Интервью с председателем Мосгордумы В. Платоновым о реформе правоохранительной системы.

Тверская, 13, № 64-65. Тимур Писарев. Статья. Это касается всех.

Борьба с преступностью сегодня волнует всех. Все чаще можно услышать мнение, что назрела необходимость кардинальной реформы всей правоохранительной системы. Дело это, как известно, долгое и требует серьезной предварительной проработки. По мнению бывшего следователя прокуратуры, председателя Московской городской Думы Владимира ПЛАТОНОВА, основную роль в этой реформе должны сыграть законы. Но менять нужно не только их. Нужно изменить отношение общества и государства к правоохранительным органам.

- Владимир Михайлович, вы неоднократно говорили о том, что прежде, чем реформировать всю правоохранительную систему, необходимо решить проблему регистрации и сокрытия преступлений. Поясните, что вы имели в виду?

- Прежде, чем что-то менять, нужно сначала узнать реальные размеры преступности. Та советская система, которая существовала многие годы, система сокрытия преступлений, не искоренена. В нынешних условиях это невозможно. Милиция, которую наказывают за увеличение количества преступлений, за количество нераскрытых преступлений, сама же занимается их учетом. Я считаю, что нужно, например, при Минюсте создать независимую систему учета совершенных преступлений. Это уже будет первый шаг в реальной борьбе с преступностью. Тогда мы будем знать, что на самом деле происходит и куда нужно в первую очередь направлять средства.

- Но это, образно выражаясь, только видимая часть айсберга, а все остальное?

- А все остальное - должна быть мудрая политика властей и социальная защищенность, исключение среды, откуда подпитывается преступность. А ведь мы сами создаем преступность, пропуская огромное количество граждан через места лишения свободы. Что там для них? Исправление? Исключено. Наказание трудом? Исключено. Что там? Школа. Школа преступности.

- Но, если мы говорим о школе, то, значит, подразумеваем тех людей, которые попали в места лишения свободы впервые. А как быть с рецидивистами или с теми людьми, которые уже давно не в ладу с Уголовным кодексом? Не кажется ли вам, что ваша позиция слишком либеральна?

- Я считаю, что должно быть либеральное отношение к людям, которые оступились. Но я глубоко убежден, что лица, которые совершили не одно, а 2 - 3 преступления и для которых тюрьма - дом родной, должны оставаться там. Если человек не умеет жить в обществе, он не должен там находиться.

- То есть вы считаете, что такой человек уже исправиться никогда не сможет?

- Нет. Этого я не говорил. Я говорил только о случаях, когда понятно, что человек не хочет и никогда не будет исправляться. Как-то, посещая места лишения свободы, я увидел пустую койку. А вокруг страшная теснота. Я спрашиваю: почему она пустует? А мне говорят, что человек ушел на волю, но просил не занимать, потому что он скоро вернется. И он действительно вернется. Известны все люди, которые вернутся. Но прежде, чем вернуться, они причинят ущерб государству, законопослушным гражданам. Это страшно. Государство не защищает своих граждан от преступников.

- Как вы намерены реализовывать ваши идеи?

- По моей инициативе на встрече руководителей законодательных органов власти субъектов Федерации был заслушан вопрос учета преступности, меня поддержали коллеги. И я знаю, что уже и Грызлову направлены материалы, я разговаривал с министром юстиции Чайкой. Они тоже эти идеи поддерживают. Я думаю, что от слов перейдем к делу и через некоторое время у нас откроются глаза на то, что происходит в стране.

- Все-таки Министерство юстиции будет контролировать работу милиции?

- Я не могу решать за всех. Я сторонник этой идеи. Если будет предложено что-то более эффективное и выгодное, более рациональное, то я поддержу это, но саму систему учета нужно менять. Это первый и главный шаг.