Российская газета, № 66, 4 апреля 2001 г.

Наталья Козлова. Статья. Тяжела ты, судейская мантия. Будет ли судебная власть сильной – об этом “РГ” беседует с председателем арбитражного суда г. Москвы Аллой Большовой. Стр. 2

Алла Константиновна, в России сейчас идет судебная реформа, направленная на укрепление судебной власти, на улучшение качества правосудия, на его доступность и открытость. Реформа, естественно, коснется и Московского арбитражного суда?

Конечно. В последнее время работа по претворению в жизнь судебной реформы заметно активизировалась, согласованы принципиальные позиции по ряду вопросов, решение которых мы ожидаем в ближайшее время.

С вашей точки зрения, что конкретно улучшилось в суде за последнее время?

В 2001 году в судах введены должности помощников судей. Правда, пока их явно недостаточно, но в последующие годы каждый судья, мы на это надеемся, будет работать с помощником. Я думаю, что функции помощника судьи должны быть определены законом; им вполне может быть поручено решение вопросов о принятии дела к производству, а может быть, и рассмотрение несложных дел. Помощников судей надо рассматривать как резерв на должность судьи, как будущих судей, воспитанных на лучших традициях суда.

Заметно улучшилось в этом году и материальное обеспечение судов. Теперь нам не приходится ломать голову над тем, как вовремя оплатить услуги связи, аренду, подачу электроэнергии. А ведь совсем недавно этого не было.

Сейчас в Государственной Думе идет работа над новой редакцией Арбитражного процессуального кодекса, закона об исполнительном производстве, разрабатывается закон об арбитражных заседателях. Работает Государственная Дума и над совершенствованием законов "О несостоятельности (банкротстве)" и "О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций". Ваше мнение — что особенно здесь важно?

Направлений в судебной реформе много. Ясно, что одно-моментно все их решить невозможно. Но мне хотелось бы остановиться на тех вопросах, задержка в решении которых может негативно сказаться на судебной системе.

Первое, что совершенно необходимо, — это утвердить нормативы нагрузки судей. Ведь сейчас судья вынужден рассматривать то количество дел, которое ему поступает, и при этом должен, поскольку это требование закона, уложиться в 2-месячный срок. Если говорить объективно, сегодняшняя нагрузка — непосильная, в четыре раза превышающая разработанные (но не утвержденные) нормативы.

А ведь работа судьи — это постоянная, каждодневная работа с людьми, представителями сторон, некоторые из которых защищают свои интересы любым путем, порой и агрессивным. Рабочий день судьи зачастую составляет 12 и более часов, выходные дни становятся рабочими, и, как ни страшно это звучит, — гипертонические кризы стали обычным явлением у судей. Они же, зная, что в случае болезни дела будут переданы на рассмотрение их коллегам, и без того перегруженным работой, заболев, продолжают работать, пока хватает сил, пока не свалятся, запустив болезнь.

Что даст установление нормы рассмотрения дел, которые будет вести судья?

Это неизбежно приведет к увеличению численности судейского корпуса, в крупных судах — к чрезмерному. Так, в арбитражном суде Москвы численность судей достигнет 600—700 единиц. Поэтому необходимо загодя решить и ряд организационных вопросов, к первому из которых отношу создание самостоятельных в арбитражной системе судов по рассмотрению дел о несостоятельности (банкротстве).

Дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются по иным правилам, нежели другие дела, и создание самостоятельных судов по рассмотрению таких дел не только логично, но и позволит разукрупнить большие суды, а руководству специализированных судов сосредоточиться на улучшении их деятельности.

Еще одна нынешняя болевая точка, это те, кого у вас в суде называют "специалистами"?

Да. Судья должен тщательно изучить материалы дела, наметить методику ведения судебного заседания, провести его, внимательно выслушивая стороны, изучая представляемые ими в судебном заседании материалы. Может ли судья при этом одновременно вести даже усеченный протокол судебного заседания? Конечно, нет. Это скажет любой — и начинающий, и опытный судья. А арбитражный судья, рассматривая дело, ведет протокол. Это должны делать работники аппарата, у нас их должность носит название специалиста, а в судах общей юрисдикции это — секретарь. Сейчас в арбитражных судах работники этой категории ведут делопроизводство, формируют дела, печатают и рассылают судебные акты, исполнительные листы... К сожалению, во многих судах на 2—3 судьи приходится один специалист. Нормально ли это? Конечно, нет.

В арбитражном суде Москвы сегодня нет ни одной вакантной единицы специалиста, и все вновь приходящие судьи вынуждены работать... без специалистов. Увеличение штата специалистов — одна из первоочередных задач судебной реформы.

В Российской Федерации правосудие осуществляется только судом. Осуществлять правосудие могут только профессионально подготовленные люди. А кто их готовит?

Действительно, в России нет учебного заведения, занимающегося профессиональной подготовкой людей, стремящихся стать судьями, никто не проверяет их умение общаться с людьми. В судебной арбитражной системе повышение квалификации судей проводится очень активно, а предварительной подготовки судейских кадров не существует.

Кандидаты в судьи сдают квалификационные экзамены экзаменационной комиссии. Как?

Отвечают на вопросы билета, пользуясь сборниками кодексов, законов, справочной литературой. Могут ли результаты такого экзамена свидетельствовать о наличии у кандидата достаточных знаний и тем более иных качеств, необходимых для осуществления правосудия?

Прилавки книжных магазинов последние годы ломятся от обилия юридической литературы. Но на правовой грамотности населения это не сказывается. Насколько серьезна проблема?

Это очень серьезно. Считаю, что необходимы серьезные меры по ликвидации правовой неграмотности. В судебную реформу, на мой взгляд, должно войти преподавание в высших учебных заведениях и в средней школе, начиная с 8—9 классов, основ гражданского, уголовного, брачно-семейного, трудового права. Это поможет молодым людям ориентироваться в жизни, не совершать ошибок, которые часто допускаются вследствие незнания закона, что, как известно, от ответственности не освобождает.

Необходимы постоянно действующие семинары для представителей мелкого и среднего бизнеса, не имеющих средств для получения квалифицированной юридической помощи. Особое внимание следует уделить договору, который, как сказано в Гражданском кодексе РФ, заключается своей волей и в своем интересе и который после заключения является обязательным для его участников. Все это очень важно.

Алла Константиновна, в последнее время зрители вас часто видят на телеэкране... Правда, только одного канала.

В статье 10 Закона "О статусе судей в " Российской Федерации" установлено, что всякое вмешательстве в деятельность судьи по осуществлению правосудия преследуется по закону.

Программы "Сегодня", "Итоги" допускают беспрецедентное вмешательство в деятельность арбитражного суда, пытаясь деморализовать суд, оказать на судей давление для решения коммерческого вопроса в свою пользу.

Попытки НТВ увязать работу суда с политикой — абсолютно неприемлемы. Судьи не принадлежат ни к каким политическим партиям и движениям и осуществляют правосудие, подчиняясь лишь Конституции РФ и федеральному закону. Решение арбитражного суда основывается только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

И наконец, вопрос о защищенности судей?

Судья находится под защитой государства, однако на деле судья никак не защищен — ни физически, ни в профессиональном плане. Надеемся, что на этот раз прокуратура Москвы воспользуется своим правом и встанет на защиту правосудия, чести и достоинства судей, подвергающихся публичной клевете.

Разрушение основ правосудия — это подрыв авторитета государственной власти Российской Федерации, разрушение государственности. Общество, воспитываемое на неуважении к законам, к судебной власти, обречено на самоуничтожение