В редакцию “РК” пришло письмо от Т. Никулина, утверждающего, что при его задержании на улице милиционеры подбросили ему наркотик

Русский курьер, № 110. Зоя Светова. Статья. Зэки предупреждают об “оборотнях в погонах”.

Письмо из Тверской колонии для наркоманов

"Надо что-то делать. Пусть меня уже не вытащить из этой ямы. Но можно помочь многим другим, которые даже не подозревают, что рядом с ними ходят люди в милицейской форме, которые самые обыкновенные преступники. Преследующие обыкновенные корыстные цели, для достижения которых они используют ни в чем неповинных ребят. Если ни вы и ни я, то кто еще обратит внимание на это? Кто лучше меня может предупредить?"

Такое письмо пришло на днях в редакцию "Русского курьера". Автор письма - Тарас Никулин, отбывающий наказание в колонии общего режима Тверской области. О его деле мы писали 20 июня 2003 года в статье "При обыске обнаружили 0,08 г героина". Кунцевский районный суд осудил Никулина на два года лишения свободы с принудительным лечением от наркомании. Приговор был вынесен на основании показаний милиционеров, которые остановили Никулина на улице и нашли у него в кармане микроскопическую дозу героина. Тарас доказывал на суде, что пакетик с наркотиком ему подбросили милиционеры, которые-де сами признавались, что сделали это "для плана".

Может быть, и не стоило вновь привлекать внимание к этому в общем-то типичному для нашей правоохранительной и судебной системе случаю, но письмо из зоны требует ответа.

Как известно, глава МВД и по совместительству лидер партии "Единая Россия" несколько месяцев назад объявил "охоту на оборотней" и даже призвал граждан сообщать обо всех нарушениях закона, которые допускают сотрудники вверенного ему ведомства. Так вот Тарас Никулин, заключенный 4 отряда лечебно-исправительного учреждения №8 посылал жалобы, заявления и письма в различные инстанции. Но не получил ни одного ответа. "Что надо написать и как, чтобы привлечь внимание к своей персоне? Что получается? Я освобожусь, меня на улице под благовидным предлогом пригласят в милицию, подложат наркоту или патроны и я опять поеду в лагерь? - спрашивает он. - А что-либо доказать в нашем суде бесполезно. В этом я отлично убедился".

В Тверской колонии Никулин познакомился с молодыми парнями, также как и он отбывающими срок по пресловутой "колумбийской" статье 228, часть 1 ("хранение наркотиков без цели сбыта"). По его наблюдениям, население зоны делится на две части - одни не скрывают, что кололись и сели "за дело", а другие утверждают, что их "подставили менты". Первые откровенно посмеиваются над вторыми: "мы-то хоть за свое сидим, а вы неизвестно за что".

"Со многими из тех, кто сидел в тюрьму "для плана" я разговаривал и спрашивал их, почему на следствии и в суде они признавали, что наркотики купили сами, а не пытались доказать, что их им подложили менты, - пишет Тарас. - На мой вопрос они отвечали, что во многих случаях сами адвокаты советовали им признаться, обещая, что за "чистосердечное признание" судья скостит срок. А судью почему-то не удивляло, что все эти признания похожи друг на друга, как две капли воды: "шел по улице и нашел сверток с порошком. Был задержан сотрудниками милиции..." или "приобрел у неизвестного лица кавказской национальности..."

О проблеме "подстав", которыми славятся наши "доблестные" стражи порядка, много раз писали в прессе. Среди арестованных и объявленных "оборотнями" милиционеров, говорят, есть и такие, которые особенно отличились в этом виде "искусства".

Обращаясь в газету, заключенный Тарас Никулин невольно включился в "охоту на оборотней в погонах". Если верить его письму, то в ОВД Кунцевское есть некий опер Новиков, который заслуживает пристального внимания отделения собственной безопасности МВД. Никулин написал в газету, как в последнюю инстанцию: "Все мои жалобы игнорируются, а оперативник Новиков со своей "бандой" продолжает подкладывать наркоту молодежи в нашем районе и остается безнаказанным и наверняка, еще премии получает за большой процент "раскрываемости" преступлений, связанных с наркотиками, - пишет он. - Дело вот в чем: за эти полгода, проведенных под стражей, я повстречал и в тюрьме и уже в колонии много знакомых и не знакомых ребят из Кунцево, которых "посадил" тот же Новиков по такой же схеме: под обыкновенным предлогом человек доставляется в отделение милиции, там ему подкладывается наркота, потом появляются, свои понятые, при которых происходит изъятие и т.д. "

Можно ли простить милиционера и судью? Тарас Никулин заметил, что, как правило, наркотики при задержании "находят" либо в кармане куртки, либо в заднем кармане штанов, куда, по его мнению, их легко положить, когда человек стоит на "растяжке" лицом к стене. Между тем, в колонии для наркоманов много заключенных, которые и там продолжают употреблять наркотики. Так вот, они, по словам Тараса, "прячут наркоту в такие места, где при поверхностном обыске ее не найти".

Что переживает человек, отбывающий наказание за преступление, которое он не совершил? "Когда я последний раз был у священника на исповеди, я спросил его: что мне делать? - рассказывает в письме Никулин. - Он говорит, что надо простить всех: милиционеров, судью и прокурора. Я не могу их простить: они ведь сломали мне жизнь и судьбу. Уничтожили меня и физически и морально. Моих родных разрушили тем, что они бессильны чем-то мне помочь. Как я могу простить их всех, после того, что они сделали?"

Отец Тараса Никулина привез в колонию номер "Русского Курьера" со статьей о нем. Больше всего заключенных волновал вопрос: "Звонил ли кто-нибудь из официальных лиц после публикации в газете? К примеру, прокурор Кунцевского района, начальник 121 отделения милиции, в чьем подчинении служит опер Новиков?

С прискорбием вынуждены сообщить: на статью в газете никто из "заинтересованных лиц" не отреагировал.

P.S. Поэтому повторяем попытку и просим Генпрокуратуру провести проверку по фактам, изложенным в статье "При обыске обнаружили 0,08 гр. героина", опубликованную 20 июня 2003 года. И если отделение собственной безопасности МВД еще продолжает "охоту на оборотней", просим проверить заявления Тараса Никулина, касающиеся оперативных сотрудников ОВД "Кунцевское" Новикова и Курбаналиева.