Первое судебное заседание по делу о расстреле Сергиево-Посадского ОМОНа в Грозном.
Статья. Война не все спишет. Дни.Ру, 14 января 2002 г.

Сегодня в Московском областном суде должно было состояться первое судебное заседание по делу о расстреле Сергиево-Посадского ОМОНа в Грозном 2 марта 2000 года. Но заседание было перенесено из-за болезни одного из обвиняемых - бывшего начальника Подольского ОМОНа майора Игоря Тихонова. Вместе с ним на скамье подсудимых находятся еще два высших милицейских чина - бывший заместитель начальника ГУВД Московской области генерал-майор Борис Фадеев, ныне, кстати, глава ГИБДД Московской области, и бывший глава управления группировки МВД в Чечне полковник Михаил Левченко, который также продолжает служить в правоохранительных органах.
Надо сказать, что ни один из подсудимых виновным себя не признает. И не мудрено. Кто сейчас разберет, почему около десяти часов утра 2 марта 2000 года в Старопромысловском районе Грозного, близ блок-поста 53 подольские омоновцы ни с того, ни с сего расстреляли бойцов ОМОНа из Сергиева Посада, въезжавших в город.
Тогда погибли 22 сотрудника милиции, 31 - получили ранения. Существует версия, что трагедия произошла из-за несогласованности действий руководства двух подразделений, за что ныне и пытаются привлечь к уголовной ответственности троих офицеров. Автоколонну, перевозившую Сергиево-Посадский ОМОН, якобы приняли за чеченских боевиков. И находившиеся на посту подольские милиционеры в итоге перестреляли своих.
С другой стороны, в дни после загадочной гибели омоновцев в самой Чечне ходили слухи, что подольские расстреляли Сергиево-Посадских коллег далеко не по ошибке. Спор произошел из-за контроля над блок-постом. Пропускные пункты в Чечне являются по истине золотой жилой: сотни человек и автомобилей проходят за день через блок-посты, и каждый минимум 50 рублей, да заплатит.
Сегодня утром в интервью различным интернет-изданиям члены совета безопасности Госдумы, и в частности бывший министр МВД Анатолий Куликов, высказывали мнение, что Левченко, Тихонов и Фадеев далеко не единственные, кто в ответе за гибель Сергиево-Посадских милиционеров. Более того, коллега Куликова, заместитель председателя думского комитета по безопасности Павел Бурдуков предложил привлечь к расследованию причин трагедии военных, поскольку бой произошел в зоне ответственности военного коменданта.
Однако, как нам стало известно, военные всячески открещиваются от мартовских событий 2000 года на грозненском блок-посту. А в последние месяцы Генштаб вообще ратует за разделение властей на чеченской территории, дабы избежать подобной неразберихи. Военные предлагают оставить десантников лишь на юге Чечни, а остальные районы полностью передать под контроль войск МВД. Раз в Чечне идет не война, а антитеррористическая операция, нечего там военным и делать.
Кстати, именно из-за нежелания Кремля квалифицировать операцию на Северном Кавказе как полноценные военные действия, судебные разбирательства будут проходить не в военном, а в гражданском суде, хоть и за закрытыми дверями. И статья, которую инкриминируют подсудимым, также больше подходит чиновникам, нежели участникам боевых действий.
Часть 2 статьи 293 УК РФ предусматривает за халатность при ненадлежащем исполнении служебных обязанностей, повлекшем смерть человека, до пяти лет лишения свободы.
Будет процесс доведен до обвинительного приговора, сказать пока трудно. Однако сотрудник Мемориала Александр Черкасов утверждает, что сам факт завершения расследования и передачи дела в суд является беспрецедентным. В разное время расследования проводились в отношении военнослужащих и милиционеров разных рангов, но ни одно, за исключением дела полковника Буданова, не дожило до судебной стадии.
А судить было за что. Случаев халатности или несогласованности действий со стороны военного или милицейского командования в Чечне, повлекших потери личного состава, хоть отбавляй.
Стоит вспомнить штурм Грозного 31 декабря 1994 года, когда общее число погибших и пропавших без вести среди российских солдат выражалось четырехзначным числом. А все потому, что основные силы были брошены на охрану штаба, где заседали бездарно спланировавшие штурм генералы Анатолий Куликов и Константин Пуликовский.
Куликова вместе с еще одним генералом Барсуковым опять же защищали в боях за село Первомайское, когда в январе 1996 года оттуда уходили радуевцы. И никто Куликова за халатность не судил. Более того, генерал и сейчас неприкосновенно депутатствует.
Если вспомнить события второй чеченской кампании, особенно того периода, когда бои велись в основном в горах, то и там глупо гибли наши солдаты - например, десантники под Улус-Кертом или псковские спецназовцы. И все потому, что опять же помощь не пришла - на равнину пожаловали большие начальники, их требовалось оберегать от чеченских бандитов. А десятки жертв тогда просто списали - на войне, как на войне, говорят французы.
В случае же с расстрелом сергиево-посадских омоновцев, поначалу тоже пытались, как говорится, списать на войну, вспоминает мемориалец Александр Черкасов. - Якобы виноваты во всем гелаевцы. Но полевой командир со своим отрядом в то время находился в горах, южнее села Комсомольское, а милиционеров постреляли ни много ни мало, а на так называемой освобожденной территории, в Грозном.
- Гибель 22 подмосковных милиционеров не удалось замять еще и по причине того, что это событие получило широкую огласку: Подмосковье - это не Пермь. И сейчас успех процесса над Фадеевым, Левченко и Тихоновым зависит от открытости органов внутренних дел и внимания к судебному следствию со стороны общественности. Если МВД поймет, что спасение его сотрудников от чеченской мясорубки невозможно без участия прессы, то и приговор будет вынесен по всей строгости закона, - уверен Александр Черкасов.