РЕДКО кто из граждан современной России не пострадал так или иначе от произвола людей в милицейской форме. Подчас рядовой россиянин больше боится не бандитов, а именно тех, кто призван его от них охранять

Аргументы и факты, № 19. Георгий Александров. Статья. Кто остановит бандита в погонах?

РЕДКО кто из граждан современной России не пострадал так или иначе от произвола людей в милицейской форме. Подчас рядовой россиянин больше боится не бандитов, а именно тех, кто призван его от них охранять. О том, как сложилась такая ситуация и когда она изменится, мы спросили у генерала Константина РОМОДАНОВСКОГО — начальника Главного управления собственной безопасности МВД, отвечающего за борьбу с преступностью среди милиционеров.

— ВАШ главк, по сути, является милицией для самой милиции. Чем конкретно занимается ГУСБ?

— Мне, как человеку, проработавшему более 20 лет в органах государственной безопасности, приятнее называть ГУСБ контрразведкой в милиции. Мы ловим за руку коррумпированных сотрудников органов правопорядка — взяточников, вымогателей, лиц, пользующихся служебным положением в корыстных целях. Но главная задача ГУСБ — это профилактика правонарушений среди милиционеров. Как правило, внедрение наших оперативников в различные структуры милиции позволяет пресекать преступления еще на стадии подготовки.

— Однако случаев милицейского беспредела в последнее время не становится меньше. Значит, ГУСБ работает плохо?

— Работа идет постоянно. За последнюю неделю только в Москве и Подмосковье нами было задержано 7 высокопоставленных взяточников. К примеру, удалось задержать с поличным старшего оперуполномоченного майора ОБЭП (отдел по борьбе с экономическими преступлениями), вымогавшего 10 тысяч долларов у бизнесменов за фальсификацию результатов служебной проверки. У кого-то может даже возникнуть впечатление, что мы просто штампуем дела. Но на самом деле любое такое расследование — это кропотливая и напряженная работа. Ведь наши оппоненты прекрасно владеют всеми методами оперативно-розыскной деятельности и зачастую оснащены на порядок лучше, чем сыщики ГУСБ. Но успехи есть. По сравнению с 2000 годом количество заявлений в главк увеличилось в 3,5 раза. Причем анонимных жалоб стало в 2 раза меньше, а значит, люди, ставящие свои подписи, понимают, что мы можем реально помочь. Только по телефону дежурные офицеры принимают за сутки более 200 звонков от граждан.

— Сколько конкретных дел было заведено и сколько из них дошло до суда?

— В 2002 году мы выявили более 17 тыс. правонарушений сотрудников милиции. К уголовной ответственности привлечено 3288 милиционеров. По сложившейся судебной практике многие преступники в погонах приговариваются к большим, но условным срокам. Например, недавно была раскрыта преступная группировка под руководством начальника уголовного розыска московского отделения милиции. По решению суда члены группы получили от 5 до 7 лет условно.

— А чем закончилось нашумевшее дело бывшего руководителя “Метрорекламы” Александра Бабаяна? У него тогда были изъяты специальные пропуска-“вездеходы” без права проверки сотрудниками ДПС. А выдавали эти служебные разрешения на целую коллекцию “мерседесов” тогдашние руководители ГАИ.

— В том деле ГУСБ обеспечивало безопасность следователя МВД, которому поступали реальные угрозы расправы от сообщников г-на Бабаяна. А некоторые начальники ГУ ГИБДД по факту выдачи предписаний давали признательные объяснения нашим сотрудникам. Бабаян был осужден к 7 годам лишения свободы, спустя некоторое время Верховный суд РФ принял решение сократить срок до 3 лет.

Генералы-расхитители

— СЕЙЧАС многие милицейские генералы благополучно перешли в большой бизнес и политику. Получается, что в структуре МВД есть чины, под которых вы просто не можете “копать”?

— По существующим нормам вне поля деятельности ГУСБ — один министр внутренних дел. Что касается чинов, работа ГУСБ позволила вывести на чистую воду первого заместителя начальника Главного управления материально-технического обеспечения МВД Станислава Мамонова. Этот генерал-майор, пользуясь служебным положением, похитил крупную сумму бюджетных средств. По нашим материалам Генпрокуратура возбудила уголовное дело, и Мамонов был вынужден уйти со службы. Меня радует, что объем работы по такого рода делам растет не только в Москве, но и в регионах.

— В истории с министром внутренних дел Калмыкии Сасыковым, снятым с должности после вашего расследования, многие обвиняли ГУСБ в участии в политических интригах.

— 17 апреля этого года Центральная аттестационная комиссия МВД приняла решение о несоответствии Сасыкова занимаемой должности. Кроме того, прокуратура Калмыкии возбудила уголовное дело по факту злоупотребления служебным положением руководителями калмыцкой милиции. Насколько нам известно, к бывшему министру со стороны прокуратуры накопилось много неприятных вопросов.

Нередко региональные руководители, чьи серьезные нарушения мы выявляем, обвиняют ГУСБ в политзаказе. Но, как в случае с Сасыковым, так и в Тюмени, Мурманске, Приморском крае, а ранее в Москве и Московской области, сотрудники главка просто выполняют свою работу. Любые наши претензии всегда имеют документальное подтверждение.

— Бывают ли ситуации, когда генералы, попавшие в поле вашего зрения, ищут защиту у самого министра?

— Хорошо зная Бориса Вячеславовича, могу сказать, что, если это случится, таким людям не поздоровится. Когда мы ведем дело на серьезного фигуранта, министр всегда берет нашу работу под личный контроль. Могу раскрыть маленькую тайну: в кабинете Грызлова есть стул, на котором за 2 года более 100 генералов приняли решение об отставке. В большинстве таких эпизодов учитывались наши мероприятия.

Ментовская крыша

— В НАШИ дни все больше бизнесменов жалуются на то, что бандитский рэкет сменился ментовским крышеванием. Когда ГУСБ наконец возьмется за эту проблему?

— Уже взялось. Руководство страны выделило для МВД это направление как приоритетное. Президент России назвал вмешательство сотрудников милиции в бизнес новой извращенной формой коррупции. Получается, что криминальные структуры вытесняют с рынка своих конкурентов при поддержке продажных милиционеров. От “стараний” таких оборотней в стране нет правового порядка и необоснованно взвинчиваются цены на товары и продукты.

Мне кажется более правильным называть вещи своими именами. Крышевание — по сути, обычное вымогательство. А такие поборы со стороны сотрудников милиции не только подрывают авторитет МВД, но и наносят очень серьезный урон экономике страны. Недавно в Подмосковье сотрудники ГУСБ совместно с Министерством по налогам и сборам обнаружили несколько складов с 4 миллионами бутылок водки. Криминальный бизнес такого масштаба невозможно себе представить без попустительства местной милиции. А ведь по статистике, 33 тысячи россиян ежегодно погибают от употребления смертоносных подделок. Сейчас наши сотрудники занимаются расследованием этого дела.

Ярким примером может служить и недавно раскрытое нами дело первого заместителя начальника УВД Ленинского района Московской области. Подполковник милиции Михаил Кочетков заставлял своих подчиненных вымогать деньги у коммерсантов, работающих на их территории. С простого магазина они должны были получать 50 тысяч рублей оброка в месяц. Именно поэтому мы уделяем особое внимание зарвавшимся руководителям, которые мало того что сами не работают и наживают себе миллионные состояния, так еще и заставляют своих подчиненных вставать на путь преступления.

— И кто-то из этих подчиненных набрался храбрости пойти против начальства? Разве в ваших силах обеспечить личную безопасность таких смельчаков?

— Мы всегда берем на себя защиту свидетелей. Если необходимо, можем изменить человеку всю его судьбу: документы, биографию, место жительства. Недавно впервые в России нашим ведомством была организована операция по изменению внешности.

— Из ваших слов можно сделать вывод, что в главке все прекрасно. А до меня доходили слухи, что некоторые сотрудники ГУСБ также занимаются крышеванием!

— Этому вопросу мы уделяем особое внимание. За 2 года из ГУСБ “ушло” более 40 человек. А на нескольких наших офицеров направляли материалы в прокуратуру.

— В том, что такие оборотни оказываются в рядах милиции, чья вина?

— В Советском Союзе в кадровой политике существовали система строгого контроля и надежный механизм защиты граждан от милицейского произвола. Потом все это рухнуло. И теперь нам приходится заново воссоздавать все необходимые инструменты защиты. Когда я перешел из ФСБ на нынешнюю должность, начал с нуля создавать информационную поисковую систему. Сейчас мы выработали специальный институт согласования при назначении на руководящие должности. К тому же мы проверяем всех абитуриентов, поступающих в высшие учебные заведения МВД России. Такая необходимость появилась после того, как участились попытки преступных группировок внедрить в милицию своих людей. Мне вспоминается случай, когда криминальный авторитет дал пощечину курсанту, которого их банда направила учиться в школу милиции, за то, что тот получил двойку на экзамене.

P. S. Если вам известны факты правонарушений сотрудников милиции, просим обращаться в дежурную часть ГУСБ по телефону 239–07–30. Или по адресу: г. Москва, ул. Большая Пионерская, д. 6/8.