О нарушениях Гражданско-процессуального кодекса РФ, допущенных московскими судьями во время процессов по искам жертв теракта на Дубровке.

Грани.Ру, 28 апреля. Женя Снежкина. Статья. Три экзамена для московских судей.

Вряд ли судьи Московского городского суда Агафонова, Селезнева и Миронова думали о том, что они отдуваются за всех судей всех судов первой инстанции города Москвы - "прикрывать" нарушения Гражданско-процессуального кодекса РФ, допущенные московскими судьями во время процессов, - их работа. Вряд ли они сопереживали тем страданиям, которые пережили истцы - бывшие заложники "Норд-Оста" и родственники погибших при штурме: беспристрастность входит в профессиональные обязанности судьи.

Сегодня три судьи Мосгорсуда только решали вопрос о том, соответствует ли российскому законодательству решение судьи московского Тверского межмуниципального суда Горбачевой об отклонении иска бывших заложников и родственников погибших заложников к правительству Москвы о компенсации морального вреда. В отличие от Горбачевой, они соблюли все тонкости проведения гражданского процесса, не перебивали истцов, не вставляли унижающих реплик. Суд спокойно и беспристрастно выслушал мать погибшего при штурме "Норд-Оста" автора либретто мюзикла Татьяну Карпову, жену погибшего музыканта Валентину Храмцову, мать погибшей зрительницы Зою Чернецову, адвоката истцов Игоря Трунова, затем дал слово представителям ответчика - правительства Москвы, а затем поступил так, как все и ожидали: оставил решение Тверского межмуниципального суда в силе.

За присутствующих здесь

Если бы неизвестная сила устроила московским судьям экзамен на знание Гражданско-процессуального кодекса, боюсь, москвичи остались бы без Фемиды. В один из дней судебного процесса в Тверском суде несколько истцов на слушании дела не присутствовали: некоторые не получили повесток, другим здоровье не позволяло выдержать восьмидневный судебный марафон, и они сочли возможным пропустить одно заседание, справедливо полагая, что их интересы в суде представит адвокат. Однако судья Горбачева имела на этот счет собственное мнение. Определением от 23 января 2003 года она разделила всех истцов на две группы: тех, кто ежедневно присутствовал на заседаниях суда, и всех прочих. С первой группой она разобралась в судебном заседании, иски остальных выделила в отдельное судебное производство. "Прочими" оказались отец погибшего Александра Крапова, родители погибшей Нины Миловидовой, бывший заложник Сергей Горохолинский и еще шестнадцать человек.

Зачем судье понадобилось применять политику "разделяй и властвуй", непонятно ни самим жертвам "Норд-Оста", ни их адвокатам. Законом предусмотрено, что при неявке истцов в суд адвокаты вправе представлять их интересы в судебном заседании, причем истцы не обязаны объяснять суду причины своего отсутствия. В данном случае у адвокатов была соответствующая нотариально заверенная доверенность. Кроме того, своим определением судья Горбачева засвидетельствовала, что все истцы были проинформированы о начале суда, в то время как повестки не пришли даже некоторым из тех истцов, кто на судебном заседании присутствовал: адвокат бывших заложников, зная, что дело может повернуться таким образом, лично звонил в суд и выяснял день начала судебного заседания. Факт извещения истцов проверить просто - достаточно направить запрос в районные отделения связи и выяснить, в какой именно день приходили повестки каждому из истцов. Но г-жа Горбачева решила в такие подробности не вдаваться и в ответ на справедливые жалобы на нарушение ГПК, который предписывает обязательно извещать всех участников процесса о дне и времени начала судебного заседания, сказала: "Но ведь вы же как-то о заседании узнали".

Таким образом, получается, что Московский городской суд, отказав в отмене определения судьи Горбачевой о выделении в отдельное судебное производство двадцати исков жертв "Норд-Оста", признает, что московские суды не обязаны извещать участников процесса, адвокаты истцов не могут представлять интересы своих клиентов в судебных процессах и, наконец, один и тот же иск может рассматриваться одним и тем же судом в одном и том же составе дважды (согласно определению Горбачевой, иск о возмещении морального вреда матери погибшего Александра Карпова и его отца будут рассматриваться в разных процессах).

Поручик Киже

Если бы неизвестная сила устроила московским судьям экзамен на знание русского языка, москвичи тоже остались бы без Фемиды.

Отдельного комментария заслуживает ведение секретарем Тверского суда протокола заседания. Сегодня истцы неоднократно заявляли о том, что часть протокола не совпадает с аудиозаписью процесса, которую вели адвокаты, ряд листов дел грубо сфальсифицированы, так как искажают показания истцов, а судья несколько раз давала секретарю указания не вносить в прокол судебного заседания показания или замечания адвокатов.

Апофеозом нарушений в ведении протокола стал эпизод с истцом Краповым. 23 января 2003 года судья Горбачева вынесла решение об отказе в удовлетворении иска некоего И.С. Крапова. Истца с такой фамилией ни адвокаты, ни другие истцы не знают, и нигде в материалах дела, кроме как в решении судьи Горбачевой, эта фамилия не появлялась. Как сказала журналистам Татьяна Ивановна Карпова, мать погибшего Александра Карпова, судя по всему, в решении суда речь идет о брате погибшего Иване Карпове, так как из всех истцов его фамилия и инициалы больше всего похожи на фамилию и инициалы этого "поручика Киже". В Московском городском суде истцы просили суд признать решение судьи по делу И.С. Крапова незаконным, так как такого истца нет в природе.

Но Мосгорсуд сделал невозможное - признал И.С. Крапова существующим и оставил решение Тверского межмуниципального суда в силе.

Часть и целое

Если бы неизвестная сила устроила московским судьям экзамен на знание логики, то и в этом случае москвичи остались бы без Фемиды.

Для того чтобы принять законное решение о возмещении морального вреда жертвам "Норд-Оста", нужно знать не бог весть какие истины, а лишь аксиому о том, что целое больше части. Статья 17 Закона РФ "О борьбе с терроризмом" гласит: "Возмещение вреда, причиненного в результате террористической акции, производится за счет средств бюджета субъекта Российской Федерации, на территории которого совершена эта террористическая акция, с последующим взысканием сумм этого возмещения с причинителя вреда". Даже несведущему в юриспруденции человеку ясно, что "вред" суть общее понятие, которое вбирает в себя "вред моральный", "вред физический" и "вред материальный". К этому же заключению пришли специалисты, к которым обращался адвокат жертв "Норд-Оста" Игорь Трунов. В своих экспертных заключениях авторы закона "О борьбе с терроризмом" А.В. Митрофанов, В.В. Полианчик, С.А. Чуркин, а также профессор кафедры гражданско-правовых дисциплин Академии права и управления Минюста РФ, доктор юридических наук В.А. Рыбаков подтвердили, что в законе речь идет о всех формах "вреда", в том числе и вреде моральном. Материалы этих экспертиз были переданы Игорем Труновым в кассационную инстанцию.

Однако судья Тверского межмуниципального суда Горбачева, а затем судьи Мосгорсуда Селезнева, Афанасьева и Миронова, встали на иную позицию, точнее, на позицию московского правительства. Мэрские юристы посредством хитрой системы доказательств опровергли математическую аксиому - по их мнению, понятие "моральный вред" вообще никакого отношения к общему понятию не имеет и ответственность за него возмещение законом "О борьбе с терроризмом" не регулируется.

Страсбург и Верховный суд РФ

Теперь у дела жертв "Норд-Оста" есть две судебные перспективы - одна российская (после отказа в следующей кассационной инстанции - президиуме Мосгорсуда - дело может быть обжаловано в Верховном суде РФ), другая - международная (правила Европейского суда по правам человека в Страсбурге позволяют адвокату истцов подать жалобу на действия России после отказа истцам в удовлетворении иска Мосгорсудом). Российская судьба дела не только бесперспективна, но и опасна - по своему статусу решения Верховного суда практически равны законам, и если проблемы с законом, языком и логикой возникнут и у судей Верховного суда, ни один потерпевший от терроризма никогда не получит компенсации морального вреда ни от одного субъекта Российской Федерации.

Иное дело Страсбург. Прецедентное право, которым руководствуется Европейский суд по правам человека, основано на том, что в каждом судебном заседании суд обязан решить, что в данном случае справедливо. Таким образом, по каждому делу суд определяет собственную, уникальную меру справедливости. Поскольку решения страсбургского суда обязательны для исполнения Российской Федерацией, то, каково бы ни было решение Верховного суда РФ, страна будет обязана прислушаться к мнению международной судебной инстанции, а кроме того, изменить судебную практику внутри страны.

По словам Игоря Трунова, сейчас он готовится подать жалобу в cтрасбургский суд от имени граждан не только России, но и Украины, США, Казахстана и Австрии. Думается, что у этого иска больше судебных перспектив, а Страсбург - последняя надежда жертв "Норд-Оста". Возможно, этот международный суд и окажется той силой, которая устроит московским судьям экзамены на знание Гражданско-процессуального кодекса, логики и русского языка.