В минувшие выходные в СИЗО 50/9 в Капотне неизвестные в масках избивали заключенных.

Маргарита Кондратьева. Статья. «Плановые мероприятия». Газета, № 112.

В минувшие выходные в СИЗО 50/9 в Капотне неизвестные в масках избивали заключенных. Серьезно пострадали около 40 человек. Отделавшихся синяками и шишками не счесть. В Главном управлении по исполнению наказаний (ГУИН) говорят, что это были плановые мероприятия по изъятию из камер недозволенных предметов. Спецкорреспонденту "ГАЗЕТЫ" удалось связаться с самими пострадавшими – заключенными СИЗО 50/9.

"Это уже с 20 июня тянется, – рассказывает зэк Николай. – Начали с первого этажа. Ну и мы уже ждали, когда до нас дойдут. Планово, по несколько камер в день. Кого не добили – оставляли на завтра. Выводили в коридор и били".

В СИЗО "Капотня", как еще в округе называют исправительное учреждение, два этажа. Более 80 камер. И около 2000 заключенных.

"Причин не было, – утверждают подследственные. – Ни бунтов, ни голодовок. Хотя – поводов предостаточно. Мы находимся на общем положении. А это означает по 4 квадратных метра на человека, питание и спальное место. В нашей камере 11 кроватей. И 70 человек. Спим на полу. Спидоносцы, туберкулезные – все с нами вместе. Хотя их должны отдельно помещать".

Избивавших зэки называют омоновцами. На вопрос, уверены ли они в этом, отвечают, что люди были в масках. А избивали профессионально. Кстати, рядом с СИЗО № 50/9 расположена база спецподразделения УИН Московской области "Факел".

З2-летний заключенный Дмитрий Строченов не может подняться с койки. "У него сломаны ребра, – рассказывают его соседи. – На шее еще сильный ушиб, голова кружится – наверное, сотрясение мозга. Мы его притащили из коридора на руках, сами перевязали простынями. Просили позвать врача, еще с воскресения, но его до сих пор нет".

35-летнему Тимуру Ибрагимову "повезло" больше. Хотя у него и сломана рука, его отвезли "на вольную больничку", наложили гипс.

Роману Морозову врач не особенно нужен. Он – из легко пострадавших. У него на шее следы удушения – ссадины, синяки.

Заключенные составляют списки пострадавших. Туда попадают лишь с серьезными травмами. Синяки и шишки не считаются. "У меня в списках около 40 человек, – рассказывает подследственный, отвечающий за списки. – Вчера приезжали из ГУИНа. Обещали разобраться и виновных наказать".

Сотруднику ЦОС ГУИН Наталье Желтовой об избиениях заключенных ничего не известно: "По нашим данным, 21 июня – в пятницу – были плановые мероприятия, во время которых из камер были изъяты недозволенные предметы – мобильные телефоны, спиртное, сигареты и т.д. А по фактам, о которых говорят родственники заключенных и пишут газеты – о якобы избиениях – проводится расследование, прокуратура уже в курсе".

СИЗО № 50/9, несмотря на то что находится в Москве, относится к Московской области. То есть подчиняется УИН по области. Там от комментариев и вовсе отказались. "Нам ничего подобного не известно", – сообщили "ГАЗЕТЕ" в приемной начальника УИН.

Заключенные СИЗО "Капотня" говорят только об одной возможной причине избиений: "Новый хозяин (недавно назначенный и.о. начальника СИЗО Александр Очаров) показывает нам наше место. Закрепляет авторитет. К тому же сегодня ночью нам угрожали карцером, новыми избиениями, если будем устраивать шумиху". Тем не менее заключенные считают, что обращение в прессу поможет им урегулировать ситуацию.

Дело Галаева (продолжение). Сайт Мемориала - memo.ru

На заседание суда 5 апреля вновь не явились свидетели - сотрудники милиции.

26 апреля сотрудники милиции в суд пришли и дали показания. По их словам, они остановили Галаева на улице, т.к. тот вел себя подозрительно и часто оглядывался. Проверив документы и убедившись в отсутствии регистрации, они препроводили Галаева в ОВД “Коньково”, где в присутствии понятых при личном досмотре у него был изъят наркотик.

Прокурор потребовал для Галаева 1,5 года лишения свободы. Адвокат в своей речи настаивал на оправдательном приговоре, приведя в качестве одного из аргументов показания понятого, данные в суде. Затем был оглашен приговор. Суд признал Галаева виновным в том, что он в “неустановленное время, в неустановленном месте, при неустановленных обстоятельствах незаконно, без цели сбыта, приобрел один сверток с 0,17 гр. героина”. Несмотря на то, что свидетель Дружинин (понятой) в судебном заседании 27 марта отказался от своих показаний и сообщил, что подписал протокол изъятия под давлением сотрудников милиции, суд “критически относится к указанным показаниям…, а доверяет тем показаниям свидетеля, которые он дал в ходе предварительного следствия”.

Галаев признается виновным в преступлении, предусмотренном ст. 228 ч. 1 УК РФ, приговаривается к лишению свободы на 10 мес., считая от момента взятия под стражу – 2 августа 2001 г.

Дело Синавбарова. Сайт Мемориала - memo.ru

Рахимджон Арбаршевич Синавбаров, 1970 г.р., уроженец г. Хорог Горно-Бадахшанской области Таджикистана, женат, на иждивении малолетние дети и мать-пенсионерка, бывшая учительница. Старший брат служит на российской погранзаставе на Памире. Синавбаров приехал в Москву работать на стройке, имеет московскую регистрацию. Проживал по ул. Каховской 10, в квартире, которую снимал вместе с другими строителями-таджиками.

В квартиру время от времени заходил участковый для проверки документов. По рассказу Синавбарова, вечером 20 ноября 2001 г. после работы в квартире было 11 человек. Около 10 часов, когда все ужинали в кухне, в квартиру пришли двое участковых из Зюзинского ОВД. Они попросили всех выйти из кухни и предъявить документы. Собрав паспорта, приказали их владельцам лечь на пол в комнате, при этом один из участковых остался в комнате, а другой прошел в кухню. Вернувшись через некоторое время из кухни, сотрудник милиции спросил: “Кто здесь старший?” Синавбаров ответил, что он. “Пройдем в кухню”. В кухне он указал на куртку, висящую на стуле: “Чья это куртка?” Это была общая куртка – старая, обтрепанная кожаная куртка, ее использовали как рабочую одежду. “Это наша куртка, общая”. – “Чья конкретно, твоя?” – “Ну, можно сказать, что и моя тоже, раз я ее надевал”. – “А ну, посмотри, что там в кармане?” Рахимджон заглянул в боковой карман и увидел там горсть патронов. – “А теперь посмотри, что там на шкафу?” На шкафу лежала упаковка автоматных патронов. Рахимджон сказал, что не знает, откуда это вдруг появилось, ничего этого раньше не было. Участковый предложил: “Давай 5 тысяч и забудем об этом”. – “У нас нет таких денег”. – “Иди, подумай”. Участковый отвел Рахимджона в комнату и велел ему лечь на пол рядом с другими. Рахимджон начал обсуждать с друзьями ситуацию: подбросили патроны, требуют денег. Поскольку требуемой суммы не было, решили, что он договорится с участковым об отсрочке. Однако участковый заявил, что уже вызвал опергруппу.

Приехала опергруппа, один из сотрудников был с видеокамерой. Таджиков подняли с пола, отвели в кухню, снимали. Около 12 ночи восьмерых увезли в ОВД “Зюзино”. Участковый, несмотря на сопротивление Синавбарова, надел на него куртку, завел руки назад и надел наручники, двум оставшимся тоже надели наручники, затем их пешком повели в опорный пункт. Участковый позвонил в ОВД и потребовал прислать сотрудников для досмотра. Только в 4 утра приехал сотрудник ОУР. Все это время вместе с задержанными в опорном пункте находились двое понятых. Сотрудник ОУР приказал Синавбарову вытащить содержимое из карманов куртки. В кармане оказалось 40 автоматных патронов (там была и упаковка, которая раньше лежала на шкафу). Составив протокол изъятия, Синавбарова отвезли в ИВС, но вскоре отпустили ввиду невыясненной принадлежности куртки, при этом он должен был ежедневно отмечаться у участкового. Квартиру их опечатали, ключ все время оставался в милиции, Синавбаров ночевал на стройке в бытовке.

На 3-й день после задержания участковый повел его в квартиру для производства обыска. В квартире Синавбаров обратил внимание на сумку, стоящую на видном месте. Сотрудник милиции спросил его: “Чья это сумка?” - “Наша”. – “Чья конкретно, твоя?” – “И моя тоже”. Из сумки извлекли еще 20 патронов, в итоге получилось 60. Составили протокол изъятия. 23 ноября 2001 г. прокурор дал санкцию на арест, Рахимджон был препровожден в Бутырскую тюрьму, где и находится по сегодняшний день.

Судебное заседание в Зюзинском райсуде было назначено на 13 мая.

В связи с вступлением в процесс нового адвоката судебное заседание отложено до 27 мая.