытой в стране. Единственный раз дела в Президентском полку бурно обсуждались общественностью полгода назад: суд над сержантом Шуменко, обвиненным в дедовщине, подробно показали по всем каналам ТВ и описали в прессе. Таким образом, познания населения о “самом секретном” подразделении расширились, правда, не в самую лучшую сторону. А сами обитатели Арсенала теперь глядят на представителей СМИ куда более настороженно. Проникнуть туда, куда уходят, отработав смену, немногие “публичные” представители полка — караульные в Александровском саду, — в казармы за Кремлевской стеной, удалось корреспондентам “МК”. А заодно, как признались отцы-командиры, и стать первыми журналистами, которые провели в Президентском полку два дня, увидев все изнутри.

“Кастинг” для универсального солдата

Бесшумный современный лифт поднимает на четвертый этаж Арсенала — здесь находятся солдатские кубрики, музей, спортзал, клуб и прочие обеспечивающие жизнедеятельность полка помещения. Количество завидных женихов, снующих по коридорам, могло бы взволновать целый город невест. Прямо-таки модельная внешность — рост только выше среднего, приятные черты лица, славянский тип.

Судя по словам замкомполка Алексея Трошина, “кастинг”, который проводят для попадания в Президентский полк, самому элитному модельному агентству даже и не снился. Что интересно, служат в Президентском полку и представительницы прекрасного пола — стенографистками, машинистками и на прочих штабных должностях. Но с дамами все намного проще. “А для них столь же строгий отбор — к примеру, 90—60—90, от 180?” — интересуемся мы. В ответ полковник лишь усмехается. “Лишь бы человек был хороший”.

Мы заходим в комнату, интерьер которой состоит из многочисленных шкафов до потолка. В них хранится форма солдат. Больше всего комплектов у первой роты — почетного караула — шесть штук. Из шкафа для нас вынимают специальную форму — в ней солдаты стоят на посту у Могилы Неизвестного Солдата и участвуют в траурных мероприятиях. Отличия — барашковый воротник шинели и барашковая же шапка. Для особо торжественных мероприятий — к примеру, ее надевали на инаугурацию президента, а также на празднование 300-летия Питера в Царском Селе и в Эрмитаже, имеется церемониальная форма. “Мечта любого увольняемого в запас — синяя, с золотистыми эполетами, а еще вот это”, — говорит замкомандира роты Семен Кулибаба, опуская на голову корреспондента “МК” кивер. По личным ощущениям парадный головной убор весит не меньше чем полкило. “Постоишь в нем минут сорок, и уже больше ничего не хочется”, — делятся ребята. За такой формой здесь особый уход — она переходит от одного поколения бойцов к другому — и так с 96-го года. “Все дело в дороговизне. Вот этот китель, например, стоит примерно 2 тысячи долларов, а содержимое всего шкафа тянет примерно на 30”, — рассказывает офицер.

Форму требуют поддерживать в идеальном виде — нигде ни морщинки. Особенно сложно добиться, чтобы место крепления рукава к кителю было идеально отутюжено — на обычной доске сделать это почти невозможно. Поэтому в Президентском полку изобрели свой собственный, эксклюзивный способ глажения. По просьбе замкомандира полка его нам продемонстрировали в комнате бытового обслуживания — два солдата взялись за разные концы кителя, а третий прямо на весу стал гладить. Да, у редкой хозяйки получилось бы лучше...

Еще об одежде. Как известно, бойцам полка в любое ненастье приходится много времени проводить на улице. Перед тем как отправить караульного на 25-градусный мороз, его облачают в бекешу — это что-то вроде дубленки, с мехом внутри. Ну а на ноги — “вертолеты”, особо утепленные — тоже с толстым мехом — сапоги...

А вот и комната хранения оружия. Несмотря на то что солдат Президентского полка чаще всего можно увидеть либо с карабинами, либо вообще безоружными — так они, например, патрулируют территорию Кремля, у подразделения, по словам Алексея Трошина, есть чем ответить на любую угрозу. В арсенале полка, разбросанного по разным регионам РФ, имеется все — от бронетехники, военных машин, к примеру, “ГАЗ-66”, до стандартных автоматов Калашникова. Нам продемонстрировали другой вид оружия, научиться непринужденно пользоваться которым довольно сложно, — шашки. Парадные образцы отделаны серебром и золотом.

Кавалергарды президента

Но все-таки главная военная тайна здесь — не вооружение и не условия жизни, а структура и численность полка. Назвать его, положим, танковым или мотострелковым, по примеру других подобных подразделений, нельзя: “Часть у нас очень специфическая — в обычное комплектование мы не вписываемся”, — рассказывает замкомандира полка. Все, по его словам, зависит от задач, которые ставятся перед конкретным подразделением: одни стоят в почетном карауле, другие охраняют Кремль и прочие объекты — к примеру, правительственный “Внуково-2”, у третьих — вроде какого-нибудь взвода химзащиты — чисто боевые задачи. А недавно в ведение полка перешел конный батальон — от армейских киношников. В это подразделение набирают бойцов только по желанию. “Не каждый же решится к этому животному подойти”, — говорит Алексей Трошин. Гонять молодежь с газонов в Александровском саду вместе с конными милиционерами наездники из Президентского полка не намерены — им суждено стать “конным” подобием первой роты. Сейчас для почетного кавалерийского эскорта разрабатывают специальные ритуалы, и в будущем наездники будут выступать, гарцуя на скакунах на праздничных мероприятиях, наравне со своими пешими сослуживцами...

Что же касается численности Президентского полка, то в стандартные 3 тысячи человек он тоже не вписывается. Приводить на страницах “МК” точные цифры командир полка Михаил Филимонов нам искренне не советовал — “разглашение гостайны”. Известно лишь, что здешние солдаты живут не только в Арсенале, а раскиданы по частям в Купавне, в Калужской и Тверской областях. И не в пример бойцам других подразделений Вооруженных сил РФ сменить Подмосковье на Чечню не могут. В отличие от, например, английского аналога Президентского полка — королевской гвардии, солдат которой для поддержания боеспособности время от времени отправляют послужить в “горячие точки”. По мнению командования, “кремлевцам” такие тренировки ни к чему: “Если солдат обучен — он выполнит поставленную задачу, есть у него практика или нет”, — считает Алексей Трошин и приводит в пример события 93-го года, когда полк поднялся по тревоге и со всеми задачами справился.

“А когда в последний раз что-то реально угрожало Кремлю? — ехидно интересуемся мы у замкомандира. — Не в конце ли 60-х, когда планировалось покушение на Брежнева?” — “Помните, я показывал фото нашего мальчика, Боброва, — он пострадал тогда, когда пытались проехать через Спасскую башню? А вообще-то, понимаете, когда начинается стрельба — это уже не охрана, наша задача — не допустить таких инцидентов”. Но вот работать с личностями, которые нарушают кремлевский правопорядок, приходится часто. Например, роль своеобразной границы на территории Кремля выполняет пешеходный переход. Он отделяет “общественную часть” — с Царь-пушкой, Царь-колоколом и прочими туристическими достопримечательностями, от государственной — с четырнадцатым и первым корпусами Кремля. Хотя, по заверению “кремлевцев”, граждане сейчас и стали “больно воспитанными”, но в дни концертов в Кремлевском дворце то и дело пытаются “границу нарушить”.

Хрюшки и плюшки

“На самом деле Президентский полк не декорация, как некоторые считают, и не потешные войска, а боеспособная часть специального назначения, — уверяет полковник Трошин. — И нагрузки здесь больше, чем везде, — и моральные, и физические”. Есть тут и свой “фитнес-центр”. Интерьер: шведская стенка, брусья, два “козла”, пара тренажеров и сложенные в углу маты. Согласно висящему на стене листку с нормативами солдат Президентского полка должен уметь подтянуться 13 раз — это на “отлично”. От сдачи нормативов не могут “откосить” и дамы — к примеру, на стометровку брассом дается две с половиной минуты, а на беговой дорожке надо уложиться в 16,6 секунды. В обязательный комплект для кремлевских “солдат Джейн” входит еще и бег на 1,3 и 5 км, а также пятикилометровая лыжная гонка...

Гражданские ревнители здорового образа жизни, по утрам бегающие трусцой по паркам и скверам, здешним солдатам могли бы позавидовать — у последних “джоггинг” происходит непосредственно вокруг резиденции президента. Помимо гимнастики, рукопашного боя летом обязательны марш-броски, а зимой — лыжи. Вообще же на занятия у бойцов уходит шесть часов в день — помимо хорошей физической формы солдаты такого подразделения должны быть и политически подкованными.

Три раза в день бойцы подкрепляют уставшие мускулы и мозги в столовой. Продуктовый набор для “кремлевцев”, как оказалось, мало отличается от рациона обычных военнослужащих в других частях ВС. “Наши ребята получают на 20 граммов больше сливочного масла — за счет снижения других жиров, и примерно два раза в неделю пьют кофейный напиток — вот и вся разница”, — рассказывает начальник отделения продобеспечения Игорь Ханчич. Время, кстати сказать, было обеденным, посему солдатскими кушаньями угостили и корреспондента “МК”. Итак, на закуску в тот день в Президентском полку был свекольный салат, на первое — картофельный суп, на второе — гречка с тушенкой. Плюс десерт в виде грушевого компота. Заметим, что бойцы за соседними столами ели то же самое. Трехчасовая прогулка по Арсеналу, конечно, не марш-бросок, но после нее обед доставил настоящее удовольствие...

По словам Игоря Ханчича, продукты, конечно же, закупаются самого лучшего качества, но главную роль в кормлении “кремлевцев” все-таки играет фантазия поваров. “Пекут булочки, пирожки — у нас тут кадетский корпус из Рязани в гостях был — ели так, что за ушами трещало”, — смеется “главный по питанию”. А еще у полка есть свое подсобное хозяйство в Купавне — там выращивают крупный рогатый скот, так что говядина здесь своя. Недавно Игорь ездил на животноводческую выставку, где закупил коричневых поросят американской породы — повышенной мясистости — в количестве шести штук. “Еще мы сами солим сало. Прибежал солдат после марш-броска — ему дают чашку сладкого чая и бутерброд с салом”, — объясняет Игорь...

В это время под стеклом на столе у нашего собеседника мы замечаем любопытную бумагу, к вопросам питания, правда, никак не относящуюся, — план мероприятий полка на ближайшее воскресенье. “16-я рота — коллективный выход в Третьяковскую галерею, выезд взвода химзащиты в Дарвиновский музей...”. Помимо этого присутствуют Воробьевы горы и выставка Шилова. “Принцип “с чем приехал — с тем уехал” нам не подходит, мы стараемся за эти два года в Москве показать ребятам как можно больше”, — говорит Алексей Трошин. Звезды эстрады — частые гости в клубе Президентского полка: “Приезжали и Губин, и Винокур, и Дима Маликов”, — рассказывает замкомандира полка. Три раза в неделю крутят кино — “Властелина колец”, например, солдаты посмотрели в то же время, как только лента появилась в прокате кинотеатров. В обязательном порядке тематические картины — из последних, говорят, бойцам особенно понравилась “Звезда”, а из старых любят фильм “Максим Перепелица”...

После столовой мы заглядываем к “Оптимистам” — у Президентского полка есть собственная эстрадная группа с таким жизнеутверждающим наименованием. Специально для корреспондентов “МК” в самом центре Кремля грянула песня из репертуара “Сектора Газа”. Музыкальное образование здесь только у одного участника, все остальные — любители. Как нам рассказал Сергей, стажирующийся в группе в качестве клавишника, основной репертуар — песни “Любэ”, “Короля и шута”.

Флирт у Кремлевской стены

В любом воинском подразделении всегда есть своя элита. В Президентском полку это, конечно же, рота специального караула (РСК) — не путать с подобной частью в полку Комендантском, солдаты которой занимаются встречами-проводами глав иностранных государств. “Рабочее место” для первой роты полка — пост у Могилы Неизвестного Солдата и Мавзолей.

Попасть в РСК — задача архисложная. “Ребят я отбираю в бане — слишком худые не выдержат наших нагрузок. Отсеиваю и тех, что с большими “банками” (бицепсами. — В.Б.), — у них ниже четкость, резкость, они более неповоротливые”, — делится замкомандира первой роты Семен Кулибаба. Дальше из примерно одинаковых по росту составляются пары — так они будут ходить в караул. Особенно ценятся близнецы.

Обучают премудростям караульной службы — тянуть носок, чеканить шаг — примерно полгода. После ста служб — это считается очень много — служивые могут рассчитывать на ценный подарок типа часов. Рекорд же пара караульных поставила в прошлом году — двести две службы. Больше всего бойцов напрягает не долгое стояние на посту и капризы погоды, а всевозможные шалости граждан. “Зимой некоторые считают своим долгом залепить постовому снежком в глаз, достается и от девушек — могут подойти к постовому и юбку задрать, грудь оголить”, — рассказывает замкомандира роты. Все это солдат обязан стойко игнорировать. Единственное исключение — это если кто-то полезет на территорию охраняемого объекта. “У нас тут в мае свадьба решила сплясать прямо на Могиле Неизвестного Солдата — постовой встал было на пути, так и ему досталось”, — вспоминает Семен. А вообще в таких случаях караульный имеет право действовать штыком и прикладом.

В экстренных ситуациях — если грозит опасность или внезапно стало плохо, караульный может вызвать подмогу — достаточно один раз стукнуть по земле карабином. В левом нагрудном кармане у солдата обязательно лежит платок — в жару к постовым подходит офицер из резерва — вытирает пот со лба. По словам самих бойцов РСК, с которыми нам удалось пообщаться, каждый вечер они проходят мини-медосмотр — им меряют температуру, давление. Если кто-то жалуется на малейшее недомогание — в караул не пустят. Но такое скорее редкость. Особенно жесткая конкуренция по поводу того, кто пойдет на пост, разворачивается в праздники. Предел мечтаний — заступить в новогоднюю ночь или на 9 мая, чтобы по телевизору увидела вся родня. Будни солдат первой роты тоже выглядят несколько по-звездному. “Переодеваться в разные формы раз по пять в день приходится — как на подиуме”, — смеются бойцы. Быть на публике, постоянно видеть президента, иностранные делегации и прочих вип-персон им, судя по всему, нравится — по признанию наших собеседников, на гражданке хотя бы будет что вспомнить...

Многое требуя, служба в Президентском полку многое и дает. Здесь активно занимаются трудоустройством увольняющихся воинов. Многие по традиции идут в органы ФСБ, ФСО и другие силовые структуры. “Почти половина увольняемых, — говорит полковник Трошин, — попросили справки на внеконкурсное поступление в МГУ. С лучшим вузом страны у нас прекрасные отношения, за что надо благодарить ректора Виктора Садовничего, проректора Владимира Мамонтова. Наибольшей популярностью пользуется географический факультет, уж очень увлекательно рассказывает о нем популярный телеведущий Николай Николаевич Дроздов, частенько бывающий у нас. Поступают и на юрфак, на экономический, философский, в общем, практически весь спектр...”.

Не каждый из уходящих из полка солдат станет генералом, как Михаил Барсуков или нынешний комендант Кремля Сергей Стрыгин, кто-то станет жить мирной гражданской жизнью. Но все, кто служил в Президентском полку, будут с гордостью вспоминать о своей кремлевской службе и о том, что увидели и узнали за два года.

“Закон об АГС принят, – комментирует ситуацию член Московской Хельсинкской группы С. Сорокин. – Но прокуроры и военкомы считают, что раз до вступления закона в силу осталось еще две недели, то “альтернативщиков” надо проучить. Тем самым они продолжают игнорировать право граждан на АГС”.

Русский курьер, № 173. Зоя Светова. Статья. Бутырская прокуратура против АГС.

Василий Куликов не похож на героя. Он - спокоен, потому что уверен в своей правоте. И, похоже, не боится суда, который предстоит ему в самое ближайшее время. 19 декабря в 10 часов утра Бутырский межмуниципальный суд города Москвы начнет рассмотрение уголовного дела по статье 328, ч.1("уклонение от прохождения военной и альтернативной гражданской службы).

Дело против Куликова было возбуждено Бутырской прокуратурой 5 июня 2003 года, а 20 июня ему позвонил следователь Монаков и вызвал его на допрос. Проблема в том, что еще 26 октября 2001 года Василий отправил в свой районный военкомат письмо с уведомлением о вручении, где он подробно объяснял, что решил "согласно конституции РФ проходить военную службу в виде альтернативной гражданской службы, поскольку военная служба противоречит моим убеждениям".

В том же заявлении Куликов писал, что не считает "политику всегда чистым и справедливым делом, что война или угроза военной силой - это продолжение политики". Он не желает приносить присягу, то есть, связывать себя клятвой и становиться частью "машины", которая может вовлечь его в те ситуации, где ему придется поступать против совести.

В военкомате отвернулись от заявления Василия и призывная комиссия в его отсутствие признала Куликова годным к военной службе. Его фамилия, скорей всего, была занесена в список уклонистов. И за ним начала охотиться милиция. Несколько раз приезжали домой, пытались силой отвезти в военкомат. Пытаясь защититься, Куликов обжаловал решение призывной комиссии в гражданском суде.

На процесс, который состоялся 31 мая 2001 года пришел представитель военкомата, который заявил, что Василий должен служить, поскольку по состоянию здоровья он годен к военной службе и ничего не хотел слушать о каких-либо убеждениях, которые показались ему "не очевидными".

Суд занял сторону военкомата, также отказавшись принять всерьез пацифистские убеждения истца. В решении суда было записано: "Конституция Российской Федерации представляет право на альтернативную гражданскую службу". И дальше - "В удовлетворении жалобы(об отмене решения призывной комиссии Ред.) отказать".

"В суде я заявлял, что я - христианин и хожу в церковь Христа, - рассказывает Василий. - Я объяснил, что против моих убеждений давать присягу. То же самое я подтвердил и в Мосгорсуде на кассации, когда обжаловал решение первой инстанции. Но мою просьбу опять не удовлетворили. Мосгорсуд поддержал решение первого суда."

Расследование уголовного дела по "уклонению Василия Куликова от призыва" длилось недолго. Обвинительное заключение представляет из себя всего несколько страниц. Василий говорит, что следователь Монаков, который сначала вел это дело пугал его тем, что "его могут посадить, если он не согласится идти в армию". Когда Куликов напоминал следователю о том, что право на альтернативную службу записано в Конституции, тот предлагал ему найти в Уголовном кодексе уважительную причину, которая позволяет ему уклоняться от службы в армии. Естественно, ничего такого в УК Василий не нашел.

В обвинительном заключении так и написано: "Куликов уклоняется от военной службы, ссылаясь на якобы имеющиеся у него пацифистские, антимилитаристские убеждения, и также указывая, что он исповедует христианство".

Когда в июне прошлого года судья Окуловского районного суда Новгородской области приговорил "альтернативщика" Андрея Доценко к 1 году колонии, в прессе поднялся большой шум. На защиту 20-летнего программиста встали зам. главы Администрации Дмитрий Козак, депутат Госдумы Борис Немцов и другие известные люди. В результате приговор был отменен в кассационной инстанции и Доценко вышел на свободу. К тому времени закон об АГС прошел уже первое чтение в Госдуме. И казалось, что Доценко стал "последней жертвой " отсутствия закона, соответствующего норме Конституции.

Сегодня кажется совершенно невероятным, что Бутырская прокуратура столицы посчитала возможным возбудить уголовное дело против "альтернативщика", а Бутырский суд ничтоже сумняшеся принял это дело к производству!

"Закон об АГС принят, - комментирует ситуацию член Московской Хельсинской группы Сергей Сорокин.- Но прокуроры и военкомы считают, что раз до вступления закона в силу осталось еще две недели, то "альтернативщиков" надо проучить. Тем самым они продолжают игнорировать право граждан на АГС. Но, как показывает судебная практика подобных дел в конечном счете, все зависит от судьи. Если он серьезно относится к делу, то, как правило, оправдывает "отказчиков" от военной службы".

Значит ли это, что теперь вся надежда на Бутырский суд? Которому придется, не просто рассмотреть по существу дело "альтернативщика" Василия Куликова. Но, по всей видимости, защитить и Конституцию, и недавно принятый Закон об АГС.

Иначе, получится, что не только Бутырская прокуратура выступает против российского законодательства, но и Бутырский суд! А это, согласитесь, перебор...

Права детей и женщин

Интервью с Уполномоченным по правам ребенка в Москве А. Голованем о возможности создания института школьных омбудсменов в столице.

Русский курьер, № 171. Маргарита Парфененкова. Статья. Школьник – тоже человек.

Непривычным для российского слуха словом "омбудсмен" на Западе называют людей, защищающих права человека. То ли слово московским чиновникам понравилось, то ли власти города решили "равняться" на просвещенную Европу вкупе с Америкой, но только не так давно руководитель департамента образования столицы Любовь Кезина бросила клич: "Омбудсменов - каждой московской школе!". Но одно дело - посадить в каждой школе охранника следить за порядком, и другое - найти человека для охраны прав ребенка. Уполномоченный по правам ребенка в городе Москве Алексей Головань уверен, что школьные омбудсмены не могут появиться из ниоткуда. Возвести здание института правозащиты невозможно в одночасье, это дело будущего.

- То, что было высказано руководителем департамента образования Любовью Кезиной - это пока только идея. Инициатива может идти "снизу", от самих учебных заведений. Омбудсменом должен быть наиболее авторитетный человек, и должность его - выборная. Их нельзя назначать, заниматься такой деятельностью можно исключительно по призванию. Защищать права ученика должен человек, обладающий личными принципами, знанием жизни, мудростью и безусловным авторитетом.

- И, наверное, независимостью от школьной администрации. Если защитник будет наниматься теми, от кого ему придется защищать подопечных, то дети в итоге получат хороший урок лукавства, а никак не справедливости...

- Конечно, правильнее, если омбудсмены станут работать на общественных началах. Требуется ведь этакий третейский судья, независимый, без властных полномочий, в чью справедливость безусловно верят все. Хотя госпожа Кезина и предположила, что такие люди будут зачисляться в штат, вряд ли сегодня найдутся в школах свободные штатные единицы, да и дело это не такое быстрое - людей нужно готовить. Вообще, это очень сложный процесс, и не нужно ждать немедленной всеобщей омбудсменизации...

- И среди кого следует искать третейских судей?

- Среди бескорыстных и уважаемых людей. Прежде всего - это учителя. Могут быть и известные, авторитетные родители, и даже старшеклассники. Но все-таки омбудсмен - это человек не на один день. В Южном округе Москвы уже не первый год работают учителя-защитники. Началось все с одного человека - можно сказать, первого российского школьного омбудсмена - Ляли Михайловы Неповинной. Она еще в 1997 году начала эксперимент в своей гимназии № 1552, а с мая нынешнего года в округе появилось еще 13 омбудсменов. Сейчас там "воспитывается" очередная группа защитников из 25 человек.

- А от кого или от чего приходится сегодня защищать школьников.

- Везде есть конфликты. Любое учебное заведение - это живой организм, в котором переплетаются интересы участников - учителей, учащихся, родителей, технического персонала... В основном - это межличностные конфликты. К нам часто обращаются учащиеся с жалобами на действия администрации, учителей: на их грубость, на незаслуженные оценки, на пристрастное отношение, недопуск к экзаменам. Часто все эти споры и ссоры происходят на неконструктивном, эмоциональном уровне, на взаимных обидах, упреках.

- Откуда у нас вообще возникла идея школьных омбудсменов?

- Как и многое - пришла с Запада. Большое число наших вузов, гимназий и школ имеют прямые связи с западными "побратимами". И перенимают их опыт. В США, например, в каждом университете работают омбудсмены на общественных началах. И у нас они появились в МГИМО, как я уже рассказал в школах Южного округа, в Саратове, Волгограде. Но это все - инициатива снизу. Теперь, в связи с инициативой "сверху", омбудсменов станет гораздо больше.

- Отчего "сверху" столь основательно решили подойти к делу - назрела серьезная проблема?

- Я бы не сказал, что существует какая-то серьезная проблема. Среди вопросов, с которыми обращаются к Уполномоченному по правам ребенка в Москве, школьные конфликты занимают очень незначительную, почти незаметную часть. Основные проблемы детей в столице связаны с нарушениями их права на жилье. Кстати, школьные омбудсмены - это не только посредники в спорах, но и грамотные, неравнодушные и надежные помощники в сложных житейских ситуациях. Не так давно Ляля Михайловна Неповинная помогла своей ученице в очень непростой ситуации. У одиннадцатиклассницы умерла мать, и девочка осталась круглой сиротой. Откуда ни возьмись объявились непонятные родственники, явно претендующие на квартиру девочки, возникли проблемы с органами опеки. И Ляля Михайловна, очень переживавшая за школьницу, решила проконтролировать - правильно ли все делается, не нарушаются ли права ребенка на льготы и жилье. Мы консультировали ее в этих вопросах. В итоге удалось отбиться от чужих людей, защитить будущее ребенка.

- На кого чаще всего жалуются ваши подзащитные?

- Когда мы только начинали два года назад, были уверены, что больше всего жалоб будет на исполнительную власть, но столкнулись с чудовищным парадоксом - приходится защищать детей от их защитников! Суды, прокуратура, органы опеки занимают позиции невмешательства, выжидают и даже идут на откровенные нарушения. Органы опеки с легкостью дают разрешения на проведения сделок по отчуждению жилья, хотя знают, что семья неблагополучна. И мать-пьяница, продав квартиру, идет в притон, ее дети - на улицу. Дела о признании сделок недействительными слушаются годами. Это - самые сложные случаи, в которых практически невозможно помочь. А вообще у нас из всех обращений в этом году положительно решено 25 процентов дел. Считается, что в правозащитном деле 20 процентов - это огромная удача. Люди к нам идут потоком. В 2003 году - 700 личных обращений, не считая груды письменных заявлений. Эта работа позволяет видеть и прорехи в законодательстве, и в деятельности властных структур. Мы - это инструмент и контроля, и помощи. Но все-таки мы не решаем проблемы, а только указываем на них. Справка "РК" Алексей Головань - Уполномоченный по правам ребенка в городе Москве. Он пока единственный в столице и самый главный защитник московских детей. Проблемами детей-сирот он стал заниматься после окончания МИФИ. В 1989 году Алексей Головань создал благотворительную организацию "Соучастие в судьбе", которая оказывает помощь выпускникам детских домов. Должность Уполномоченного по правам ребенка была утверждена Московской городской Думой в 2001 году. Этот человек по статусу приравнен к министру города, независим при осуществлении своих полномочий и неподконтролен каким-либо государственным органам и должностным лицам.

Одиннадцать НКО присоединились к договору о взаимодействии детских общественных объединений столицы.

АСИ (web-сайт), 15 декабря. Информ. сообщ.

МОСКВА, 15 декабря. Руководители 11 НКО присоединились к договору о взаимодействии детских общественных объединений столицы. Ранее договор был подписан 67 организациями Москвы. По словам присоединившихся к договору, документ способствует более тесному сотрудничеству и развитию дружеских отношений между детьми из клубов и отрядов различной направленности. Подписание договора состоялось на сцене Концертного зала имени П.Чайковского в рамках подведения итогов I фестиваля детских общественных объединений города Москвы. Фестиваль проводился по инициативе Совета детского общественного движения столицы.

Свобода совести

Руководителю музея и общественного центра "Мир, Прогресс, Права человека" имени А. Сахарова Ю. Самодурову пришла повестка из Московской городской прокуратуры, в которой содержится требование явиться в прокуратуру для предъявления обвинения.

Колокол.Ру, 18 декабря Информ. сообщ. Главу музея имени Сахарова обвиняют в разжигании религиозной вражды.

Руководителю музея и общественного центра "Мир, Прогресс, Права человека" имени Андрея Сахарова Юрию Самодурову пришла повестка из Московской городской прокуратуры, в которой содержится требование явиться в прокуратуру для предъявления обвинения. Самодуров сообщил Граням.Ру, что его собираются обвинить в действиях, направленных на возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды, унижение национального достоинства, а также в пропаганде исключительности, превосходства либо неполноценности граждан по признаку их отношения к религии, национальной или расовой принадлежности. Кроме того, Самодурову вменяется в вину использование служебного положения для осуществления этой деятельности (ст. 282 ч.2 п.б УК РФ). Однако Юрий Самодуров в указанный день явиться в прокуратуру не сможет, так как болен.

Московская прокуратура возбудила в отношении руководства Центра уголовное дело по факту разжигания религиозной розни, которая якобы имела место во время проведения выставки "Осторожно религия!" в январе этого года. После открытия выставки несколько человек, в том числе некие Михаил Люкшин и Анатолий Зякин, разломали и замазали краской экспонаты. Свои действия погромщики мотивировали тем, что их религиозные чувства якобы были оскорблены. Они были задержаны сотрудниками милиции, а сотрудники Центра выступили свидетелями. Однако 11 августа Замоскворецкий суд признал незаконным возбуждение уголовного дела против Люкшина и Зякина.

Свобода слова и информации

Прокуратура опечатала веб-сервер Граней.Ру.

Грани.Ру, 18 декабря. Статья.

Сервер Граней.Ру, находящийся в дата-центре компании "Корбина Телеком" (ЗАО "Инвестэлектросвязь"), опечатан Московской городской прокуратурой по распоряжению прокуратуры Чеченской Республики. Эти действия с сервером, принадлежащим Граням, были произведены еще 27 ноября в рамках расследования уголовного дела по факту похищения чеченских прокуроров (к тому моменту прокуроры уже были освобождены). В тот же день та же группа в составе старшего следователя Алексея Галкина и специалистов ФСБ побывала в редакции Граней.Ру, чтобы произвести выемку второго видеообращения бывшей заложницы Надежды Погосовой, однако об опечатывании веб-сервера нас не поставили в известность.

Как сообщили нам в "Корбине", сотрудники прокуратуры, предъявив постановление о выемке видеофайла, попросили изъять его с сервера. За отсутствием такой возможности следственная группа намеревалась конфисковать сервер, однако затем решила ограничиться его опечатыванием "до выяснения пароля". Работники прокуратуры оставили "Корбине" копию протокола о произведенных действиях и пообещали в ближайшее время уведомить провайдера о том, что сервер Граней.Ру можно "распечатывать". Однако этого до сих пор не произошло.

На этой неделе руководство Граней.Ру обратилось в прокуратуру за разъяснениями. Следователь Галкин в телефонном разговоре сообщил, что сервер можно распечатать безнаказанно и без всяких формальностей. Узнав, что мы собираемся обнародовать информацию о произошедшем, он прислал в редакцию по факсу письмо, в котором говорится, что мы "имеем право нарушить опечатывание" сервера.

Напомним, что следователи впервые посетили редакцию Граней.Ру 19 сентября этого года в связи с публикацией видеообращения Погосовой, которое мы получили по электронной почте. Второе видеообращение заложницы было опубликовано на нашем сайте 30 сентября. Сотрудники Граней.Ру были допрошены в качестве свидетелей по этому уголовному делу.

комментарий

В деле о похищении прокуроров Грани.Ру ни в чем не подозреваются. Это подчеркивала сама прокуратура. А потом ее сотрудники вместе со спецами ФСБ явились к нашему хостинг-провайдеру, попытались получить доступ к принадлежащему нам серверу и порывались его конфисковать.

Что и у кого пытались изъять следователи, навещая "Корбину" и нашу редакцию? Это должно быть четко указано в постановлении о выемке. По мнению известного адвоката Александра Глушенкова, к которому мы обратились за консультацией, в данном случае следовало бы говорить о выемке почтовых и телеграфных отправлений (п.2 ст. 13 УПК), а не о выемке документов (ст.183 УПК подразумевает документы, находящиеся на материальных носителях). А выемка почтовых отправлений производится только на основании судебного решения. В этом случае текст обращения и реквизиты должен предоставить оператор связи (который, впрочем, не обязан хранить прошедшую через него информацию - так что почтовое отправление могло и не уцелеть).

Прокуратуре удалось успешно воспользоваться командой traceroute и вычислить, у кого мы хостимся. При этом она проигнорировала тот факт, что сервер принадлежит собственно "Граням". По словам Галкина, нас не информировали о происходящем, поскольку сервер был опечатан в офисе "Корбины", - то есть "Граней" это как бы и не касается. Очевидным образом ущемлены права владельца сервера.

Не сумев изъять "документ", следователи произвели опечатывание. Но такого процессуального действия вообще не предусмотрено законом. Не говоря уж о его очевидной бессмысленности.

Затем прокуратура на две с лишним недели благополучно забыла, что опечатала сервер. И если бы мы ей об этом не напомнили, история, видимо, могла затянуться на годы. А в тот момент, когда нам потребовался бы физический доступ к серверу и мы сорвали бы приклеенные бумажки, наши действия можно было бы квалифицировать по статье 294 УК (воспрепятствование осуществлению правосудия и производству предварительного расследования наказывается штрафом, либо обязательными работами на срок от 180 до 240 часов, либо арестом на срок от трех до шести месяцев). В этой ситуации устное предложение распечатать сервер трудно трактовать иначе как провокацию.

Допустим, вся эта катавасия объясняется исключительно бюрократическим бардаком в технически неграмотной прокуратуре. Получается, что к любому провайдеру, у которого хостится интернет-СМИ, может прийти следователь с бумажками и, не получив от провайдера файла с сервера (которым провайдер не владеет), взвалить сервер на плечо и уволочь. Конфискация за невозможностью выемки. Универсальный способ уничтожить - или, во всяком случае, надолго заглушить - сетевое СМИ.

Деятельность государственных структур и законодательство в сфере прав человека.

Экспресс-мониторинг московского законодательства от 16 декабря 2003.

Постановление Правительства Москвы от 9 декабря 2003 г. N 1019-ПП "О проектах Московского трехстороннего соглашения и Соглашения между Министерством труда и социального развития Российской Федерации и Правительством Москвы на 2004 год"

Одобрены проекты Московского трехстороннего соглашения на 2004 г. между Правительством Москвы, московскими объединениями профсоюзов и московскими объединениями промышленников и предпринимателей (работодателей) и Соглашения между Министерством труда и социального развития РФ и Правительством Москвы с участием московских объединений профсоюзов и московских объединений промышленников и предпринимателей (работодателей) о совместной деятельности по реализации государственной политики в области содействия занятости населения и социальных гарантий трудящимся города на 2004 г. Мэру Москвы рекомендовано подписать проекты со стороны Правительства Москвы.

В новом Трехстороннем соглашении предполагается установить городской минимум оплаты труда с 1 мая 2004 г. - 2000 руб., а с 1 октября 2004 г. - 2500 руб. Правительство Москвы планирует увеличить фонд оплаты труда работников учреждений социальной сферы не менее чем на 30 процентов к уровню 2003 г. и увеличить абсолютный размер доплат из бюджета города работникам социальной сферы с 1 мая 2004 г. на 15 процентов и с 1 октября 2004 г. - не менее чем на 25 процентов.

Постановление Правительства РФ от 11 декабря 2003 г. N 750 "Об организации альтернативной гражданской службы".

Определяется порядок представления федеральными органами исполнительной власти и органами исполнительной власти субъектов РФ предложений, связанных с организацией альтернативной

гражданской службы, а также принятия специально уполномоченным федеральным органом исполнительной власти решений по вопросам участия указанных органов в организации альтернативной

гражданской службы.

Указанные предложения представляются до 1 февраля 2004 г., а начиная с 2005 года, ежегодно до 1 января в Минтруд России. Перечисляются сведения, которые должны содержаться в указанных предложениях. Минтруд России с участием Минобороны России в соответствии с данными о численности и составе граждан, в отношении которых призывными комиссиями вынесены заключения о замене им военной службы по призыву альтернативной гражданской службой, принимает решения об участии органов исполнительной власти в организации альтернативной гражданской службы в подведомственных им организациях, разрабатывает для каждого из них плановые задания по приему граждан для прохождения альтернативной гражданской службы.

Постановление вступает в силу с 1 января 2004 г.

10 декабря в Кремле прошла встреча Президента РФ с членами Комиссии по правам человека при Президенте РФ и руководителями правоохранительных органов, приуроченная ко Дню прав человека.

Московские новости, № 47. Алексей Симонов, президент Фонда защиты гласности. Статья. Мы странно встретились.

Пару недель назад Комиссия по правам человека при Президенте России, в которую я имею честь входить, впервые встречалась с Дмитрием Медведевым. Никаких разговоров о предстоящем общении правозащитников с президентом на этой встрече не было. Более того, настроение у нас после Медведева было достаточно скверным: глава администрации произвел странное впечатление отсутствием сколько-нибудь выраженной индивидуальности и попыткой превращать каждый вопрос в вереницу плотно упакованных силлогизмов.

И вот восьмого декабря нам звонят: "Готовьтесь, десятого - в День прав человека - встреча с Путиным". Формат - тематический, как и на аналогичной встрече год назад: проблема неконтактности право- охранительных органов и их полная неподконтрольность обществу. Но поговорили тогда - и ничего не изменилось. Значит, надо снова разговаривать.

В шесть вечера мы - у президента. Зашли и замерли: такой синклит силовиков, собранный в одном месте, лично я живьем не видел никогда. Только министра обороны не было, а так - и Патрушев, и Грызлов, и Устинов, и главы судебной власти... Президент оказался довольно прилично подготовлен к разговору - в отличие от министров и судей. Обсуждение конкретных случаев для них - мелко, а для разговора о более общих предложениях они были явно не готовы. Директор ФСБ вообще не произнес ни одного слова, равно как и глава МВД.

Те, кто все же решил говорить, видимо, не знали, чего от этой встречи хочет Путин, поэтому периодически допускали ошибки в интонации. Для нас же было совершенно ясно, что правозащитники использованы как резонансное устройство. Президенту надо было обнародовать несколько позиций. Первая: демократия сохранена. Вторая: он не слишком доволен итогами выборов, ему не нужна столь управляемая Дума. Отсюда - третья позиция: Путин не собирается менять Конституцию. Про это сказано было очень четко. Президент даже добавил: "Министры, может, через 5 - 6 лет еще будут работать, а я уже точно буду в это время выращивать розы". Хотя то, что будет думать Путин на этот счет через два или три года, лично я предсказать не берусь.

В остальном Путин довольно легко шел на разговор, даже самый неприятный. Например, когда Светлана Ганнушкина указала на недостатки его поправок к Закону о гражданстве - там, несмотря на общую либеральность, все вновь привязано к прописке, - он не обиделся, как это делает обычно. Очень хорошо он отнесся к тому, что излагала Тамара Морщакова, некогда работавшая в Конституционном суде, - про способы процессуального ограничения самовольства право- охранителей. А в вопросе о малых зарплатах в МВД, которые провоцируют коррупцию, мы с президентом друг друга не поняли: он считает, что всю страну надо вытягивать одновременно и по чуть-чуть, не создавая никаких приоритетных направлений. "Как тогда быть с медсестрами?" - спросил он нас. Я сказал, что можно увеличить зарплату за счет ликвидации пиар-агентств, в которые превратились пресс-службы силовиков. Президент ничего ободряющего на этот счет не ответил.

Однако теперь приходится вдохновляться даже малыми знаками того, что власть прислушивается к голосу правозащитного движения. Мы все еще берем на себя ответственность за такое малоприятное дело, как наблюдение за властью, и снимать ее с себя не собираемся. У нас были хорошие союзники в Думе - депутаты СПС и "Яблока". Теперь их нет. Раньше мы могли рассчитывать на ежегодную встречу с президентом и на то, что раз в квартал он примет Эллу Памфилову. Судя по развитию событий, даже такой, весьма зыбкий контакт с властью скоро может стать чем-то совсем эфемерным.

В любом случае наш диалог будет очень трудным - однако он худо-бедно, но идет. Да, Путин считает нас излишне субъективными и предпочитает слышать наши слова весьма избирательно. Но и мы в долгу не остаемся: считаем его таким же и слушаем, видимо, соответственно. По крайней мере, хоть в этом уже нашли общий язык.

Деятельность правозащитных организаций

Правозащитники предлагают усовершенствовать статью УК о возбуждении национальной розни.

Колокол.Ру, 15 декабря. Информ. сообщ.

Московские правозащитники предлагают усовершенствовать статью УК о возбуждении национальной, расовой и религиозной вражды, сообщает Бюро правовой информации. Выступая в понедельник на пресс-конференции, посвященной проблемам ответственности за распространение литературы нацистского содержания, член Комиссии по правам человека при президенте РФ Валерий Борщев отметил, что формулировки этой статьи УК "слишком размыты". По его мнению, следует провести специальный пленум Верховного суда, который проработал бы статью 282 и определил практику ее применения. Борщев считает, что президенту следует внести проект соответствующих поправок в УК: "Президент является субъектом законодательной инициативы, у него есть весьма толковый советник, законник - Козак. Он тоже должен проявить инициативу. В противном случае опасность усиления нацизма разрушит наше общество".

Его коллега адвокат Владимир Новицкий высказал предположение, что статья 282 УК РФ не работает не из-за "размытости" ее положений, а потому, что "она требует доказать в действиях обвиняемого прямой умысел". "Однако доказать, что автор того или иного издания, при всей очевидности нацистского содержания, предвидел наступление социально опасных последствий, осознавал противоправный характер своих действий и желал их наступления, практически невозможно. Экспертиза каждый раз легко может доказать отсутствие прямого умысла”, - пояснил Новицкий.

По его мнению, необходимо внести поправки, которые бы предусматривали наступление мягкой уголовной ответственности при наличии уже косвенного умысла. Виктор Дашевский, член Московского антифашистского центра, предлагает квалифицировать высказывания о депортации некоренных народов как совершение преступления, предусмотренного статьей 282, не нуждающееся в проведении экспертизы.

Перечень общественных организаций, входящих в молодежное антифашистское движение. Вечерняя Москва, № 234. Александр Литой. Статья. Выход есть: "АНТИFA".

Который год в СМИ идут разговоры об опасности фашизма, но при этом ораторы почти всегда сводят все к одному - "куда смотрит милиция". Вряд ли это правильный подход: репрессии со стороны власти не решают проблему, а лишь добавляют имиджу нацистов "крутости" и "антисистемности". Нацизм будет уничтожен только тогда, когда общество даст понять его адептам, что оно не желает терпеть расистское насилие. Не дожидаясь государства, в Москве сформировалось молодежное антифашистское движение. Вот некоторые антифа-инициативы, начиная со второй половины 90-х годов и по наши дни.

"АМД". "Антифашистское Молодежное действие" создавалось и финансировалось как молодежная организация при "Союзе правых сил". В середине 90-х получило большую известность: проводило пикеты, устраивало музыкальные концерты и художественные акции, выпускало наклейки, подвергалось атакам со стороны нацистов, которые не были отражены на должном уровне. Число членов "АМД" доходило до нескольких сотен. Закончилось деятельность "АМД" тем, что ее лидер, Петр Казначеев, уехал учиться в Италию, потом работал в штабе НАТО, сейчас же - в Администрации президента. Большинство бывших членов "АМД" от этих метаморфоз не в восторге. "ЛАС". "Левое антифашистское сопротивление" - структура, аналогичная "АМД", но в несколько раз меньшая по масштабам и состоявшая из молодых коммунистов. Занималась примерно тем же, просуществовала несколько лет во второй половине 90-х.

"Школа "Гражданского содействия". Реальная возможность позитивно противостоять национализму. При общественной организации "Гражданское содействие", занимающейся гуманитарной и юридической помощью беженцам и вынужденным переселенцам, работает школа для детей из "горячих точек". В школе есть как профессиональные педагоги, так и студенты-волонтеры. "Лицо кавказской национальности". Когда во Вторую мировую Данию оккупировали нацисты, почти все ее население вышло на улицы с нашитыми на рукава желтыми шестиконечными звездами, чтобы выразить протест против массовых уничтожений евреев. Так как политика правоохранительных органов не отличается толерантностью по отношению к выходцам из южных регионов, пару лет назад московской группой молодежного движения "Автономное действие" была придумана похожая акция: были изготовлены тысячи наклеек, листовок, значков и маек с надписью "Лицо кавказской национальности". Так унизительное слово-штамп из телевизионных криминальных хроник превратилось в протестный слоган.

"Вайтсмоки". Несколько лет назад уличный клан с Манежной площади "White Smoke", состоявший изначально из любителей хип-хоп-культуры, решил сам разобраться с фашистами. Несколько мощных драк вошли в историю неформальной Москвы. Однако "Вайтсмоки" были связаны с разными криминальными структурами и вскоре скатились до обычного уличного хулиганства и грабежа. Сейчас клан практически не функционирует - кто-то сел в тюрьму, кто-то "отошел от дел".

"Антифа-graffiti". Стоит отметить молодых арт-вандалов из команды "Зачем!": благодаря им на московских стенах (в виде граффити), в вагонах и на плафонах в метро (наклейки) сейчас можно встретить народные антифа-сюжеты - от высмеивания "тупоголовых" до экстремальных призывов, вроде "Убей фашиста!"

"Шарпы". Оказывается, далеко не все бритоголовые - нацисты. Последние года полтора много разговоров ходит о "красных скинхэдах" ("R.A.S.H." - "Red and Anarchist Skinheads", "Красные анархо-скинхэ-ды"), скинхэдах-антифашистах ("S.H.A.R.P." - "Skinheads Against Racial Prejustice", "Скинхэды против расовых предрассудков") и т. п. Разобраться в них нам помог "веб-батька" сайта www.redskin.newmail.ru:

- Чем вы занимаетесь?

- Материалы сайта разделены на две темы: антифашизм и скинхэд-субкультура. Есть материалы о панк-роке, музыке в стиле "Оi!", ска, панк-хардкоре, немного о футболе, статьи, посвященные анархистским идеям. Но мы изначально делали ставку на ликбез среди пользователей Интернета по истории скинхэд-культуры и проблематике скинхэд-сообщества.

- Как сайт повлиял на то, что происходит "в оффлайне"?

Заявление Общероссийского движения "За права человека". Полит.Ру, 18 декабря

Текст заявления. Правозащитники против преследования "Открытой России".

Заявление Общероссийского движения "За права человека"

Кампания давления на "ЮКОС" приняло новый характер - Министерство по налогам и сборам РФ начало проверку "Открытой России" и всех 85 организаций (образовательных, просветительский и правозащитных), сотрудничающих с ней.

"Открытая Россия" учреждена акционерами "ЮКОСа" и играет огромную роль в оказании содействия российским неправительственным организациям.

Эти события, без сомнению, служат еще одним доказательством, что атака на "ЮКОС" носит исключительно политический характер, и что власть воспринимает как крамолу любую связь с попавшими в опалу.

Действия властей, очевидно, являются местью общественности за принципиальную позицию в отношении преследования "ЮКОСа", в защиту арестованных Михаила Ходорковского, Платона Лебедева и Алексея Пичугина.

Разное

Вечера в Музее Сахарова. 14 декабря, в день памяти А. Сахарова, в Музее и центре его имени прошел вечер, положивший начало новой традиции. Отныне в этом памятном здании будут регулярно проходить музыкальные вечера.

Московская правда, № 227. Виола Егикова. Статья. Вечера в Музее Сахарова.

Вечера в Музее Сахарова

В минувшее воскресенье, в день памяти Андрея Дмитриевича Сахарова, в Музее и центре его имени прошел вечер, положивший начало новой традиции.

Отныне в этом памятном здании на Земляном валу, 57, будут регулярно проходить музыкальные вечера. Их смогут посещать все желающие: вход, как и на любые мероприятия, проводимые здесь, свободный.

Рождению новой традиции способствовало появление в музее рояля семьи Сахаровых, принадлежавшего отцу ученого, Дмитрию Ивановичу. Это обстоятельство послужило толчком к осуществлению идеи, которая уже давно жила в стенах Музея и центра им. А. Д. Сахарова, ведь Андрей Дмитриевич был

горячим поклонником классической музыки. Его нередко можно было встретить в Московской консерватории, где ежегодно в день рождения академика Сахарова проходят концерты его памяти. Отныне они будут проходить и в музее на Земляном валу.

16 декабря столичные налоговые органы приступили к проверке всех получателей благотворительной помощи от возглавляемого М. Ходорковским фонда “Открытая Россия” и всех деловых партнеров фонда.

Коммерсант, № 230. Вадим Вислогузов. Статья. Закрывают “Открытую Россию”.

Во вторник столичные налоговики приступили к проверкам всех получателей благотворительной помощи от возглавляемого Михаилом Ходорковским фонда "Открытая Россия" и всех деловых партнеров фонда – таких как "Видео Интернешнл" и "Комсомольская правда". В "Открытой России" уверены, что правильность уплаты налогов интересует проверяющих меньше всего.

Региональная общественная организация (РОО) "Открытая Россия" создана в конце 2001 года акционерами НК ЮКОС и рядом физических лиц. Председателем правления РОО является Михаил Ходорковский. Целью "Открытой России" объявлено "содействие развитию либерального и демократического общества", а также "поддержка граждан, стремящихся жить, работать и добиваться успеха в России и для России". В 2003 году расходы РОО "Открытая Россия" на реализацию программ по поддержке просвещения, культуры и гражданских инициатив составят около 450 млн руб. В числе партнеров "Открытой России" Российский государственный гуманитарный университет, фонд "Экспертиза", фонд развития парламентаризма в России, ВЦИОМ, "Мемориал", Ассоциация деловых библиотек, фонд "Русский Букер", фонд "Академия российского телевидения", Московская Хельсинкская группа.

Как сообщил Ъ пресс-секретарь "Открытой России" Максим Дбар, копии всех документов, как-либо связанных с денежными платежами, налоговики у этой организации затребовали еще 20 ноября. В документальной проверке нет ничего необычного – Налоговый кодекс позволяет инспекторам начинать ее без всякого объяснения причин. Однако на практике проверка общественной организации, не являющейся плательщиком налогов,– явление исключительное.

Еще большее удивление вызывает новая инициатива налоговиков. Вчера стало известно о начале встречных проверок всех 85 контрагентов "Открытой России" – подобная "тотальность" в практике МНС также случай небывалый. Первыми документы, хоть как-то связанные с "Открытой Россией", затребовали у общественной организации "Мемориал". "Впервые сталкиваюсь с подобным выборочным вниманием налоговиков к одному из наших партнеров",– прокомментировал вчера этот факт председатель правления "Мемориала" Арсений Рогинский.

В самой "Открытой России" налоговые проверки по всем договорам пожертвования рассматривают как "давление на наших партнеров с целью заставить их отказаться от сотрудничества". "Наши партнеры – общественные организации, которые не располагают большим штатом бухгалтеров, юристов и финансовых работников. Требование налоговой инспекции о предоставлении огромного количества документов серьезно затруднит их работу",– сказал Ъ Максим Дбар. По его словам, проверка всех получателей грантов и благотворительной помощи от "Открытой России" говорит о том, что целью налоговых органов вряд ли является проверка правильности уплаты налогов. В управлении МНС по Москве и центральном аппарате министерства Ъ в комментариях отказали.