Проверка документов на улицах приняла невиданный размах. Парламент решил внести поправки в закон “О милиции”, которые оградят россиян от назойливой опеки органов правопорядка. Дискуссия о своевременности этих поправок продолжается. Мнения юристов и законодателей.

Время МН, № 58. Александр Баранников. Статья. Милиция занимается мелочевкой.

Об авторе - Александр Баранников, член комитета Госдумы по законодательству, заместитель руководителя фракции СПС

Когда милиционер останавливает прохожих и просит предъявить документы, он руководствуется двумя нормами.

Во-первых, это статья 11 закона "О милиции", где сказано, что сотрудник милиции имеет право проверять документы у граждан, если у него есть достаточные основания подозревать их в совершении преступлений и административных правонарушений. И, во-вторых, статья 19.15 Административного кодекса, где написано, что административным правонарушением является пребывание или проживание гражданина без паспорта или с нарушением правил регистрации.

Таким образом, каждый прохожий, оказавшийся на улице без паспорта, является потенциальным правонарушителем. Это дает основание милиционеру остановить его, проверить документы и в случае их отсутствия отправить гражданина в отделение милиции, где после трехчасового выяснения личности его, скорее всего, придется отпустить. В качестве альтернативы следует традиционная жалоба милиционера на тяжелую жизнь, и многие граждане, не желающие проводить 3 часа за решеткой, предпочитают решать вопрос на месте. Взятка составляет от 50 до 500 рублей в зависимости от настроения и количества милиционеров в патруле.

Я предпринимал неоднократные попытки разобраться в этой ситуации и решить проблему с помощью приказов, путем разъяснительной работы с милиционерами, много раз ставил этот вопрос на встречах с руководством МВД. Ответ всегда был один: в стране очень тяжелая криминогенная ситуация, а эта норма позволяет милиции бороться с преступностью.

Действительно, мы регулярно слышим, как после очередного громкого преступления в Москве объявляется план "Перехват", но ни разу не слышали, чтобы он дал результаты. Полагаю, это происходит потому, что наши милиционеры вместо плана "Перехват" занимаются поиском людей, с помощью которых можно повысить свое благосостояние.

Чтобы решить проблему кардинально, я внес в Думу два законопроекта. Первый — поправка в закон "О милиции". Фразу о подозрении в совершении административного правонарушения предлагается заменить словами: если есть повод к возбуждению дела об административном правонарушении. Новый Административный кодекс, вступивший в силу в июле прошлого года, вообще не подразумевает такого института, как подозреваемый в совершении административного правонарушения. Меры принимаются только если есть повод к возбуждению дела. А поводом является заявление о том, что гражданин совершил административное правонарушение, либо обнаружение непосредственного факта правонарушения.

Идет гражданин пьяный или распивает на улице спиртные напитки крепостью свыше 12 градусов — это административное правонарушение. Сотрудник милиции его останавливает, и дальше все идет по схеме: проверяет документы и привлекает к ответственности. Но если гражданин идет по улице и не нарушает никаких правил, то никакого повода возбуждать против него производство по административному делу нет. Если милиционеру кажется, что загар гражданина позволяет говорить о том, что он не москвич или у понравившейся девушки нет сумочки, а значит, наверняка нет с собой паспорта, это еще не повод для задержания.

Второй законопроект — поправка в Административный кодекс, предлагающая исключить порочную практику наказания человека, не взявшего с собой паспорт. Штрафовать нужно за нарушение правил регистрационного учета. Есть участковый милиционер, который должен обходить свою территорию, спрашивать у соседей, не появились ли новые жильцы, и если появились — постучаться к ним в квартиру, узнать, зарегистрировались ли они по этому адресу. Если нет — применить к ним соответствующее наказание и принять меры чтобы они зарегистрировались. Но никак не на улице проверять соблюдение паспортного режима. Ни один российский закон не обязывает гражданина носить с собой паспорт или другой документ, удостоверяющий его личность.

Но чтобы переломить ситуацию, нужна еще и политическая воля руководства МВД. Пока я этого не вижу. Сегодня большую часть сил и средств правоохранительные органы тратят либо на мелкие правонарушения, либо на преступления, не представляющие серьезной опасности для общества. У МВД есть ограниченное количество бюджетных средств и ограниченное количество сотрудников. Лучше перераспределить эти усилия так, чтобы бороться с убийствами, грабежами и другими преступлениями против безопасности граждан, чем заниматься мелочевкой.

Нам говорят, что страну захлестнул вал преступности. Но какой преступности? У нас преступлениями считаются мелкие проступки. И за их раскрытие милиция получает баллы. Характерный пример. За прошлый год, по данным МВД, было зарегистрировано 165 тысяч экономических преступлений. Из них около 90 тысяч — это статья 200, обман потребителя. Уголовное дело возбуждается, если сумма, на которую был обманут потребитель, превышает 45 рублей. И кому нужны эти уголовные дела, когда в Административном кодексе также есть статья "Обман потребителя"?

Но когда привлекают по Административному кодексу, милиционер отчитывается о раскрытом правонарушении, а не о преступлении. И из 90 тыс. уголовных дел до суда в лучшем случае доходит половина, а то и треть. А на лишение свободы по этой статье за 2001 год осудили 59 человек.

Поэтому до последнего времени я очень скептически относился к перспективе прохождения этой поправки. Многие депутаты осознают, что изменения нужны. Но есть мнение правительства и есть центристские фракции, которые практически никогда не идут против правительства.

Однако после того, как начальник московской милиции Владимир Пронин признал факт беспредела, творящегося на улицах, и попытался решить это в приказном порядке, мы получили дополнительный аргумент. Борьба за этот закон, бесспорно, будет очень ожесточенная. Но налицо попытки отодвинуть на лето рассмотрение этих поправок.

Время МН, № 58 Леонид Ольшанский. Статья. Паспорт или клетка.

Недавно начальник ГУВД Москвы Владимир Пронин подписал приказ, который в общем-то повторяет приказ министра внутренних дел России N 329 от 1998 года.

Суть приказа, затрагивающего и автомобилистов, и пешеходов, которых терроризируют уличные патрули, — введение ограничений на проверку документов.

Начальник ГУВД подчеркнул в своем приказе, что просто так остановить гражданина и попросить документы нельзя. Он сделал акцент на норму в законе "О милиции": проверять документы по подозрению в совершении уголовного преступления или административного правонарушения. А недавно лично убедился, что телефон 02 стал работать по-новому. Когда я позвонил с жалобой на сотрудника ГАИ, у меня спросили фамилию, имя, отчество, домашний адрес и телефон, место, где я нахожусь в данный момент, и только после этого переключили на управление ГАИ города. Это значит, что все жалобы на сотрудников милиции обобщаются, систематизируются и потом уже принимаются меры. Чувствуется, что работа в этом направлении идет.

Но злоупотребление правами граждан и попытки их нарушить существуют во всех странах мира, в нашей — не исключение. Остаются недобросовестные работники милиции, продолжающие злоупотреблять своими правами. К сожалению, они пользуются лазейкой в законодательстве. Умный сотрудник милиции обоснует свое требование предъявить документы одним из двух аргументов. Он либо скажет, что появилась ориентировка разыскивать человека, приметы которого совпадают с вашими, либо заявит, что подозревает вас в административном правонарушении — проживании без регистрации.

Ни один закон не обязывает носить с собой не только паспорт, но и вообще какой-либо документ. Но с точки зрения логики советую носить с собой даже не один документ, а несколько. Приведу простой пример. К гражданину подходит милиционер и просит предъявить документы. Если с паспортом все в порядке, его просто отпустят. Если паспорта с собой нет, предстоит дорога в отделение. Административный кодекс гласит, что задержание подозреваемого в административном правонарушении может длиться до трех часов. Это значит, что любого могут посадить в клетку, находящуюся в отделении милиции. Это не камера предварительного заключения, не изолятор — просто кусок холла отделения милиции, отгороженный решеткой. Но это очень малоприятный опыт, мало кому захочется провести три часа за решеткой. Милиция этим пользуется и собирает на этом взятки. Вывод: гражданин не обязан носить паспорт, но во избежание неприятностей лучше постоянно иметь его при себе.

Депутат Баранников идет по пути соблюдения Уголовно-процессуального кодекса. Основанием для возбуждения уголовного дела являются признаки преступления: выстрелил, взорвал, украл. То есть не подозрение, а конкретные признаки преступления. Например, человек перебежал улицу в неположенном месте, сквернословил или даже просто бросил окурок мимо урны.

Конечно, это прогрессивный подход, но реализуется ли он? Дума завалена законопроектами. Хватит ли у нее времени на этот закон — вопрос думских интриг.

Время МН, № 58. Анатолий Куликов. Статья. Отсутствие спроса рождает безответственность.

Об авторе - Анатолий Куликов, председатель правления Всемирного антикриминального и антитеррористического форума, генерал армии, депутат Госдумы

Речь идет не о конкретной статье закона, дающей право работнику милиции останавливать человека, проверять документы, а иногда и проводить его досмотр.

То, что мы сегодня наблюдаем, это некая плата за демократию, которую мы имеем. Можно отменить какой угодно закон или либерализовать его до такой степени, что сведется к абсурду любая норма.

Но в условиях сохраняющейся опасности террористических актов правильнее будет находить истину в исполнении законов. Стоит подумать о том, как наполнить милицейские ряды добросовестными людьми, которые были бы грамотными, не хамили прохожим и вызывали уважение у населения. В этой связи я чаще всего вспоминаю английских полицейских. Из всех полицейских западных стран английские, по моему мнению, отличаются самым высоким уровнем профессионализма. Они неподкупны, очень внимательны к людям и пользуются большим уважением. Это вызвано, во-первых, достойной жизнью не только самих полицейских, но и подавляющего большинства англичан. Во-вторых, правильным отбором, тщательной подготовкой, кадровой политикой, обучением и так далее. Я мечтаю, чтобы наши милиционеры были такими же.

К сожалению, мы часто принимаем на службу человека, который просто заявил, что хочет работать в милиции. При этом мы не можем дать ему социальные гарантии, защиту и высокую зарплату. И это обходится государству очень дорого. Чтобы прокормить семью, милиционеры вынуждены искать дополнительные заработки. Почти каждый сотрудник подрабатывает на стороне. Кто-то в частных охранных структурах, кто-то извозом, но это еще лучший вариант. А те, кто имеет доступ к уголовным делам, лицензиям, квотам, льготам и т.д. используют свои возможности заработать. Около трех миллиардов долларов в год зарабатывается сотрудниками милиции на стороне. Это же двадцатая часть государственного бюджета России!

Что касается спецопераций, например, знаменитой "Вихрь-антитеррор", могу сказать, что я сам был инициатором их проведения в бытность министром внутренних дел. Результат есть. Нельзя сказать, что они полностью в состоянии предотвратить все террористические акты или особо опасные преступления, но значительная часть предотвращенных преступлений и изъятого оружия приходится на период проведения этих операций.

Москва, Санкт-Петербург и Екатеринбург дают около 60 процентов всей российской преступности. Поэтому сосредоточение усилий в этих городах, в частности в Москве, совершенно оправдано. В целом московская милиция умеет работать. Так что я не сторонник того, чтобы лишать милиционеров полномочий принимать меры по дополнительной проверке.

После 11 сентября я давал одному известному американскому изданию интервью, где очень подробно рассказывал о московском опыте контроля за транспортом и людьми. Когда в сентябре прошлого года был в США, убедился, что они переняли наш опыт. Выбирая между демократией и безопасностью, я бы отдал предпочтение безопасности. На самом деле не так и трудно показать свои документы милиционеру для проверки — мы же предъявляем водительские права. Хотя иногда не можем понять, почему нас остановили. Один мой сослуживец провел эксперимент. Когда его останавливали без видимых оснований, он просил у милиционера предъявить удостоверение. Как правило, ему сразу возвращали права.

Услышав это, я решил обязать всех сотрудников патрульно-постовой службы и ГАИ носить нагрудную табличку с именем и фамилией, даже подписал соответствующий приказ. Но меня освободили от должности, и приказ не был воплощен в жизнь. Он был невыгоден многим, в том числе и в МВД. Лично я полагаю, что такая табличка значительно дисциплинировала бы работников милиции. Уверен и в том, что, если бы взятку у вас вымогал милиционер, имя которого написано на нагрудной табличке, вы сообщили бы об этом, пусть даже анонимно. Накопленная информация на конкретного сотрудника милиции явилась бы основанием для того, чтобы им занялось управление собственной безопасности. Привлекли бы к уголовной ответственности или уволили.

Это и есть мера воспитательного характера: подбор кадров, их воспитание, подготовка, изучение. Существуют структуры, которые должны этим заниматься, но, чтобы был эффект, нужны жесткие требования со стороны руководства страны. Отсутствие спроса порождает безответственность.