На скамье подсудимых мособлсуда - активисты молодежной общественной организации "П.О.Р.Т.О.С.". Им инкриминируется чистая уголовщина, но, по мнению корреспондента "ОГ", на суде выявилось, что судебный процесс имеет явно политический характер.
Валерий Цыганков. Статья. Порка у Портоса. Общая газета, № 16.

На скамье подсудимых московского облсуда - активисты молодежной общественной организации "П.О.Р.Т.О.С". Хотя инкриминируется им чистая уголовщина, на суде становится ясно, что процесс этот имеет явно политический характер.
Дети горбачевской перестройки, соз­давшие "Поэтизированное Объединение Разработки Теории Общенародного Сча­стья", обвиняются по "убойным" статьям: истязание несовершеннолетних, угроза убийством и причинение тяжкого вреда здоровью, организация вооруженного фор­мирования или участие в нем, организация объединения, посягающего на личность и права граждан. Процесс открытый. Пока.
Судья Снегирева, узнав, что к этому де­лу проявили интерес журналисты, заявила о намерении предложить присяжным про­водить слушания в закрытом режиме - "в целях обеспечения безопасности". Пос­кольку, как заявила судья, "невозможно контролировать посетителей: слушатели постоянно меняются". Однако создается впечатление, что причина в другом: на суде меняются показания. Как свидетелей, так и пострадавших. Ребята, которых, по версии следствия, портосовцы истязали, лишали свободы и кому угрожали убийством, те­перь заявляют, что потерпевшими себя не считают и претензий к обвиняемым не име­ют. Почему же на допросах говорили совер­шенно обратное? Они отвечают со всей подростковой непосредственностью: "Что­бы не били"...
О разгроме подмосковной коммуны "П.О.Р.Т.О.С" силами правопорядка и взятии, под стражу ее активистов "ОГ" уже со­общала. За деятельностью разработчиков романтизированной идеологии (чем-то на­поминающей французский утопический со­циализм) давно наблюдали спецслужбы: неформалы всегда раздражали чекистов. Но в течение почти десяти лет брать портосовцев было не за что. Их участие в поли­тической жизни ограничивалось работой в избирательном штабе Михаила Горбачева. А как общественники портосовцы были сродни тимуровцам: помогали инвалидам и ветеранам, служили в народных дружинах. В чем, кстати, весьма преуспели. Вице-мэр Москвы Валерий Шанцев удостоил портосовцев призом как лучших дружинников столицы. А настоящий человек Алексей Маресьев передал им свою инвалидную ко­ляску, чтобы они подарили ее нуждающе­муся ветерану. На жизнь портосовцы зара­батывали в сельскохозяйственных комму­нах, одна из которых была в деревне Машково Люберецкого района. Сюда приезжа­ла молодежь из других регионов России и ближнего зарубежья. Работать, общаться и учиться. Писать стихи и разрабатывать "теорию общенародного счастья".
Курение, пьянство и сквернословие пресекались на корню. За такие провинно­сти сначала штрафовали, а злостных нару­шителей изгоняли. Четверо несовершенно­летних воспитанников коммуны постоянно попадались на вранье, у них находили и от­бирали сигареты. И даже уличали в упот­реблении спиртного. Избежать "высшей меры наказания" - отправки домой - они смогли, выбрав порку. Что и легло в основу уголовного обвинения портосовцев. Нагря­нувшие (явно по чьей-то наводке) опера­тивники арестовали часть актива "П.О.Р.Т.О.С". Кто-то успел скрыться и те­перь живет в бегах, а Юрий Давыдов, Евге­ний Привалов, Ирина Дергузова и Татьяна Ломакина уже почти полтора года находят­ся за решеткой.
Девочки в клетке зала суда - зрелище сильное. Но еще больше потрясает обы­денность восприятия того, что с ними про­исходит. Их же адвокаты, полемизируя в курилке, заявляют: "Ну и что, что к батарее на несколько часов наручниками пристеги­вали? Всех пристегивают. А то, что били го­ловой о металлический сейф, доказать не­возможно".
Двоих портосовцев не пустили на ска­мью подсудимых. Юрия Давыдова и Евге­ния Привалова на предварительном след­ствии судмедэкспертиза признала психиче­ски ненормальными, их судят теперь заоч­но. Защита не спешит это опротестовывать и требовать повторного обследования. Ад­вокаты выжидают, как повернется дело. Хотя спорить с медиками будет сложно. Ведь быть счастливым в нашей стране - это уже сам по себе диагноз.
Между тем дело разваливается на гла­зах. Все учредительные бумаги организа­ции в порядке. Оружие приобретено на за­конных основаниях, и предъявлены доказа­тельства того, что портосовцы нуждались в средствах самозащиты и защиты своего имущества: их неоднократно обворовыва­ли и пытались вымогать с них деньги. А вот порки были. И на суде, как уже было сказа­но, "пострадавшие" подтвердили, что сами согласились на этот спорный в педагогиче­ском плане метод, лишь бы не ехать домой. Но самое забавное, что двое поротых под­ростков и теперь готовы "вернуться в "П.О.Р.Т.О.С", если бы всех оправдали".
Тем не менее фон, на котором проходит этот процесс, не слишком благоприятен для обвиняемых. По мнению СМИ, широко освещавших операцию ФСБ и РУБОПа по ликвидации коммуны (а одна из статей бы­ла размещена на первой полосе "Россий­ской газеты"), и суда-то никакого не нужно. Вот лишь несколько заголовков того перио­да: "Секта мордовских рабов разоблачена в Москве", "Педагогическая поэма за ко­лючей проволокой", "Концлагерь под кры­шей Альфы". Характерно, что в тот же са­мый период за решетку попали лидеры еще нескольких "маргинальных" молодеж­ных организаций, аресты которых получили похожую прессу. Какие бы составы престу­пления в каждом отдельном случае ни ин­криминировались, общий пафос организа­торов этой травли очевиден: неформалам место за решеткой.