Интервью с председателем окружного Арбитражного суда Московского округа Л. Майковой.

Российская газета, № 123. Наталья Козлова. Статья. Последняя инстанция.

— Людмила Николаевна, в чем конкретно состоит специфика деятельности Федерального арбитражного суда Московского округа и какие задачи на сегодняшний день решает кассационная инстанция в системе арбитражных судов?

— Основная задача кассационной инстанции — проверять законность вступивших в силу судебных актов по делам, уже рассмотренным арбитражными судами субъектов РФ в первой и апелляционной инстанциях.

Кассационная инстанция — это третья судебная инстанция, что и предопределяет ее полномочия. Она проверяет судебные акты только на предмет их законности. Если сказать другими словами, проверяет, правильно ли суды применили и истолковали закон при рассмотрении конкретного спора.

А вот выяснение и исследование фактических обстоятельств не входит в компетенцию кассационной инстанции, поэтому в кассационную инстанцию не могут представляться сторонами спора никакие доказательства в подтверждение своей позиции. По Арбитражному процессуальному кодексу РФ каждая судебная инстанция действует в рамках своих полномочий. Все вопросы судебного спора, выяснение обстоятельств должны решаться в суде первой инстанции, который, собственно, и призван разрешить спор между сторонами. Задача же кассационной инстанции — проверить применение закона и исправить судебные ошибки, если они были. Таким образом, получается, что проверка судебных актов в кассационной инстанции — дополнительная гарантия для спорящих сторон.

По новому АПК РФ роль кассационной инстанции серьезно возросла. Надо сказать, что из года в год количество жалоб, рассматриваемых в кассационной инстанции, растет и справляться с этим объемом становится все труднее, но тем не менее суд кассационной инстанции старается “переварить” этот объем, выявить все судебные ошибки и исправить их.

Специфика деятельности Федерального арбитражного суда Московского округа связана с характером рассматриваемых споров. В Москве и Московской области ведется активная предпринимательская жизнь, сосредоточены крупные промышленные объекты, банковский капитал, федеральные органы государственной власти, поэтому в Московском регионе наиболее часто возникают острые и общественно значимые споры.

— Можно ли говорить о том, что кассационная инстанция становится фактически последней инстанцией, где сторона вправе защищать свои интересы?

— Конечно, кассационная инстанция сегодня, по существу, последняя судебная инстанция, куда участники процесса могут обратиться по вопросу исправления судебных ошибок.

У Высшего арбитражного суда, проверяющего в порядке надзора судебные акты, вынесенные нижестоящими судами, ограниченный круг оснований, по которым он может эти решения пересмотреть.

В частности, производство в надзорной инстанции может быть возбуждено и пересмотрен судебный акт, если при его принятии нарушено единообразие в толковании применения арбитражными судами норм права. Надо сказать, что два других основания — когда принятое решение препятствует принятию законного решения по другому делу или принятый судебный акт нарушает права и законные интересы неопределенного круга лиц или нарушает иные публичные интересы — встречаются крайне редко.

Все сказанное означает, что перспектива пересмотра судебного акта высшей судебной инстанцией чрезвычайно мала, поэтому основная ставка в АПК РФ сделана на суд кассационной инстанции.

Для иллюстрации могу назвать несколько цифр. За четыре месяца этого года, то есть с момента вступления в действие АПК РФ, в порядке надзора ВАС РФ отменены только девять постановлений ФАС МО, в то время как за аналогичный период прошлого года и по правилам старого кодекса отменено 41 постановление.

Как видите, разница значительная. Конечно, сегодня рано говорить о складывающейся тенденции, эти цифры лишь подчеркивают роль и огромную ответственность кассационной инстанции. От ее работы напрямую зависит деятельность надзорной инстанции.

— Людмила Николаевна, вы были членом рабочей группы по разработке нового Арбитражного процессуального кодекса РФ, вступившего в силу 1 сентября 2002 года. Чем диктовалась необходимость принятия нового АПК РФ и что позитивного, на ваш взгляд, в новой редакции кодекса?

— Система арбитражных судов образовалась сравнительно недавно — в 1992 году — на базе существовавших в то время госарбитражей. Новый АПК РФ — это уже третий по счету кодекс. Принять такой кодекс в начале 90-х годов было нельзя, для этого не было условий. Вместе со становлением и развитием арбитражных судов, созданием судов округов, с развитием материального права, вступлением России в Совет Европы появилась необходимость изменения и процессуального законодательства. Позитивность заключается уже в том, что процесс оперативно приспосабливали к объективно меняющимся условиям.

Заслуга нового АПК РФ в том, что он усилил гарантии участников процесса, более четко разграничил подведомственность между арбитражными судами и судами общей юрисдикции, решил многие другие вопросы, которые были поставлены жизнью.

— Каковы, на ваш взгляд, перспективы разделения ряда арбитражных судов субъектов РФ на первую и апелляционную инстанции, в частности, арбитражных судов Московского округа?

— Вопрос о создании апелляционных судов, и в частности в Московском регионе, можно считать решенным. Государственная Дума уже рассмотрела в первом чтении законопроекты по этому вопросу. В Московском регионе предполагается создать два апелляционных суда для проверки решений Арбитражного суда города Москвы и отдельно Московской области. Это еще один шаг по совершенствованию устройства арбитражных судов и повышению доверия к апелляционной инстанции. Мы рассчитываем, что участники процесса активно будут использовать свое право обжалования судебных актов в апелляционных судах, и надеемся, что основная часть ошибок будет исправляться именно здесь.

Сегодня об этом так не скажешь, треть жалоб, рассматриваемых в кассационной инстанции, подается минуя апелляционное обжалование.

— Людмила Николаевна, вы являетесь заместителем председателя Совета судей РФ. Как вы оцениваете сегодняшний уровень взаимодействия судов со средствами массовой информации?

— Несколько лет назад диалог между судами и средствами массовой информации не получался. В основном мы упрекали друг друга в необъективности. Понимая право общества на получение информации о работе судов, мы не могли согласиться с явной необъективностью некоторых средств массовой информации, а нередко и с заказными публикациями, цель которых — оказать давление на суд.

В некоторых регионах сегодня установились очень хорошие деловые контакты со средствами массовой информации, где главное — объективное информирование граждан о деятельности судов, но в целом мы только в начале пути. На сегодня важно, что и журналисты, и судейское сообщество осознали необходимость такого взаимодействия, а это вселяет определенный оптимизм. Не могу согласиться с мнением тех журналистов, которые считают, что обществу интересен только какой-либо негатив, в том числе по судебной тематике, а позитивные материалы о работе судов не интересны читателям или зрителям. Думаю, что это большое заблуждение. Необходима и та и другая информация. Если есть какие-то негативные моменты в работе судов, журналист, безусловно, вправе их опубликовать, и мы должны принимать такого рода публикации к сведению и делать все от нас зависящее для устранения возможно имевших место негативных явлений. К сожалению, количество статей, грамотно и объективно освещающих деятельность судебной системы, особенно в центральной прессе, чрезвычайно мало.